Дракон вредный, подвид мстительный. Книга 2 (СИ)

Тут я не выдержал и спросил у ответственного педагога:
— Вы точно объяснили этим баранам, что никаких штрафов не будут? Что они могут условно убить всех, включая свою подопечную?
— Объяснил, — отозвался тот. — И клянусь, они поняли! Я предупредил, что буду смотреть и обещал вздрючить, если решу, что поддаются.
На этом наблюдение за похождениями леди пришлось временно прервать.
  
Глава 8
 
Один из кристаллов, расположенных на панели управления визуализирующим окном, активно замигал, что означало — где-то происходит ещё одна заварушка.
Я нехотя кивнул приставленному к панели аспиранту, и тот принялся крутить рычаги.
Через полминуты мы наблюдали драку двух столкнувшихся на пересечённой местности отрядов — первогодки запомнили слова о том, что являются условными противниками и увлечённо убивали друг друга. Снаряды использовали грамотно, что радовало, но стычка всё равно не вдохновляла. После выкрутасов леди это было не то.
Новое мигание кристалла, снова переключение, и мы пронаблюдали сложную переправу, по итогам которой я ощутил себя пророком. Команда во главе с Бостом всё же уронила леди Дорину в воду, и ту утащил поток.
После этого все, не сговариваясь, посмотрели вправо — именно там протекала река, и пусть плыть леди Дорине было ещё далеко, и имелся небольшой шанс выбраться на берег раньше, «до нас», магистр Тринг медленно поднялся.
— Пойду проветрюсь, — хмуро сказал он и направился к берегу.
Мы проводили преподавателя по Физической подготовке взглядами и слаженно кивнули Форгину, который сказал:
— Может всё-таки по элю?
Пробку из бочки выбили магией, затем наполнили кружки и вновь уставились на прямоугольник висящего в воздухе окна.
Время то бежало, то ползло, но итог оставался неизменным — леди двигались с лучшим результатом. Это удивляло и всё-таки возмущало — при всём уважении к их заслугам такого быть не должно!
Мне — и не мне одному! — даже хотелось вмешаться, перекинуть расставленные на маршруте ловушки и предупредить поджидающих в засадах старшекурсников. Но мы этого не сделали, потому что…
— Для старших курсов это тоже учения, — процедил я. — Пусть реагируют. В условиях настоящего боя противник не станет высылать им весточку об ошибке планирования.
— Но они ведь не сами выбирали места, где ждать первогодок, — возразил кто-то.
— Да, но кто мешает им поменять дислокацию? — недобро парировал я.
Разумеется, я болел за парней. Они не желторотики! Учились несколько лет, приобретали опыт, сдавали экзамены! Они не могут проиграть, да ещё… леди.
Последнее я в какой-то момент произнёс вслух, и меня поправили:
— Курицам.
Пауза, и прозвучала поправка на поправку:
— Курочкам, — сказал магистр Хипп. — Курочки… это как-то нежнее.
Командный пункт затопила гробовая тишина. Все и каждый, включая помогающих аспирантов, вперились в прямоугольник.
А через несколько минут тишину сменил целый шквал многоголосых звуков! Эмоций было слишком много, выдержки не хватало. Причём в адрес леди летели самые разные слова — от криков восхищения до отборной брани.
Что сделали «курочки»? Вычислили вторую и главную засаду.
Пока половина смешанной группы — пятый плюс третий курс — поджидали их возле дороги, наши леди прокрались прямо к лагерю и спокойно, без потерь со своей стороны, закидали снарядами тех, кто расслаблялся у костра.
Причём сделали это бесшумно, насколько мы могли судить.
Но простой победы дамам показалось мало! Их по-прежнему ждали у дороги, а они приказали «трупам» перейти на край лагеря, а сами оприходовали два вертела с запечённым над углями мясом.
Кажется, там были дикие кролики с весьма аппетитной хрустящей корочкой. Леди просто сели и, не стесняясь кадетов, съели всё!
Лишь после этого, махнув рукой на несчастную, ничего не подозревающую засаду, продолжили путь.
— Да они не леди, они бандитки! — воскликнул в возмущении Форгин.
Его поддержали.
Изображение в окне перемещалось вместе с дамами, переходя с одного проецирующего кристалла на другой, и я сурово вглядывался в фигуру Августы. После изъятия леди Дорины в группе так и не появилось лидера, но Августа в какой-то мере претендовала на эту роль.
 
Решение оставить за спиной группу диверсантов выглядело не самым удачным, но оно было куда безопаснее, чем попытка подкрасться и добить. Девушки выбрали другой приоритет — приближение к цели.
Без особого труда они отыскали трофей, который необходимо было доставить в контрольную точку, и миновали сектор прежде, чем засада обнаружила в лагере «трупы». Гнаться за девицами было поздно.
Лишь в самом конце, чуть не дойдя до пункта, «курочки» всё-таки нарвались. Не на старшие курсы, на «своих».
Завязалась драка, полетели снаряды, и пусть леди были не такими меткими, зато, в результате разумной боевой политики, боеприпасов у них оказалось больше. Но досматривать бой я не стал — просто выводы уже сделал и оценки выставил. А самое мерзкое, я, кажется, понял, что заставляло леди эс Тирд — а маршрут задавала именно она! — петлять, уходя от тропы.
Леди не дракон, но у неё предрасположенность, а то, что мы наблюдали, очень напоминает инстинкты второй ипостаси. Августа слишком готова стать воплощённой. Слишком! И из неё может получиться такая ящерка, что… плохо будет всем.
Я даже хотел застонать! Пожалеть себя и решить, что вот она — плата за все прегрешения! Но от терзаний отвлекла портальная вспышка и появление облачённого в дворцовую форму посыльного.
Я скривился. А посыльный заозирался и, обнаружив мою скромную персону, бодро поспешил навстречу. В руках он держал неприятного вида конверт.
Августа
Последняя встреча с «условным противником» получилась до ужасного обидной. И ладно бы это оказались старшекурсники, так не же, свои!
Парни двигались по собственному маршруту, к собственному трофею, и вполне могли пройти мимо, но решили заработать дополнительные баллы. Ну а мы попались! С момента перехода на полигон я безоговорочно доверяла интуиции, а тут… произошёл сбой.
Я усомнилась. Подумала — а правильно ли мы идём? Ведь ни одной толковой ловушки, и вдруг это признак того, что веду группу не туда?
Ещё и Миоль с Флавией разнылись, а странные кристаллы, которых было на полигоне огромное множество и которые были прямо-таки ввинчены в стволы деревьев и прочие элементы ландшафта, стали попадаться гораздо чаще. Эти кристаллы раздражали. Ещё утром, когда я случайно заметила первый из них, интуиция зашипела змеёй.
И вот неглубокий овраг, мои сомнения, разбавленные каплей страха, нытьё уставших девчонок, и чутьё словно уснуло.
Мы выбрались из оврага, я, вспомнив карту, указала направление, и тут сокурсники — прямо как лоси из кустов.
Причём всего в нескольких шагах виделся воткнутый прямо в землю шест с нашим трофеем — позолоченным кинжалом, а чуть дальше светлела поляна и, если я правильно прочитала карту, поляна могла оказаться тем самым заветным пунктом «Б».
Невероятно, но мы всё же выполнили это задание. В «драке» с парнями — а сокурсники не ожидали от нас ни меткости, ни такого количества сохранённых снарядов! — «выжила» столь «любимая» мною Миоль.
По правилам «убитые» должны молчать, но Валетта всё же прошипела:
— Хватай трофей и беги!
Миоль в кои-то веки не спорила. Словно оправдываясь за промах с парализующей ловушкой, Бледная вскочила и действительно побежала.
Сокурсники — а среди них «выживших» не наблюдалось! — принялись громко протестовать, на что Валетта подхватила свежий снаряд и, невзирая на свою «трупность», засветила одному прямо в лоб.
Через несколько бесконечных минут со стороны поляны послышался тройной удар гонга.
Спустя ещё минуту рядом вспыхнул портал, из которого вышел магистр Острис с вопросом:
— Ну и чего сидим?
Нам позволили прогуляться до поляны, где обнаружился большой каменный круг-подставка. В его центре торчал позолоченный шест, и я подумала, что привязывать кинжал к палке и называть всю эту конструкцию трофеем — как-то странно.