Плохой парень (СИ)

Я застелила кровать и в спальне протерла пыль, после чего сложила вещи, в разброс лежащие на столе. При этом, заметила, что единственное, что было в идеальном порядке - это учебники и тетради.
Я убрала на кухне, в прихожей и в ванной комнате. При этом, старалась соблюдать грань и ни в коем случае не заглядывать в шкафчики, так как это уже личное. То есть, убирала поверхностно и лишь то, что бросалось в глаза. А так, конечно, квартиру еще долго стоило доводить до ума, чтобы в ней появился уют. Сейчас она мне казалась пустой и какой-то холодной. И, нет, это не из-за разбитого окна.
Я не заглядывала в ящики, но когда вернулась в спальню, заметила, что один из шкафчиков прикроватной тумбочки был немного выдвинут. Я подошла ближе, чтобы закрыть его, но, заметив нечто странное, что полоснуло по сознанию, я не сдержалась и приоткрыла шкафчик, сразу понимая, что мне не показалось - там действительно лежали презервативы. При чем, очень много и я вообще не могла понять, зачем нужно такое огромное количество. Это запас на год?
Но хуже было другое. Квартиру Доминика я рассматривала, как место, в котором жил одинокий парень, но ведь Моно таковым не являлся. У него была девушка и сейчас я понимала, что все эти презервативы он использовал с ней, прямо на кровати рядом с которой я сейчас стояла.
Нервы пробило от покалывающей, непонятной мне злости и вместе с этим на душе стало как-то гадко. Даже руки начали подрагивать и я, не сдержавшись, с грохотом захлопнула шкафчик. После чего развернулась и пошла прочь из спальни, зарекаясь больше не входить в эту комнату, ведь от одного взгляда на кровать и тумбочку, в груди все начинало гореть.
Сейчас я была в таком состоянии, что вообще предпочла бы выйти на улицу, лишь бы прохладный вечерний воздух остудил мысли. Вот только, стоило мне пройти в коридор, как дверь открылась и в квартиру вошел Доминик.
- Тебя долго не было, - буркнула. Не могла сдержаться и на Моно смотрела с гневом и раздражением, хоть и понимала, что не имела права злиться. Не мое дело, что Доминик делал с Луизой в своей спальне. Она его девушка и логично, что они спят. Вот только, мне от этих мыслей почему-то легче не становилось.
Доминик посмотрел на меня. Скользнул взглядом по своей рубашке, в которую я все еще была одета и приподнял бровь.
- Мне было холодно и я взяла твою рубашку. Сейчас сниму ее, - сказала, после чего потянулась пальцами к пуговицам.
- Нет, будь в ней, - Доминик снял легкую ветровку черного цвета, в которую был одет, после чего небрежно бросил ее на вешалку, но, заметив, что теперь на ней все висело по порядку, вновь приподнял бровь, после чего окинул взглядом коридор. – Ты убрала у меня?
- Немного, - я все же начала расстегивать рубашку, но Моно подошел и убрал мои ладони от нее, после чего застегнул пуговицу, которую я успела вынуть из петли.
- Я сказал – будь в ней.
- Это лишнее. Мне больше не холодно, - солгала. С наступлением вечера в квартире температура еще сильнее понизилась.
- Если собралась снимать рубашку, тогда уже раздевайся полностью, - Доминик прошел к кухне и закрыл дверь. Это, судя по всему, чтобы холод не распространялся на всю квартиру. Если честно, я не подумала об этом. Я вообще была рассеянной.
После слов Моно мне резко перехотелось снимать рубашку, но, понимая, что конец его фразы, судя по всему, имел отношение к моему проигрышу в споре, вернее к одному из их условий, я сжала ладони в кулаки и сказала:
- Я не могу сделать того, что ты сказал, но цепочка… Зачем ты раздеваешься? – я широко раскрыла глаза, увидев, что Доминик снял футболку.
Моно зашел в ванную и, увидев, что он начал расстегивать ремень, я сама резко захлопнула дверь, но все же услышала шорох одежды и то, что уже вскоре включилась вода.
Некоторое время я все еще крутилась в коридоре, а потом пошла на кухню. Я ничего не могла с собой поделать и из-за тех презервативов все еще злилась, но в квартире было холодно и у меня самой по коже бежали мурашки при мысли от того, как после душа Доминик выйдет из ванной. Это все странно. Даже мне было дико от того, что я переживала за того, кого ненавидела.
 
На кухне я заварила чай Доминику. Хотела и себе сделать горячий напиток, но у Моно была только одна чашка, поэтому я решила, что обойдусь.
Моно зашел на кухню через пятнадцать минут и первым делом окинул комнату взглядом, ведь после уборки она немного изменилась. Стала чуточку уютнее.
- Держи, - я протянула ему чашку с чаем. Он как раз немного остыл и его можно было пить. – Ты бы оделся, - сказала с недовольством. Доминик был одет лишь в домашние штаны. С обнаженным торсом и босыми ступнями. – Тут холодно.
Доминик взял чашку и сделал один глоток, после чего спросил:
- Что за машина?
- Какая тебе разница? Ты же выиграл в споре, - буркнула.
- Может, узнаю, кто владелец.
- Правда? – я оживилась, но тут же насторожилась. – Зачем тебе это?
На мой вопрос Доминик не ответил. Отпил еще чая и сказал:
- Я могу попытаться узнать, кто владелец, но только при одном условии.
- Каком? – я еще сильнее насторожилась. Даже невольно сделала шаг назад, поясницей упираясь в столешницу.
- Ты расскажешь, почему тебе нужно знать, чья это машина.
Я разомкнула губы и удивленно округлила глаза, вместе с этим нахмурившись. Ранее я не хотела открывать Доминику свои проблемы, ведь считала что они ему не нужны, но сейчас была готова все рассказать. Лишь бы это помогло.
- Тот, кому принадлежит эта машина, присылает мне странные сообщения и угрожает.
- Какие угрозы? – глаза у Доминика черные, но сейчас, когда он сдвинул брови на переносице, взгляд парня показался мне еще более жестким.
- Он пишет, что придет ко мне, если до конца следующей недели я не узнаю, кто он и, как я поняла, сделает со мной что-то плохое, - негромко сказала, после чего решила объяснить: - Когда-то давно у меня был друг, но он умер, а этот парень пишет, что он и есть тот самый друг и то, что он зол, ведь я его не узнала, хотя он тоже учится в Сорбонне и находится ближе, чем я могу представить. Поэтому он поставил мне условие, что я должна найти его. Иначе, опять-таки, произойдет нечто нехорошее.
Некоторое время Доминик молчал и лишь спустя несколько бесконечно долгих секунд протянул свободную руку, после чего сказал:
- Дай телефон.
Я немного растерялась, но почти сразу достала телефон и вложила его в ладонь Моно.
- Как долго это продолжается? – спросил он.
- Четыре дня, - ответила, увидев, что Доминик разблокировал экран. На нем тут же высветилась фотография, на которой были я и Бенуа. Моно оскалился и зашел в настройки, после чего удалил эту заставку.
- Что ты делаешь? – я поджала губы, ведь в груди тут же закололо от недовольства. Это мой телефон и мне не нравилось то, что Доминик без моего разрешения что-либо в нем поменял.
Моно на мой вопрос ничего не ответил и просто ввел, как я поняла, свой номер в мою телефонную книгу.
- Пришлешь мне номер той машины, - он вернул мне мобильный, после чего отпил еще чая.
Некоторое время я стояла молча, просто не зная, что сказать, но в итоге негромко прошептала:
- Спасибо за то, что решил мне помочь.
Неожиданно Доминик подошел ближе, сокращая расстояние между нами до нескольких сантиметров и свободной рукой оперся о столешницу по правую сторону от меня. Почему-то от этой близости, я затаила дыхание и подняла растерянный взгляд на Моно, а он в этот момент, сделал еще один глоток чая, при этом заметив, что я невольно посмотрела на чашку. Неожиданно он поднес ее к моим губам и немного приподнял, а я, даже не задумываясь, сделала глоток. Это было странно, но уголком сознания я уловила понимание того, что я впервые с кем-то делила одну посуду и сейчас этот жест казался до невозможности интимным.
 
Доминик убрал чашку от моих губ и тоже сделал глоток чая, не разрывая нашего зрительного контакта, от которого по коже пробежали мурашки и внутри защекотало огоньками. Но в это мгновение я вспомнила про презервативы в прикроватной тумбочки Доминика. Про то, что у него была девушка, с которой он их использовал и от этих мыслей сознание забурлило. Захотелось отстраниться, но я сдержала этот порыв.