Дракон вредный, подвид мстительный. Книга 2 (СИ)

— Но вы же против? Мне рано становиться воплощённой, вы осудили наш с Янтарным духом поступок, к тому же существуют правила…
Я замолчала, потому что насмешка эр Форса стала ещё выразительней.
— Какие разумные мысли! Жаль, что посетили они тебя слишком поздно. Процесс уже запущен, Августа, поэтому смысла сопротивляться, думать о правилах, уже нет.
Эрв указал на коридор, предлагая мне продолжить путь, и я подчинилась. Теперь директор шагал рядом, а его улыбка напоминала зловещий оскал.
Эр Форс однозначно что-то замышлял — так мне казалось! Но когда добрались до тяжёлых каменных дверей, версия резко изменилась. Директорское благодушие, его желание фактически возглавить нашу с Янтарчиком незаконную деятельность, обрело совершенно иной смысл.
Просто там, за дверью, ревело и грохотало. Сразу вспомнились слова Янтарного о том, что если я не пойду к Оку, то Око может явиться и само.
По коже побежали недобрые мурашки, я в ужасе уставилась на Эрвина, а он…
— Чего же вы испугались, кадетка эс Тирд? — и тень издёвки в голосе. — Значит, как лезть в подпространство, так вы первая, а как отвечать за свои поступки, так боитесь?
Желание сбежать стало невыносимым! Но сбежать я, конечно, не могла.
Лорд директор произнёс заклинание, коснулся створок, а когда двери приоткрылись, нас чуть с ног не сшибло волной звука.
Потом меня буквально впихнули в зал с Источником, тут же шагнули следом и плотно прикрыли дверь.
Исполинский глаз, зажатый в огромной пасти высеченного из камня дракона, нервно вращался. Вертикальный чёрный зрачок то расширялся, то превращался в тонкую, словно нитка, полосу.
Когда мы вошли, Источник бесился, а через несколько секунд, заметив меня, резко остановился и хлопнул каменным веком.
Рычание, доносившееся из недр «глаза», стало тише, и словно тон поменялся. Раньше в подпространстве орали и требовали, а теперь пытались не спугнуть.
Пусть мне по-прежнему было страшновато, я не могла не повернуться к эр Форсу, одаривая последнего насмешливым торжествующим взглядом. Значит сам справиться с Зелёной не может? Ну раз позвал меня.
Эрвин притворился, что не заметил намёк.
— Вперёд, леди Августа, — кивнул он на Око.
Я запаниковала, только деваться же всё равно некуда. Да и кто обещал, что получить дракона будет легко?
Глубокий вдох, и я медленно направилась к лестнице. Чем ближе подходила, тем тише становилось рычание, а потом и вовсе наступила тишина.
Несколько ступеней, и… нет, в этот раз я не влетела, а вошла. Гордо! Запрятав все свои страхи максимально глубоко, и туда же запихнув сомнения. Я почти сразу осознала себя висящей в рассветном небе, напротив весьма внушительной и потрясающе красивой драконьей девочки.
Сущность злилась, но, как и я, сдерживалась.
— Привет, — я постаралась быть вежливой, даже дружелюбной.
Зелёная посмотрела снисходительно, но внезапно её словно стеганули кнутом. Сущность подскочила, уставилась возмущённо, а я… медленно повернула голову, проследив за взглядом, и изумилась безмерно:
— Эрвин?
Лорд эр Форс висел в двух шагах и выглядел строго. Голова скептично наклонена, губы поджаты, руки скрещены на груди.
В общем, он не одобрял! И предметом неодобрения была не я, а…
— А ты-то что здесь делаешь? — пророкотало нечеловеческое, но отчего-то понятное.
— Выступаю в роли наблюдателя, — заявил воплощённый нагло.
— Какого ещё наблюдателя? Что ты себе позволяешь, ящер? Пошёл прочь.
Директор не шелохнулся, сказал спокойно:
— Будь добра, выбирай выражения.
Тут Зелёная по-настоящему возмутилась. Ведь мы в подпространстве, на территории духов, и сущность в своём праве, и вдруг какой-то выскочка.
— Прочь! — рявкнула грозно.
— Нет, — столь же сурово ответил Эрв.
Всего секунду они мерялись взглядами, а потом эр Форс сказал:
— Это моя леди, и я за ней присматриваю.
— Твоя? — воскликнула драконица. — Не много ли хочешь? Да кому ты нужен? Ты…
И Зелёная скосила взгляд на меня, ища подтверждения своим словам, но я промолчала. Во-первых, была тронута поступком Эрвина; во-вторых, просто не желала вмешиваться в этот спор.
 
Пусть ругаются без меня!
— Даже не надейся, — резюмировала Зелёная пренебрежительно.
Миг, и Эрвин словно раздулся. На человеческой коже проступили удивительные по красоте тёмно-зелёные чешуйки.
Эрв стал опасен настолько, что я даже отодвинулась, а сущность подумала и добавила:
— Ну разве что для потомства. На пару раз.
Настала моя очередь возмущаться. Аж лицо вытянулось!
— Как думаешь, девочка, он хороший? — слова «любовник» не прозвучало, но все всё поняли.
Это был идеальный момент, чтобы вспомнить мадам Клос, подавиться воздухом и густо покраснеть, но…
— Не знаю. А проверять пока не хочу.
Кажется, в эту секунду с Эрвином что-то случилось.
Без понятия что. Я не видела! Потому что смотреть на него не хотела. Зато в глазах сущности мелькнуло удовлетворение. Хитрое такое, торжествующее — мол, получил по носу, самец?
— Ладно, можешь остаться, — после паузы ворчливо сказала она.
И картинка парения резко сменилась зелёным лугом. Мы все очутились на твёрдой земле, а сущность протянула лапу и потребовала:
— Подойди, девочка. Нам нужно установить контакт.
Эрвин
Р-р-р!
Бешенство застелило глаза и отступать не собиралось. Я был взвинчен настолько, что мог сорваться в любой миг.
Одно неосторожное слово, неправильный взгляд, и от этой сочной поляны в подпространстве останутся лишь выжженные кочки. Я даже несколько раз трансформировался, не в силах сдержать подконтрольный обычно процесс!
Августа моих метаморфоз не видела, зато с-сущность следила. Приглядывала одним глазом, в то время как Августа держала её за коготь, устанавливая пресловутый контакт.
Меня терзали две мысли. Первая — нам эта стервозная ящерица не подходит. Кто там распоряжается? Дайте другую драконицу! Получше!
Мысль вторая — без причин ничего не происходит, и раз к моей леди явилась вот эта гадость, значит они похожи. Лишнее доказательство тому, что характер Августы не сахар. Сколько же сил придётся потратить, чтобы прижать эту парочку к ногтю?
Бешенство нарастало, поднималось всё выше, а достигнув пиковой точки, схлынуло.
Эмоции попятились, уступая место разуму, и я прищурил глаза.
Я ощутил мрачное спокойствие второй ипостаси — при слиянии с человеком драконья сущность растворяется, утрачивает себя, но иногда мы слышим отголоски той, утраченной личности. Прямо сейчас я-человек был зол, а я-дракон вынашивал опасный план.
Дракон шептал: дай Зелёной возгордиться, поверить в свою безнаказанность, расслабиться, а потом… действуй.
Действуй!
Что именно скрыто под этим «действуй» я пока не знал, зато успокоился. Кивнул сам себе, а в следующий миг послышался шумный судорожный вздох.
Августа. Она отпрянула от сущности как от пламени, и я понимал, что это значит. Это была боль. Точно она.
Я рванулся вперёд, поймал леди и обнял за талию. Прижал к себе, готовый подхватить на руки и закрыть ото всех.
Сущность тоже выглядела иначе чем вначале — янтарные глаза словно захмелели, на морде появилась туповатая растерянность.
— Вы закончили? — спросил у Зелёной.
Та презрительно фыркнула.
Пауза, и в пространстве пророкотало:
— Конечно нет. Разве не видишь, что нас по-прежнему двое?
Очень «мило». Шутка, достойная золотого пера.
— На сегодня закончили? — рявкнул я, не скрывая раздражения.
Она скривилась, и я посчитал, что этого достаточно.
Раньше меня из подпространства выбрасывали, но сегодня, как и в прошлый раз, я ушёл сам.
Стремительное, похожее на полёт перемещение, плотно прижатая к моему телу Августа, и картина зелёного луга развеялась. Реальность словно ударила в грудь сгустком воздуха, я осознал себя стоящим перед Источником, а Августа… тут, в материальном мире бы были порознь. Леди стояла в паре шагов.