Некромант. Архитектор теней. Том 2 (СИ)

— О! Ещё один! Вы балуете старого графа, — Гаусс совершенно забыл о своей тревоге, и как одержимый закрутил трофейной вещицей. — Беру. По той же цене, плюс десять процентов. Если честно, такие встречаются крайне редко. Зелёный цвет — признак силы, он встречается не в каждом пробое.
— Да, я читал в вашем справочнике. Спасибо, — я перебирал в голове варианты заготовленного текста, но все они сейчас казались дурацкими. — Мне нужен артефакт. Можно в виде перстня. Маскирующий один тип магической энергии под другой. Найдётся в вашем… у вас такой?
Старик перевёл взгляд на меня, аккуратно ложа кристалл на стол.
— Подобными вещами редко кто интересуется. За всю жизнь я встречал лишь троих таких клиентов.
— Занимательно! Я, стало быть, четвёртый.
— На иллюзиониста вы не похожи, на искусного дуэлянта тоже… — Гаусс вдруг отвесил челюсть и выдал совершенно другое, чем я ожидал. — Я видел вашу схватку в переулке. Вы же их… я правильно понимаю?
Какой же все-таки хитрюга. До последнего тянул, что был в курсе нападения.
Мне пришлось кивнуть. Всё же, старику я доверяю, и обманывать его сейчас было бы неправильно.
— Тогда я задам ещё один вопрос. Расскажите мне о Чёрном лотосе.
Старик резко встал и прошёл к библиотеке. Порылся среди пыльных книг и извлёк одну из них — квадратную, с вензельными надписями и облезлой обложкой.
— Вот, держите. Почитаете на досуге. В двух словах не расскажешь о чём вы просили, — Гаусс перешёл к столу-витрине, где под стеклом хранились различные артефакты. Он откинул крышку и достал перстень с тремя небольшими самоцветами.
— Я не буду спрашивать зачем вам всё это, но на всякий случай уточню.
— Спрашивайте.
— Вы не причините нам зла?
— А надо? — вопросом на вопрос ответил я. — Вы сами прекрасно знаете ответ на свой вопрос.
Взгляд старика упал на стену с рунами слежения. На одной из картинок показались несколько монахов, которые будто летели над полом между высоких стеллажей. Как они сюда попали? Дверь же закрыта…
— Они здесь! Быстрее, за мной! Я выведу вас!
  
Глава 11
 
И когда этот старый пройдоха успел здесь столько настроить? Правильнее будет сказать, переоборудовать, потому что внести такие кардинальные изменения в конструкцию здания просто невозможно. Ну, если ты не сквирл, и в твоём распоряжении нет пары тысяч таких же малявок.
Граф дёрнул за неприметный выступ, и одна из стеновых панелей отъехала в сторону. Мы протиснулись в проём и оказались в узком приземистом коридоре, вдоль стен которого тянулись толстые пучки проводов.
По-видимому, туннель предназначался для прокладки коммуникаций и обслуживания, и только потом стал использоваться в качестве тайного хода.
Дойдя до первой развилки, граф устало прислонился к стене.
— Сворачивайте всё время направо, на пятом перекрёстке — прямо. Попадёте в нижние кварталы. Оттуда выберетесь наружу. На окраину.
— Здесь есть и нижний город? Никогда не слышал, — Болотный не перестаёт меня удивлять.
— В этом городке много тайн. За триста лет, поверьте уж, набралось, — Гаусс глубоко вздохнул и встал прямо. — На этом должен откланяться.
— Что вы будете делать?
— Пойду обратно. Мне они ничего не сделают, а вот вас им здесь незачем видеть. Я знаю, что вы просто защищались и не желали никого убивать. Но вряд ли кто-то в это поверит. Того парн…
Я хлопнул старика по плечу, обрывая на полуслове, и кивнув, побежал вглубь коридора. Незачем тянуть время, он и так сделал выводы, а мне и в самом деле лучше оказаться в другом месте.
Дойдя до пятого по счёту перекрёстка, я впал в ступор. Старик говорил идти прямо, но прямо ведут два прохода. Ещё два прохода уходили вправо и один — влево. Могли бы и указатель сделать, чтобы честных людей не путать.
Те, что были передо мной, разительно отличались. Один был обложен кирпичом, и по нему продолжали тянуться провода, второй — пробит чуть правее в кладке, и вырыли его, судя по висящей повсюду паутине, достаточно давно.
Туда мне точно не нужно, лучше идти по тому, в котором ровный пол и есть свет, правда лампочки горели первые метров сто, а дальше чернела непроглядная тьма.
Пройдя по выбранному коридору ещё метров триста, я начал сомневаться, что сделал правильный выбор, потому что коридор заканчивался техническим помещением, в котором стояло нерабочее оборудование, а в стене также был пробит коридор, уходящий вправо и вверх.
Но вскоре понял, что из тёмного провала дул лёгкий ветерок, доносящий запах дыма и еды — верный признак того, что впереди есть выход.
Не успел я пройти по туннелю, как впереди забрезжил свет и послышались голоса. Похоже, я действительно пришёл в нижние кварталы, что бы ни скрывалось за этим названием.
Вышел я в какое-то узкое помещение, размерами как обычный подвал, только стены здесь выложены из больших каменных блоков. Слева и справа громоздились собранные из всякого мусора комнатки, из которых доносились бормотание и храп.
Я аккуратно сделал первый шаг, чтобы не привлекать внимание. Под ногой хрустнуло.
— Кто там? Кеша, ты? — раздалось из ближайшего «домика», и в щель между свисающих с перекладины тряпок, выглянула опухшая рожа. — Ты, мля, кто ещё такой? Чего надо?
— Спи дальше. Мимоходом я, — осталось-то пройти два шага, чтобы разминуться с этим человеком, как мои ядра буквально заходили ходуном. Неужели?
Я развернулся и внимательно обследовал выпивоху ментальный зрением. Не может этого быть! Целых три проклятья! Да какие мощные! Такой возможности вряд ли где представится. Плевать, что алкаш не мылся несколько месяцев и от него несло как от помойного ведра.
Обращать его не собираюсь, а вот забрать проклятья всё же стоит. Они для некроманта нечто вроде усилителя, и чем их больше, тем эффективнее выходят заклинания. Взять то же Тёмное пламя.
— Э! Ты чего так смотришь? Дурной что ли? — алкаш отшатнулся, увидев, как я развернулся и пошёл к нему. Ещё бы: увидеть в неверном свете костерка улыбающееся лицо человека в костюме — такое себе наслаждение.
— Не бойся. Я только ненадолго возьму тебя за руку, — как можно дружелюбнее произнёс я, но алкаш почему-то наоборот ломанулся обратно в свою хибару, гремя кастрюлями и бутылками.
— АААА! Мужики! Убивают!
Вот недоумок! Мог бы спокойно лишиться своих проклятий. Глядишь, может и на путь исправления бы стал. Надо было ведь такой шум поднимать!
Я ускорил шаг и настиг мужика в углу его жилища, прикрывающегося крышкой от кастрюли. В другой руке он держал вилку и целился мне в глаз.
— Эй, рыцарь, не бойся. Легче станет, говорю, — только потянулся, чтобы взять доходягу за руку, как он взбрыкнул и кольнул меня своим грозным оружием.
Да ты бессмертный, я смотрю! Вырвал из рук алкаша вилку и, схватив за шкирку, снял с груды тряпья, на которую он успел забраться.
Подвал огласил крик ужаса, который как по глиссаде пошёл вниз, пока не перерос в еле слышимое шипение.
Мужик откинулся на спину и уставился на меня ничего не понимающим взглядом. Да, дорогой, я только что изменил твою жизнь в лучшую сторону, если, конечно, ты сам захочешь меняться. Но неудержимая тяга к этому пойлу больше не будет досаждать.
Подумать только, бывший владыка всех земель излечивает в крысиной норе бездомного пьяницу!
За спиной послышались спутанные шаги, будто идёт толпа нежити.
— Эй! Ты что с ним сделал? Гад! — раздался хриплый прокуренный голос. Следом за ним посыпалась поддержка в виде поддакиваний и улюлюканий.
Я обернулся и увидел, что халупу алкаша обступило с десяток таких же бродяг, как и тот, что лежал сейчас на спине и осоловело смотрел в потолок. Ещё бы, ощущение, что твой разум больше ничего не отягощает, неимоверное.
На меня смотрел дед лет семидесяти, в шапке-ушанке и фуфайке на голое тело. Лицо его было сморщенным, как сушёное яблоко, а борода доходила до середины груди. По-видимому, старик здесь за старшего.