Бесславные дни (ЛП)

   - Ага. Я тоже так решил, - ответил Оскар. Он пересек дорогу и по песку отправился в воду. Чарли Каапу последовал за ним. 
   У Оскара выдалась пара удачных заплывов. Чарли снова упал с доски. Когда он поймал её, на его лице виднелась ссадина. Он стоял у самой кромки воды и обсыхал. Затем он нахмурился и посмотрел на север. 
   - Что за шум? 
   Через мгновение Оскар тоже что-то услышал. Какой-то отдаленный гул, который он принял за жужжание комаров. Он тоже посмотрел на север. 
   - Вон там. - Указал он. - Целая куча самолетов. Армейские или флотские что-то задумали. 
   Самолеты летели несколькими группами. Некоторые направлялись южнее, в центр острова. Другие выбирали курс на юго-запад. Летели они достаточно высоко, чтобы преодолеть хребет Ваиана. Оскар на мгновение удивился, почему они летели со стороны океана. Затем он пожал плечами. Дела военных его не волновали. Вместе с Чарли он вернулся к сёрфингу. 
   Лейтенант Сабуро Синдо вёл свой "Зеро" обратно на авианосец "Акаги". Командира второй волны бомбардировщиков переполнял восторг. Первые две атаки тяжело повредили корабли в Перл Харборе и разгромили взлётные полосы на Оаху. А теперь, пора доделать начатое, думал Синдо. 
   Он увидел авианосец и целый флот эсминцев, крейсеров и линкоров. Ещё там были транспорты, на всех парах мчавшиеся к Оаху. Синдо плотоядно ухмыльнулся, показав ровные зубы. Обычно он был равнодушен ко всему. Но не сегодня. Сегодня он ощущал себя тигром. К завтрашнему утру японцы высадят на острове десант. 
   Пока же нужно было сесть на "Акаги". Только что перед ним сел другой "Зеро". Команда корабля немедленно оттащила самолет в сторону. Офицер на палубе сигнализировал Синдо продолжать сближение. Тот перестал обращать внимание на постороннее и сконцентрировался на сигналах. Палуба авианосца качалась перед его глазами. Человек на ней видел его посадочную траекторию лучше него самого. Этот урок летчикам ВМС давался труднее всего. 
   Флажки опустились вниз и Синдо нырнул на "Акаги". Хвостовой крюк зацепился за тормозной трос. "Зеро" дернулся и замер. Синдо отодвинул люк, выбрался из самолета и побежал к небольшой пристройке на палубе. 
   - Господин адмирал! - кричал он. - Господин адмирал! 
   Адмирал Тюити Нагумо лично вышел на палубу, чтобы приветствовать его. Это был коренастый человек, за пятьдесят лет, с круглым лицом, которое между глаз пересекали две вертикальные линии, тонкие волосы были коротко пострижены. Он был до мозга костей флотским человеком, а не лётчиком, что слегка тревожило Синдо. Командовать операцией по нападению на Перл Харбор он был поставлен, потому что был самым старшим. Это было вполне традиционно для Японии. И всё же, руководил он с умом. 
   - Всё в порядке? - поинтересовался он. Напряжение сдавило его горло. 
   - В полном порядке! - Синдо улыбнулся, увидев стоявших за спиной адмирала Минору Гэнду и Мицуо Футиду. Футида командовал авиацией. Он был на пару лет старше Гэнды, выше его, имел вытянутое лошадиное лицо. Синдо заставил себя корректно ответить на вопрос адмирала: 
   - Да, господин, всё в полном порядке. Нужно немедленно отправлять третий эшелон, чтобы уничтожить строения в доках, топливохранилища и нанести удар по казармам Скофилда, чтобы облегчить задачу армии. 
   - Где американские авианосцы? - спросил Нагумо. 
   Это была неприятная сторона. В порту они не увидели ни единого авианосца. Синдо ответил единственно возможным способом: 
   - Не могу знать, господин. 
   Линии между глаз Нагумо стали глубже. 
   - Вы думаете о том, что будет с Гавайями, - серьезным тоном произнес он. - Я же думаю о том, что будет с моим флотом. Что если американцы нападут, пока мы стоим здесь? 
   Стоявший позади коммандер Генда сказал: 
   - У нас шесть авианосцев, господин. У американцев максимум три, к тому же они разбросаны. Наши лётчики - лучшие в мире. А у них... не самые лучшие. Если они нас найдут, то пожалеют. 
 
   - Как скажете, - ответил на это Нагумо. Голос его при этом звучал как угодно, только не радостно. Синдо вообще не видел, чтобы он радовался с самого момента отплытия из Японии. Даже успех первых двух эшелонов нападения его не удовлетворил. Он продолжил. - Вот, что, господа. Если бы не десант, который мы сопровождаем, я бы уже давно развернулся и направился домой. 
   Коммандер Футида не смог скрыть ужас. 
   - Господин, нам нужно закончить начатое! - воскликнул он. 
   - Знаю, - ответил Нагумо. - Поэтому я останусь и продолжу работать. Это моя ответственность и я не могу бросить солдат. Но в том, что я вам скажу, есть доля истины. Нам угрожает опасность. 
   - Как и американцам, - вставил Синдо. Гэнда и Футида дружно кивнули. В конце концов, адмирал Нагумо тоже кивнул. 
  
II
 
Утром, к восьми часам один из разведчиков доставил на "Энтерпрайз" сообщение следующего содержания: "Перл Харбор подвергся нападению! На сообщение не отвечать". 
   Весь экипаж авианосца взорвался от ярости. 
   - Эти мелкие узкоглазые хуесосы хотят войны - они её получат! - ревел лейтенант Джим Петерсон. 
   - Ты же сам говорил, что они не нападут, - сказали ему три человека подряд. 
   Он был слишком зол, чтобы смущаться собственной неправоты. 
   - Да мне похер, что я там говорил, - прорычал он. - К следующей неделе этих желторылых тварей надо зарыть в землю. 
   Однако сказать это оказалось легче, чем сделать. Все знали, что японские войска находились где-то в районе Гавайев, но где именно? Они прибыли с севера или с юга? "Энтерпрайз" даже не мог расспросить разбегавшихся с Перл Харбора людей. Едва получив это ужасное послание, адмирал Холси объявил по всей оперативной группе полное радиомолчание. Япошкам не удастся запеленговать ни сам авианосец, ни его спутников. 
   Пилоты собрались в кают-компании, пили кофе, ругали японцев и защитников Перл Харбора, сбивших несколько разведчиков, пытавшихся сесть в разгар боя. 
   Корабли на всех парах неслись к Перл Харбору. Они находились примерно в двухстах милях к северо-западу от Оаху, когда пришли тревожные вести. До острова не менее семи часов полным ходом. Они и пошли полным ходом. "Бык" Холси был не из тех людей, кто отступает при виде битвы. Он хотел броситься в самое пекло. Проблема была в том, что он совершенно не понимал, куда именно нужно бить. 
   Минуты перетекали в часы, экипаж "Энтерпрайза" постепенно обуревала ярость и разочарование. Новости, поступавшие в кают-компанию, были разрозненными. Жители Оаху забили своими сообщениями весь радиоэфир, и сообщения эти были очень нехорошими. "Господи!" - воскликнул кто-то, когда по радио передали очередной неутешительный доклад. 
   - Судя по всему, линкорам пришлось туго. 
   - Это ещё не конец света, - заметил Петерсон. - Флоту надо было списать эти корыта уже давным-давно. - Он говорил как обычно - как пилот палубной авиации. Билли Митчелл доказал несостоятельность линкоров ещё 20 лет назад. Тогда на это никто не обратил внимания. Видимо, япошки прислушивались к тем выводам гораздо внимательнее. Теперь-то к ним проявят интерес? 
   - Петерсон, ты - безжалостный засранец, - сказал лейтенант по имени Эдгар Келли. - Дело же не в кораблях. На них полно матросов. 
   - Да? И что? - рявкнул Петерсон. - Если их ещё не потопили, то потопят сразу же, как только они выйдут в море навстречу япошкам. Авиация размолотит их задолго до того, как на горизонте появятся сами авианосцы. - Сам себя он безжалостным не считал. Но если не оценивать происходящее в мире реалистично, ничего, кроме бед от жизни ждать не стоит. 
   После полудня из громкоговорителей раздался жуткий крик: 
   - Третья волна атаки на Перл! 
   Речь адмирала Холси последовала незамедлительно: