Плохой парень (СИ)

Казалось, что жизни постепенно налаживалась и я все больше общалась с мамой. Конечно, та ситуация с Виардо перечеркнула наши прежние теплые отношения и несмотря ни на что уже не будет, так как раньше, но все же мама вновь стала для меня дорогим человеком. Той единственной, с кем я могла поговорить.
Так, однажды посмотрев на меня она спросила:
- Ты так сильно переживаешь из-за пропажи Бенуа? – наверное, мама заметила боль в моих глазах. Я на ее вопрос кивнула, а потом немного помялась и, не выдержав, сказала:
- Еще я рассталась с парнем.
- Ты сейчас про Бенуа говоришь?
- Нет. У меня появился другой, но… он меня бросил.
- Расскажи.
Я толком не знала стоит ли об этом рассказывать маме, но, наверное, мне следовало выговориться. Конечно, я многое скрыла. Даже не сказала о том, что этим парнем являлся Доминик Моно и причину расставаний объяснила туманно. Делала акцент на том, что мне плохо без этого парня.
- Я тебя понимаю, - негромко сказала мама. – Любовь умеет делать больно.
В этот день она полностью раскрыла передо мной душу. Рассказала о том, что с ней происходило в те дни, когда начались проблемы с Виардо и о том, как любовь застилала глаза. Он ее избил, а она искала оправдания его поступку и вообще считала его полностью хорошим, просто запутавшимся в себе. И, несмотря ни на что, ей было плохо без него.
Моя ситуация с Моно и то, что произошло между мамой и Виардо, несопоставимо. Это две совершенно разные ситуации, но из-за того, что мама выговорилась я почувствовала ее боль и раскаяние. Наверное, именно это опять хоть немного, но все же сблизило нас.
Мы даже стали опять жить вместе. Мама готовила свой переезд в Анси, но до того, как все будет готово она сняла просторную квартиру в Париже и стала звать к себе. Я и так жила в отеле, а у нее было много пустых комнат. Уговорила меня она тем, что сказала, что ей одиноко и хочется, чтобы хоть кто-то был рядом. У меня было такое же ощущение. Поэтому я переехала к маме, но жизнь меня достаточно потрепала, чтобы я поняла – следовало полагаться на себя и ни от кого не зависеть.
Особняк был продан и мне на банковский счет перевели часть суммы от продажи. Огромные деньги, но пока что я их не трогала. Мне повезло и я нашла работу. Одна семейная пара наняла меня репетитором для своего ребенка. Позже они порекомендовали меня своим друзьям и работы у меня прибавилось. Денег на жизнь хватало.
Жизнь действительно налаживалась, но мне все так же было плохо. По ночам не могла спать и все думала про Доминика. Каждой мысли хватало, чтобы сердце разрывалось на части и болезненно ныло. Порой в тишине и темноте я опять плакала.
Так в один день я не выдержала и, приехав в Сорбонну, пошла искать Обена. Мне подсказали, что он как раз находился на третьем этаже в комнате отдыха и я сразу направилась туда. Когда пришла к нужному месту, увидела, что Турнье сидел на диванчиках в окружении еще нескольких парней и девушек, но я все равно пошла к нему.
- Привет. Можешь уделить мне немного времени? Я хочу поговорить с тобой, - сказала Обену.
Он перевел на меня взгляд и несколько секунд смотрел мне в глаза, после чего еле заметно кивнул. Турнье молча встал с диванчика и мы отошли к окнам.
- Ты случайно не знаешь, что с Домиником? – спросила негромко.
- Нет, я его давно не видел.
- Как давно?
- С того дня, когда он твоего бывшего топил в фонтане, - ответил Обен скучающим голосом, а я замялась. Вся моя надежда была на то, что Турнье хоть что-то знал, но еще было рано сдаваться.
- А ты не знаешь, у Доминика есть лучшие друзья?
- Кажется, у него их двое, - Обен пожал плечами.
- Они тоже учатся в Сорбонне?
- Нет, тут я их не видел.
- А тебе случайно не известно, как их найти? – на мой вопрос Обен отрицательно качнул головой, а я понуро опустив взгляд, пробормотала: - Ладно. Спасибо.
Я поплелась к аудитории, в которой у меня должна была проходить первая лекция, но в дальнейшем мы с Обеном стали все чаще и чаще разговаривать. Сначала, просто встречаясь на территории университета мы здоровались, а потом стали останавливаться, чтобы перекинуться несколькими фразами. Через время наши встречи стали более длительными.
 
На втором этаже находился автомат с напитками, к которому я подходила каждый день после второй лекции. Там и видела Обена. Как-то само по себе возникла странная традиция. Я брала себе чай, а Турнье кофе, после чего мы стояли около окна и разговаривали. О чем? Можно сказать, что обо всем. Рядом с Обеном мне было немного легче. Возможно это потому, что его энергетика немного была похожа на ту, которая исходила от Доминика.
- Джоси не будет злиться из-за того, что ты проводишь время со мной? – решила уточнить, посчитав, что я бы ревновала, если бы Доминик так много общался с другой.
- Она больше не моя девушка, - равнодушно ответил Обен. Это была основная черта характера – безразличие абсолютно ко всему. Уже начинала догадываться, что огромная редкость увидеть его заинтересованным чем-то или кем-то.
- Да? – я удивилась. – С каких пор?
- С недавних.
- Жаль. Джоси мне показалась замечательной девушкой. И вы выглядели красивой парой.
На это Обен ничего не ответил, но, посмотрев мне на шею, он сказал:
- У тебя раньше была цепочка. Почему сейчас не носишь?
- Ты ее запомнил? – я широко раскрыла глаза от удивления.
- Она выделялась. Ты богатенькая девочка, а носила безделушку. Почему?
- Это подарок и очень важная для меня вещь.
- Тогда почему сейчас не носишь?
- Цепочка порвалась.
- Хочешь починю?
Я сразу сомневалась, ведь не любила, когда к цепочке прикасался кто-то посторонний. Да и я переживала, что Обен только сильнее ее испортит, но все же достала из кармана дорогую для себя вещь и отдала Турнье, а он с легкостью починил.
- Спасибо, - поблагодарила парня и надела цепочку. Я по ней скучала.
- Не за что, - Обен наклонился и уже в следующий момент я ощутила, что его губы коснулись моих.
  
Глава 57. Свет
 
Я дернулась так, будто меня пронзило ударом молнии и сразу же попыталась отстраниться, но уже в следующее мгновение ощутила широкие ладони Обена на талии. Он подхватил меня на руки и приподнял над полом так, словно я вообще ничего не весила, после чего усадил на подоконник.
- Что ты?.. – прошептала, но договорить не успела. Турнье опять поцеловал. Очень жестко. Так, что губы обожгло и в это же мгновение его руки опять легли мне на талию, так, словно их туда манило. Блузка немного задралась и я обнаженной кожей почувствовала это прикосновение.
Очень ясно чувствовалось то, что Обен не привык медлить. Если чего-то хотел – делал это и сейчас его руки скользнули по моему телу. Одна, пробираясь под юбку сжала бедро, а вторая коснулась груди.
Я зашипела, после чего влепила Турнье сильную пощечину и, извернувшись, спрыгнула с подоконника. Отошла на несколько шагов и быстрыми, хаотичными движениями начала поправлять одежду.
- Почему ты это сделал?
- Потому, что захотел, - пока что Обен стоял на месте, но не сводил с меня потемневшего взгляда.
- Но я не хочу, - я несколько раз качнула головой, из-за чего несколько прядей волос упало на лицо.
- Ты уже не с Домом, - сказано жестко, а я на эту фразу лишь растерянно моргнула, чувствуя, что она пронзила сердце подобно острой игле. Хотела опровергнуть эти слова и начать их отрицать, но не смогла.
- И что? – прошептала. – Я пока что отношений не хочу.
- Отказываешь мне?
Я кивнула, после чего сделала глубокий вдох и сказала:
 
- Я лучше пойду.
Обен не стал меня останавливать, но позже от него пришло сообщение:
«Пошли вечером прогуляемся. Поговорим».
Я ничего не ответила. В это мгновение мне было не до этого. Опустив взгляд, я молча шла, даже не задумываясь над тем, куда направлялась. Кажется, у меня должна была быть еще одна лекция, но я неторопливо вышла из университета и поплелась по тротуару вперед.