Плохой парень (СИ)

Мы прошли по узкой, почти заросшей тропинке к двухэтажному зданию. К сожалению, в темноте из-за высоких деревьев я его плохо видела, но почему-то понимала – оно очень красивое.
- Что это за место? – в очередной раз спросила.
- Оно будет нашим домом, - Моно открыл дверь и впустил меня в холл, почти сразу включая свет. – Очень долго тут никто не жил и пока что здание и территория выглядят заброшенными.
- Наш дом? – удивленно переспросила, продолжая растерянно осматриваться вокруг.
Доминик сказал про заброшенность этого места и подобные слова полностью соответствовали саду, но вот судя по холлу, само здание уже начали приводить в порядок. В первую очередь это касалось того, что тут началась уборка.
Я ясно отмечала то, что здание с очень красивой архитектурой и мебель тут была старинной, но от этого не менее красивой и явно безумно дорогой. Я все еще не понимала, что это за район, но прекрасно осознавала, что такая недвижимость стоила целое состояние. Здание было меньше особняка моей семьи, находящегося в Батиньоль-Монсо, но почему-то мне казалось, что из-за некоторых факторов оно стоило дороже.
- Но… Что это за дом? Чей он? – спросила, подняв взгляд на потолок и посмотрев на огромную люстру. Из-за этого места и из-за слов Моно еще сильнее растерялась.
- Мой.
- С каких пор? – сказать, что я была удивлена, значит, ничего не сказать. Я обенулась к Доминику и посмотрела на него широко раскрытыми глазами. – И… откуда он у тебя?
- Уже пятнадцать лет. Когда-то он принадлежал моим дедушке и бабушке. После их смерти отец переписал эту недвижимость на меня.
- Подожди… То есть, все это время у тебя был особняк? Но тогда почему ты жил на съемной квартире в гетто?
- Потому, что хотел, - Доминик подошел ближе и взял меня за руку. – Пойдем.
Моно повел меня за собой к лестнице, по которой мы поднялись на второй этаж. Пока шли, я постоянно рассматривала коридоры и те комнаты двери, которых были открыты, но из-за того, что тут свет выключен, толком ничего не видела. А еще я поймала себя на мысли, что пока что не понимала Доминика и того, почему он выбрал такой трудный путь. Решил в восемнадцать лет искать жилье и, чтобы его оплачивать, работать в два раза больше, хотя у него все это время был особняк.
Уже вскоре мы вышли на террасу и, как только я оказалась там, замерла на месте. Отсюда открывался невероятный вид на сад. Да, пока что он неухоженный и подсвечиваемый только сиянием луны, но именно тут я вспомнила те моменты, когда мы, сидя на ступеньках около квартиры Доминика, смотрели на пустырь. Те моменты были особенными. Наверное, даже волшебными и такими будоражащими, но, в тот же момент, переполненными спокойствием. Тут ощущалось нечто похожее, но более наполненное и уже теперь личное.
Только оказавшись на террасе и с высоты поглядывая на сад я почувствовала нечто странное. Будто это место таило в себе куда больше и для нас двоих могло стать не просто домом, а целым миром.
- Замерзла? – спросил Доминик, увидев, как я подрагивала кутаясь в пальто.
- Нет, но от горячего чая я бы не отказалась.
- Чай можно сделать.
Доминик повел меня на кухню. Она тоже немного была приведена в порядок и даже в шкафчиках имелась кое-какая еда. Я не спрашивала, но догадывалась, что Доминик тут иногда бывал и, возможно ночевал, но питался, как всегда полуфабрикатами.
Я сделала нам обоим чай, после чего мы опять вернулись на террасу и сели на стоящие там стулья. Но я почти сразу свою чашку отставила в сторону и приблизилась к Моно, а он обнял меня и свою чашку поднес к моим губам. Клянусь, его чай показался мне намного вкуснее и именно он согревал.
В руках Доминика было тепло и горячий чай не давал поддаваться морозу. Впереди открывался прекрасный вид и, казалось, все было идеально, но мне хотелось плакать. Нет, не от боли, а от облегчения.
За прошедший месяц я часто видела один и тот же сон, который уже начала считать своим кошмаром. Этот сон показывал мне возможное будущее, в котором мы с Домиником все же окончательно расстались и это будущее было мертвым. В нем горчила боль и в груди постоянно было пусто, а так же возникало ощущение, что каждый день прожит зря. Будто все должно быть иначе, но уже прошло то время, когда можно было все изменить, а те, с кем у нас будут отношения лишь докажут – это все не то. Пустышки, но с ними мы будем жить, потому что когда-то посчитали наши отношения невозможными.
 
Сейчас на душе стало намного легче, будто с нее упал ужасный груз и уже теперь я ощущала, что будущее наполнено жизнью, целями, смыслом и счастьем, а все потому, что рядом тот, кто научил меня жить.
Я ближе придвинулась к Доминику и, почувствовав то, как он немного сильнее обнял меня, украдкой улыбнулась.
  
Эпилог
 
Спустя две недели
Я знала, что лекция уже скоро закончится, но, помимо того, что внимательно вслушивалась в каждую фразу преподавателя, так же постоянно посматривала на часы, отмечая каждую минуту до перемены. Как только прозвенел звонок и студенты начали неторопливо собираться, я тоже положила книги в сумку, после чего быстрым шагом пошла к выходу из аудитории.
Уже подходя к двери и, стараясь миновать других студентов, чтобы выскользнуть в коридор, столкнулась с Дезири. Мы уже давно не разговаривали и дружба скорее обратилась во вражду. Вернее, это больше ощущалось со стороны девушки, так как даже сейчас она посмотрела на меня с раздражением, после чего крайне показательно отвернулась. Мне же Дезири уже давно была безразлична, поэтому, больше не обращая внимания на бывшую подругу, я вышла из аудитории и пошла дальше.
Сегодня был последний день перед каникулами и это чувствовалось даже по настроению студентов. В воздухе витала легкость и предвкушение предстоящих праздников. Я сама не сразу заметила то, что на губах была улыбка. Наверное, просто не обращала на это внимания хоть и ощущала себя так, будто вот-вот взлечу на небеса. Казалось, что я и так там находилась. При чем, это чувство возникло не только сегодня. Оно было со мной все прошедшие дни.
В последнее время очень многое изменилось. Наверное, самое главное то, что теперь у меня на пальце красовалось обручальное кольцо. Иногда мне казалось, что Доминик ненавидел мою фамилию и желал, чтобы я поскорее стала Моно, но все же было принято решение, что свадьба состоится десятого февраля.
Не сбавляя шага, я поднесла ладонь к лицу и посмотрела на кольцо. Я вообще очень часто любовалась им, но, наверное, сейчас было бы правильнее, если бы я смотрела на дорогу, ведь так я не заметила, что какой-то парень очень быстро пробежал по коридору, а из-за того, что я, в отличие от остальных студентов не успела отойти, он задел меня плечом. Столкновение получилось очень сильным и, клянусь, я бы точно полетела в сторону стены, если бы меня не подхватил парень, идущий позади меня. Именно он обвил мою талию рукой и, чтобы я не упала, прижал к себе, так, что я спиной столкнулась с его торсом.
- Прости, - виновато крикнул толкнувший меня студент, после чего побежал дальше, а я быстро перевела дыхание и, попыталась отстраниться от парня, но, как только я это сделала, шею тут же что-то сильно сдавило.
- Подожди. Твоя цепочка зацепилась за меня.
Испугавшись, что цепочка может порваться, я тут же опять прижалась спиной к торсу этого парня и, заведя руки назад, случайно коснулась своими пальцами его массивных ладоней, которыми он пытался отцепить мою цепочку от пуговицы на его рубашке.
 
- Осторожно. Пожалуйста, не порви ее, - встревоженно попросила и очень осторожно обернулась к парню лицом. Поскольку я была «прикована» к нему цепочкой, это выглядело странно и, наверное, лучше бы я продолжала стоять к нему спиной, так как теперь, когда мы были лицом к лицу, близость между нами была слишком интимной и для меня неловкой, но я была обязана следить за процессом освобождения своей цепочки. – Осторожней. Она же хрупкая… - прошептала, увидев его огромные и грубые руки, которыми он, казалось, вот-вот порвет такую дорогую для меня вещь. – Подожди. Дай я сама, - сказала и, оттолкнув его ладони, очень осторожно прикоснулась к цепочке.