Бесславные дни (ЛП)

   Они поставили паруса и вышли в воды Тихого океана. "Дурацкое название", - подумал Оскар, вспоминая, что это слово было синонимом слова "мирный". Краткое знакомство с войной на море на пляже Ваимеа уже никогда не сотрется из его памяти. 
   Вскоре они разделились. Чарли отправился на восток, в сторону Даймонд-Хед, а Оскар двинулся на запад, к Перл Харбору. Он решил, что улов около военно-морской базы будет лучше, чем на востоке. До войны сампанам в этот район заходить запрещалось. 
   Японцы запретную зону отменили. Может, им просто не сказали, что она запретная. Если они решат её восстановить, Оскар будет держаться от неё подальше. Нарушение запретов американских властей могло повлечь неприятности, но не более. Если японцы поймают кого-нибудь в своей запретной зоне... Они сначала стреляют, а потом задают вопросы. 
   Но до тех пор, пока никаких распоряжений об этой зоне не объявлялось, Оскар будет ей пользоваться. Он разбросал прикормку из риса и закинул леску. Ему хотелось поймать как можно больше, чтобы хватило и на еду им со Сьюзи и на продажу. В противном случае, от этой рыбы у них самих вырастут плавники. Совпадут ли его пожелания с реальностью, он скоро выяснит. 
   День обещал быть плодотворным. Ему удалось поймать тунца и скумбрию, их он складывал в задней части доски. Потрошить рыбу он старался как можно быстрее. Некоторые внутренности привлекут другую рыбу. Остальное лучше бросать подальше. До сих пор проблем с акулами у Оскара не было, и ему хотелось, чтобы этот порядок вещей сохранялся. 
   За спиной раздался всплеск. Оскар осторожно обернулся, стараясь не перевернуть доску. И замер с отвисшей челюстью. Глаза вылезли из орбит. Он увидел не акулу, не стаю дельфинов, даже не кита. Над водной гладью возвышалась рубка подводной лодки. 
   "Попался", - промелькнула в его голове мысль. Он даже подумал нырнуть в воду и попытаться отплыть. Остановило его лишь осознание бессмысленности этого поступка. Если это японцы, возможно, они просто заинтересовались его изобретением. Возможно, они просто хотели над ним посмеяться. 
   Из рубки по плечи высунулся кряжистый моряк. С чисто бруклинским акцентом он произнес: 
   - Э, братан, по-английски шпаришь? 
   "Лучше, чем ты, братан". Оскар едва удержался от истеричного смеха. Оказывается, силы воли в нём больше, чем он подозревал. Он кивнул. 
   - Да, - сказал Оскар и добавил: - Я из Калифорнии. 
   - Да ну? Поди ж ты. - В голосе моряка звучало сомнение. И Оскар понимал, откуда оно взялось: он был почти голый и к тому же очень сильно загорелый. Некоторые туристы принимали его за чистого хапа - гавайца. Им было трудно понять, что светловолосый гаваец такая же редкость, как швед-брюнет. Этот парень, видимо, находился примерно на том же уровне тупизны. 
   - Не уходи, - сказал он и исчез. 
   Через минуту вылез другой человек. Он мало отличался от предыдущего, на его голове покоилась офицерская фуражка с большим масляным пятном. 
   - Меня зовут Вудро Келли, - сказал он. - Отзываюсь на имя Вуди. А это "Эмберджек" и я им, вроде как, командую. А тебя как звать? Винни говорит, ты из Калифорнии. - Судя по всему, сам тоже в это не очень-то верил. 
   - Меня зовут Оскар ван дер Кёрк и, да, я из Калифорнии. Так-то, я Стенфорд закончил. 
   - Ну а здесь ты что делаешь? - спросил капитан. 
   - Мне тут нравится, - просто ответил Оскар. - До прихода япошек тут было гораздо лучше, но и сейчас вполне неплохо. - Он указал на подлодку - "Эмберджек", как её назвал Келли. - Вы-то что здесь делаете? 
   - Кто, я? Меня тут вообще нет. Ты говоришь с собственным разыгравшимся воображением. - Командир подлодки задорно ухмыльнулся. - Но если бы я был здесь, то просто осматривался. Кстати, что это у тебя за чудо техники? 
   - Это парусная доска, - пояснил Оскар. - На ней я могу выходить в море гораздо дальше, чем на обычной доске. 
   - Сам придумал? - спросил Вудро Келли. Оскар кивнул. Капитан внимательно осмотрел доску и парус. - Ну, неплохо. И далеко она заходит? 
 
   - Никогда не проверял. Нахер не надо. Мне надо только до рыбных мест добраться. 
   - А до соседнего острова на ней дойти можно? 
   - Можно, наверное, если ветер будет попутный. - Остров Молокаи находился в сорока милях отсюда, Ланаи немногим дальше, а Мауи где-то между ними. Оскар добавил: - Но всё равно я бы предпочел нормальную лодку. Ошибиться тут легко. А ты это к чему? 
   - Да, просто, мысли вслух, - сказал командир подлодки. Оскар прекрасно понимал, когда ему врали, но он не в том положении, чтобы уличать в этом капитана. Келли продолжал: - Как дела в Гонолулу? 
   - А у вас там, что, шпионов нет? - поинтересовался Оскар. 
   - Как там тебе живется? - Отвечать на вопрос Оскара Келли не стал. Очевидно, что флотский офицер не станет обсуждать агентурную сеть на Гавайях с первым встречным сёрфером. 
   Оскар задумался. 
   - Еды не хватает, но народ не сказать, что голодает. Не высовывайся, и япошки тебя не заметят. 
   - Ясно. - Келли кивнул. - А, что местные японцы? Те, кто жили здесь до войны. 
   - Те, кто постарше, явно рады японским властям. Моего возраста и помоложе, такие же американцы, как и все остальные. Большинство, просто хотят заниматься своими делами. Им достаточно, чтобы их не трогали. 
   - Ах-ха, - снова кивнул Вуди Келли, словно пытался отметить эту информацию для себя. - А в других частях острова ты бывал? 
   - С началом войны, не бывал почти. Для личного транспорта нет топлива. - Оскар посмотрел на башню рубки. - Эй, вы мне не поможете? 
   - Не знаю. 
   - Пожалуйста, передайте моим, что у меня всё хорошо. Биллу и Энид ван дер Кёрк, из Висейлии, Калифорния. И брату Роджеру. - Оскар задумался. Ладно, была - не была. - И родственникам девушки по имени Сьюзи Хиггинс из Питтсбурга. Пусть знают, что она в порядке. 
   - Висейлия, Калифорния. - Келли посмотрел вниз. Оскар надеялся, что он делал пометки. Когда капитан поднял взгляд, он сказал: - Им сообщат. Может, не сразу. Придется подождать, чтобы не было понятно, как сообщение с Гавайев дошло до материка. 
   - Ясно. Спасибо, старик. 
   - Не за что. Хочешь обменять рыбу на добротные консервы? 
   Рот Оскара наполнился слюной. Консервы ценились очень высоко, не в последнюю очередь, потому что их уже почти все съели. Но Оскар разочарованно помотал головой. 
   - Лучше не надо. Если кто-нибудь увидит, как я иду с пляжа с консервами, то сразу станет ясно, что я их не на леску поймал. 
   Вуди Келли хмыкнул. 
   - Ясно, мистер ван дер Кёрк. Разумная мысль. А ты не дурачок, вроде бы. 
   За исключением Чарли Каапу, это человек был первым, кто говорил ему подобные вещи. Как правило, люди, когда узнавали, что Оскар предпочитает сёрфить, а не заниматься делом, ставили на нем клеймо придурка. Иногда, в не самые яркие моменты своей жизни, Оскар и сам так считал. 
   - Спасибо, - совершенно искренне ответил на это он. 
   - Не вопрос. А, ещё момент... Ты меня не видел. И слова "Эмберджек" никогда не слышал, ясно? 
   - Кого не видел? Что не слышал? - переспросил Оскар и офицер, который был едва ли старше него, снова рассмеялся. Он коснулся указательным пальцем козырька грязной фуражки в некоем подобии воинского приветствия, а затем исчез внутри рубки. С грохотом лязгнул люк. 
   Подлодка исчезла на глубине. Оскар рассмеялся. Погружение подлодки он раньше видел только в кино. Только ни в одном фильме не упоминалось, что звук, с которым она уходила на глубину, был похож на самый оглушительный в мире пердёж. 
   Оскар вернулся к удочке. Ходили ли американские подлодки вокруг Оаху или нет, ему нужно что-то есть. В эти дни важнее всего для людей было набить живот хоть чем-нибудь. Когда он вернулся на берег, то задумался, услышит ли он, как "Эмберджек" расстреливает казармы и огневые позиции японцев. Впрочем, никто ни о чём подобном не говорил. Оскар решил, что подлодка просто тихо скрылась. "Жаль", - подумал он.