Некромант. Архитектор теней. Том 2 (СИ)

— Этот человек был уличён в заговоре против вверенных же ему земель. Он работал на Новосибирское княжество.
— Ну надо же! А я-то все гадал, — пробубнил Казанцев.
В каком смысле «вверенных»? Вроде как Совет образовался сам, для защиты оставшихся без опеки людей.
— Вижу, мои слова стали для вас новостью? — синюшные губы Евдокима расплылись в улыбке. — Вы не ослышались. Император взял эти земли под своё крыло, а вот такие вот… скажите, граф, вам о чём либо говорит фамилия Шувалов? Вот, посмотрите на фотографию.
Евдоким протянул мне карточку, на которой был запечатлен пожилой мужчина в неприлично дорогом камзоле.
Да быть такого не может!
— Миша, Егор, — не поворачиваясь бросил я. — Приведите-ка сюда того жирдяя, и оружие его тоже прихватите.
— Будет сделано, ваша светлость.
Через минуту к нам подвели красного от злости старикана, который то и дело пытался укусить за руки своих конвоиров. Когда его усадили на стул рядом с Сидельниковым, я поднёс к его лицу фотографию, и сразу же передал её обратно Евдокиму.
— Его оружие, ваша светлость, на нём именная надпись, — вставил Краснов.
— Прочти.
— «Его светлость, граф Евгений Аргентович Шувалов», вот же сучий…
— Ну что ж, — грандмастер Флавий покачал головой. — Думаю, комментарии здесь излишни. Надеюсь, вы не против, если мы заберём графа Шувалова с собой? Он должен понести ответственность за свои действия.
— Подождите, подождите! — я вышел вперёд и взгляды абсолютно всех устремились на меня.
Эх, последний раз я собирал такое внимание, когда одномоментно обратил в нежить армию непокорившегося вольного города. Тогда мне пришлось использовать все проклятья, что плескались в моей крови. Сейчас же я хотел просто справедливости, но кровь во мне буквально кипела от негодования.
— Граф Шувалов — мой пленник! И мне решать, что с ним будет. Разве я не имею на это право, как победившая сторона?
После такого заявления взгляды переместились на грандмастера Флавия, хоть он и продолжал хранить молчание.
Краем глаза я заметил, как подобрались мои люди. Каждый из них был готов отстаивать мою позицию, пусть не с каждым я был знаком лично.
Паладины тоже зашевелились. Кто-то даже активировал оружие, но Флавий вдруг поднял руку, посмотрев на Евдокима и покачав головой.
Наступила тяжёлая пауза, которую неожиданно нарушила курица, всё ещё сидевшая на коньке крыши. Она начала кудахтать, как петух, поворачиваясь во все стороны.
Совсем позабыл снять это нелепое создание с крыши, ну да ладно, пусть сидит, всё равно уже все привыкли.
— Я не договорил, граф Пугачёв, — продолжил настоятель Флавий. — В моём распоряжении имеются сведения, согласно которым вы планируете отделиться и основать независимое княжество. Это правда?
Вот же жук! И про это вынюхал.
Я почувствовал, как самопроизвольно заскрипели зубы. Сейчас решалась судьба моего детища и я не имею права его потерять.
— К моему сожалению я ношу титул графа, так что, ваши осведомители ввели вас в заблуждение.
— Ещё мне стало известно о подготовке к референдуму. Уж не знаю, насколько это правда, но спросить я обязан, — продолжал Флавий, — и то, что вы возвели часть своих подданных в ранг свободных людей. Это тоже правда?
— От вас ничего не утаишь, грандмастер Флавий, — я взглянул на Казанцева. Тот сидел белее мела. Да, сейчас рушатся все наши планы. — Всё, что вы сказали — абсолютная правда.
Флавий на мгновение взял паузу, по-видимому наслаждаясь ситуацией, а потом вдруг поднял руку, привлекая внимание каждого.
— Я не могу не воспользоваться вверенными мне полномочиями, а потому от лица императора заявляю, что одобряю эту инициативу. От себя лично добавлю… я намерен присутствовать при этом историческом моменте, и всячески буду способствовать этому.
А вот тут даже у меня чуть не отвалилась челюсть.
— И более того, я намерен подать прошение о зачисление вас в наши союзники, и признать ваше… — тут грандмастер поморщился, видимо от того, что говорил непривычные для него слова, — … ваше увлечение некромантией более не опасным. Всё таки, именно благодаря вам мы избавились от «Чёрного лотоса». Уж не знаю как на это отреагирует Великий синод, но на то у меня есть доказательства и заверения моих людей. Так что, граф Пугачёв, примите мои поздравления.
Снова повисла неловкая пауза, которую, по обыкновению, нарушил звонок.
Краснов протянул мне артефакт связи и я сразу же приложил его к уху.
— Гриша! — почти что прокричал Игнат. — Только что звонил Корсуньский, это у которого фабрики и производства в Болотном…
— Да понял, понял. Говори.
— Так вот, он и ещё какая-то графиня, кажется Ангелина Караваева, изъявили желание присоединиться к нашему… делу. Что мне им ответить? Они должны перезвонить. Надя сказала, что на это…
Что дальше говорил Игнат я уже не слышал. Перед глазами висела нелепая картина, как меня осаждают толпы разного рода дворянства. Крики, вопли, вздохи. Каждый из них трясёт бумагами перед моим носом и молит о присоединении их земель к моим.
Тьфу ты. Привидится же такое⁈
— Так что мне им ответить?
— Скажи, что я рассмотрю их прошение и отвечу позже.
Я отдал артефакт Краснову и глубоко вдохнул. Как бы то ни было, но всё складывается в мою пользу. Просто я привык бороться, и протянутая рука помощи кажется мне очередной подставой. Пора меняться, и сейчас для этого лучшее время.
* * *
После нашей памятной беседы минул день.
Все последствия осады были устранены, катапульты разобраны, а мортиры восстановлены и перевезены на задний двор. Теперь они будут охранять мою землю.
Что касается референдума, то он начался с самого утра и затянулся до поздней ночи. Как пояснила Надя, в голосовании приняло большее количество людей, чем было заявлено изначально, и это не удивительно.
Весть о том, что где-то нашёлся странный граф, решившийся основать независимое княжество, разлетелось по округе, и вскоре к моему особняку действительно выстроилась вереница просителей всех мастей.
Были здесь и фабричники, под управлением Корсуньского, и посланники разных баронств и графств, и представители всех местных гильдий, и ещё, бог знает, кто. Все они изъявили желание присоединиться и проголосовали, обязавшись внести свой посильный вклад в развитие общего дела.
Единственный, кто оказался против, был тот самый Прохор — пришлый тракторист, возомнивший себя народным гласом, которого сам народ и прогнал, осознав, к чему может привести его самодеятельность. Но всё же, кое-что из его предложений я оставил, и это ещё больше подстегнуло крестьян. Теперь их было не остановить. Каждый хотел внести свой вклад.
Но больше всего постарались коротышки. Буквально на следующий, после осады, день население Города под Дворцом увеличилось вдвое. При том, что первоначальное его количество для меня так и оставалось тайной, но это не важно. Важно то, что рядом со мной начала процветать жизнь. Настоящая, живая жизнь, хотя казалось бы…
Ближе к закату ко мне подошёл Игнат. Он был немного встревожен и всё время поглядывал на часы, будто боялся пропустить важное для него событие.
— Не знаю, помнишь ли ты, но завтра меня не будет, — с серьёзным видом заявил Игнат.
— Это почему же? — я отставил кружку с чайным грибом и внимательно посмотрел на друга. Тот залился краской и увёл взгляд в сторону.
— Ты говорил, мне нужно кое кого навестить. Вот я и решил. Всё равно завтра делать нечего, и если ты не против…
Как же это круто, когда есть о ком позаботиться! Всю свою жизнь я только и пытался собрать вокруг себя близких мне людей. По итогу, все они предали, но это нисколько не повлияло на меня.
— Антонина Игоревна? — я аж привстал со стула. — Да это святая женщина! Ммм! Кстати! Возьми с собой пару нежитей… в смысле, пару банок с грибом, и научи эту милую женщину, как с ними обращаться. Справишься?
Игнат заулыбался.