Огонь (ЛП)

И она этим ничуть не разочарована — строго осадила себя Скалли. Быстрый перестук ее каблуков по коридору вдруг замедлился, а потом и вовсе затих. Между дверью и косяком виднелся уголок простого белого конверта без обратного адреса. И вдруг я задумалась: если виден только уголок, откуда она знает, что там нет обратного адреса? )
Нахмурившись, Скалли вытащила и распечатала его. Внутри обнаружился листок, исписанный знакомым размашистым почерком Малдера. Она быстро пробежала глазами немногочисленные строчки:
«Сейчас у тебя есть три варианта:
1. Повернуться и уйти. Возвращайся сюда через час, и больше я никогда не упомяну о случившемся. Даю слово.
2. Открыть дверь и сказать «стоп-слово». «Попкорн», помнишь? Мы все обсудим и решим, стоит ли продолжать.
3. Просто войти и закрыть дверь. Но знай — это будет последнее, что ты сможешь сделать сегодня по собственной инициативе».
Сердце Скалли неистово забилось, и она, сама того не замечая, смяла листок в задрожавших пальцах.
Боже ты мой…
Хватит ли у нее духу это сделать? Сможет ли она устоять перед такой возможностью?
Можно было не сомневаться, что если она сейчас развернется и уйдет, Малдер поступит именно так, как и обещал. В конце концов, он поставил себя в более рискованное положение, сделав первый шаг.
И только тут Скалли осознала, что самый сложный этап воплощения фантазии в жизнь уже позади. Малдер знает о ее желаниях, а записка в ее руках — красноречивое свидетельство того, что эти желания его не оттолкнули. Значит, он не посчитал их нездоровыми.
Шанс реализовать свою фантазию… и не с кем-нибудь, а с Малдером… от одной мысли об этом подгибались колени. Нет уж, первый из перечисленных в записке вариантов точно исключается. Остается второй и третий. Какой из них предпочесть?
— Я знаю, какой ты породы, Малдер, — тихо прошептала Скалли. Она ведь доверяет ему? По-настоящему?
Доверяет?
Скалли глубоко вздохнула и взялась за ручку двери.
***
Дверь медленно распахнулась.
Сидевший поодаль, в густой тени, Малдер безмолвно ожидал, что за этим последует. К его величайшему удовлетворению, Скалли не произнесла ни слова. Молча переступила порог, так же молча развернулась, чтобы закрыть за собой дверь.
— Запри ее.
Скалли вздрогнула и с трудом сглотнула, услышав прямо у себя за спиной это властное распоряжение. Дрожащими, плохо повинующимися пальцами она защелкнула замок и, на секунду закрыв глаза, прислонилась к двери, тщетно пытаясь совладать с нахлынувшими эмоциями.
Скалли еще не успела снова выпрямиться, а Малдер уже стоял позади. Так близко, что она с мучительной остротой ощущала тепло его тела. Скалли резко открыла глаза, и обнаружила, что его ладони упираются в гладкое дерево по обе стороны от ее плеч. Малдер не двигался с места, не пытался дотронуться до нее, но этого и не требовалось: она и без того была поймана в ловушку между ним и дверью. Сердце вдруг замерло, а потом неистово заколотилось в груди.
— Не оборачивайся, Скалли. — В голосе Малдера, всегда таком мягком, сейчас звучало нечто новое - отчетливо различимая стальная нотка, от которой по спине Скалли пробежала предательская дрожь. Его голос был властным, не терпящим возражений. Неужели он мог принадлежать ее всегда такому мягкому и чувствительному напарнику?
Его приказной тон будоражил, но одновременно вызывал смутное раздражение. Какая-то часть ее существа остро желала испытать Малдера. Сейчас же, немедленно. Проверить, что произойдет, если она не станет подчиняться. Вызывающе вскинув голову, Скалли одним резким движением развернулась к нему…
И тут же оказалась прижата к двери. Сильные пальцы Малдера стиснули ее запястья, вынуждая поднять руки над головой. Для него не составило большого труда удерживать Скалли в таком положении просто за счет своего веса. По-прежнему не двигаясь с места, Малдер наклонил голову - так, чтобы их лица оказались на одном уровне.
— Не самое лучшее начало, Скалли, — выдохнул он, пристально вглядываясь ей в лицо. Скалли смотрела на него, как зачарованная, не чувствуя в себе сил заговорить или отвести взгляд. Этот суровый властный незнакомец не имел ничего общего с человеком, столько лет по-братски делившим с ней офис. За исключением внешности. Тот Малдер мог нещадно дразнить ее, спорить до хрипоты по самым ничтожным поводам. Но он всегда относился к ней как к равной.
  
Стоявшему перед ней мужчине требовалась ее полная капитуляция — не меньше.
Скалли ясно читала это в его глазах.
Что она наделала? Ее захлестнул приступ отчаянной паники. Скалли яростно рванулась прочь, будто дикий зверь, угодивший в ловушку, и каким-то чудом сумела высвободиться. Поспешно отступив на еще несколько шагов, она настороженно оглянулась на Малдера. Тот неподвижно стоял на месте, скрестив руки на груди, даже не пытаясь снова приблизиться к ней. Лишь теперь Скалли наконец-то смогла как следует разглядеть его, и на нее тотчас накатила новая, еще более сильная волна паники.
Он был одет в черную водолазку, четко обрисовывающую широкие грудь и плечи, и в такие же черные джинсы, плотно обтягивающие ноги. В этой темной облегающей одежде Малдер — гибкий, напряженный, словно туго сжатая пружина, — казался еще более высоким и худощавым.
Закатанные рукава водолазки открывали взгляду мускулистые руки. Скалли растерянно скользнула по ним взглядом, задержавшись на больших ладонях с сильными пальцами. Почему-то прежде она не обращала особого внимания на разницу в росте и физических габаритах между собой и напарником. Но сейчас, когда Малдер стоял перед ней, сурово сжав губы, и смотрел на нее – пристально, холодно, – она внезапно очень остро осознала, насколько он больше и сильнее ее.
Его глаза горели странным, почти пугающим огнем, от которого невольно перехватывало дыхание.
Малдер выглядел грозным. Мощным. Несгибаемым.
Властным.
Наконец он нарушил напряженную тишину.
— Подойди сюда, — приказал Малдер. Его голос был таким же суровым, как излучаемая им аура мрачной уверенности в себе.
Скалли нерешительно сделала шаг вперед, затем еще один, а потом, подстрекаемая бушующим в крови адреналином, молнией метнулась мимо него к двери в спальню.
Малдер среагировал мгновенно. Она даже не успела заметить его движение, настолько быстрым оно было. Сильная рука обхватила ее за талию, Скалли вдруг потеряла равновесие и ощутила, как он легко, невзирая на сопротивление, отрывает ее от пола.
— Пусти, — яростно выдохнула она, вырываясь из его хватки с неистовством дикой кошки. Но тщетно. Секундой позже Малдер опрокинул ее навзничь и, навалившись сверху, прижал к полу. Все это он проделал словно бы без малейших усилий и теперь грозно нависал над ней, крепко удерживая за запястья.
— Уймись сейчас же, — прорычал он, — а не то мне придется связать тебя.
Скалли продолжала вырываться — на первый взгляд так же неукротимо. Но от Малдера не ускользнуло, как предательски расширились ее зрачки в ответ на эту угрозу. Он хищно улыбнулся. Что ж, раз так, пусть Скалли сполна насладится их первой схваткой.
Первой, но наверняка не последней. Начав эту игру, Малдер не собирался останавливаться на полпути и намеревался сделать все от него зависящее, чтобы эта ночь запомнилась Скалли надолго.
Крепче прижав ее к полу, он резко подался вперед – так, чтобы его эрегированный член с силой уперся ей в живот.
— А впрочем, продолжай, вырывайся дальше, — зловеще усмехнулся Малдер. — Пожалуй, мне это даже нравится. И чем дальше, тем больше.
В ответ она снова лихорадочно рванулась и, резко извернувшись, ощутимо ударила его головой по плечу.
— Черт! — Малдер непроизвольно дернулся и на мгновение ослабил хватку. Скалли попыталась высвободиться, но его рука тотчас сжала сразу оба ее запястья, а пальцы другой зарылись ей в волосы. Мягко потянув за них, Малдер заставил Скалли запрокинуть голову, лишив тем самым последней возможности сопротивляться.
— А вот это было уже не так приятно, Скалли, — угрожающе протянул он и, опустив голову, коснулся губами ее беззащитно открытого горла. — Я бы даже сказал — очень неприятно.