Проклятая красота (СИ)

– Где ты был? – прохныкала, как только ушла первая грязь. – Я так перепугалась, весь дом обыскала, а тебя нет.
– Как же ты искала, милая, если я был в ванной.
Я осеклась и задумалась. Так, на кухне смотрела, в спальне смотрела, в кабинете его тоже не было, как и в библиотеке. А в ванной как раз и не посмотрела.
– Эээ, а…
– Ты хоть представляешь, как ты меня напугала. Я выхожу, тебя нигде нет, дверь нараспашку.
– Представляю, ведь ты точно так же меня напугал, – открыла я глаза и посмотрела на мужа. Он стаскивал с меня мокрую грязную одежду, а я почувствовала, что сильно замерзла. Пусть уже май, но дождь довольно-таки прохладный.
– Ты вся ледяная! – Риан набрал горячей воды и когда совсем раздел, погрузил меня в воду. – И что же я мог делать на улице?
– Вот и я не знаю, так перепугалась. Риан, а ты не хочешь ко мне, ванна довольно глубокая, мы поместимся.
– Ну, вообще-то, я только что помылся. Но так как я промок под дождем… – мой супруг быстро избавился от мокрой одежды, и я облегченно выдохнула, когда он обнял меня со спины и прижал к себе.
– Глупышка, – прошептал, – и почему выбежала, когда даже дом нормально не осмотрела?
– Я сонной была, проснулась от грома. С детства не люблю гроз. Всегда их боялась. Вот под дожди спокойно сплю, но когда гроза, то всегда напряжена.
– Стихия не твоя, я чувствую, – посочувствовал Риан.
– Да, тебе грозы ближе, чем мне.
– Это точно, – улыбнулся он и поцеловал в плечо. После укутал меня в одеяло и заставил выпить чашку горячего чая. 
За окном совсем стемнело, гроза не прекращалась и дождь все еще лил.
Риан сел на кровать рядом со мной. Взял мою ступню и стал массировать и растирать.
– Спасибо, я уже согрелась, – сонно улыбнулась я. Рядом с ним мне спокойно и, как обычно под дожди, хочется спать. Зевнула и с удовольствием потянулась. Риан потушил свечку и, обняв меня, улегся. Так мы и уснули: под звуки дождя и гремящей грозы.
Зато утро было свежим – это я ощутила сквозь сон и распахнула глаза. За окном занимался рассвет. Небо было уже чистым, как слеза ребенка. Трава блестела в первых солнечных лучах. 
Я вскочила, уставившись в окно. Открыла форточку и вдохнула послегрозовой и утренний воздух. Ох, какое наслаждение! Посмотрела на мужа, но тот крепко спал, даже не думая пока просыпаться. Оделась, умылась и отправилась на кухню. Постирала вещи, которые вчера мы испачкали, развесила их, а после решила приготовить завтрак. Пусть я плохо готовлю, но все же кое-что могу. Открыла книгу рецептов и остановилась на оладушках. Внимательно следовала рецепту, и вроде тесто удалось. Посмотрела на гору посуды: и когда она успела испачкаться, ведь рецепт вроде легкий? Набрала таз горячей воды и принялась параллельно мыть посуду и жарить оладушки. Услышала жалобное мяуканье и поспешила открыть окно.
– Ох, маленькая, как же ты тут оказалась?
Кошечка – уже не совсем котенок, но совсем молоденькая – жалобно смотрела на меня своими зелеными глазками и пищала; она вся промокла. Беленькая симпатяга с черным пятнышком на правом глазу. Я взяла полотенце, подхватила ее и, укутав, стала вытирать. Налила в небольшую мисочку молока, и она тут же принялась мурчать, лакая.
– Ой, – принюхалась я, – что-то горелым пахнет.
Быстро подбежала к сковороде. Ну вот… Четыре оладушка значительно подгорели. Стала выкладывать их в отдельную посуду, когда услышала голос Риана:
– Моя королева печёт с утра блинчики.
– Почему ты не спишь? – обернулась я. – Рано еще.
Он стоял в одних пижамных штанах, волосы взъерошены. Мой взгляд невольно задержался на кубиках пресса.
– А ты почему вскочила ни свет ни заря, между прочим, без тебя так плохо: одиноко и даже как-то холодно, – подошел ближе Риан, наигранно обхватывая руками свои плечи. 
Я усмехнулась:
– Тоже мне, страдалец, – вернулась к сковороде, перевернув новые оладушки. 
Риан обнял меня, прижимая к себе.
– Мяу, – услышали мы, и я посмотрела на кошечку, которая поела и теперь довольная умывалась.
– Ух, ты! – произнес Риан. – Кто тут у нас?
 
– Знакомься, это Роська, она теперь с нами будет жить.
– Почему Роська?
– Так она в росе вся промокла, – пожала я плечами.
– А у тебя щека в муке, – обтер Риан ладонью, – Лана, ммм… – и поцеловал ее.
– Что? – спросила я.
– Ну, пойдем со мной, – прошептал он, – там и вправду без тебя так плохо, я очень соскучился.
В душе возрастало легкое волнение и тело уже стало отзываться.
– Риан, я готовлю, – склонила я голову, позволяя целовать уже шею.
– Потом доготовишь, – прошептал он мне на ухо, не оставляя шею без внимания. Отобрал лопатку, перенёс сковороду с печи, поднял меня на руки и отнес в спальню.
– Лана, а может, ты все-таки, ну?..
– Что именно? – посмотрела я на мужа, он уже второй день пытался что-то спросить, но все не решался. 
Осталась всего неделя и мысли о том, что Риан скоро уедет, все чаще меня одолевали, отдаваясь в душе тоской и болью. Я старалась каждую минуту проводить с ним.
– Может, ты беременна?
Я улыбнулась: так вот в чем дело!
– Прости, любимый, но нет. В этом я точно уверена, – я слегка покраснела, так как говорить о том, что у меня женские дни начались, как-то неприлично. – К тому же, ты лично настаивал на том, чтобы ребенок появился уже после твоего приезда.
– Да, и понимаю, что так будет лучше, но ужасно не хочется уезжать, – уткнулся он мне в шею.
– Лучше уж пусть ребенок родится после твоего приезда, тогда мне будет спокойней, что ты рядом с нами.
Риан кивнул.
– Да, чем раньше уеду, тем раньше вернусь. И мы забудем это время, как не очень приятный сон.
Я кивнула, хотя у самой настроение уже упало. А после обеда так вообще сникла. Смотрела в окно, уткнувшись в колени и прижав к животу подушку. За что женщинам такое наказание?
Повезло, что Риан сейчас занят: отвечает на письма в кабинете. Силой воли я заставила себя все-таки встать и отправиться на кухню, где заварила обезболивающий отвар.
А потом пришлось ждать, пока он настоится – нужно было утром еще заварить. И почему я забыла?!
– Что делаешь? – вошел в кухню Риан и налил себе стакан воды. – Ты бледная, все хорошо?
– Да, все нормально, – кивнула в ответ.
– Чай пьешь? Запах странный.
– Травяной чай, – ответила я, глядя на лепестки растений в воде. – Ты уже ответил на письма?
– Да, вечером заедет Луман, отдам ему их. Не хочешь по лесу погулять?
Я взглянула в окно.
– Да, можно, – на прогулке мне всегда легче, а в лесу, так вообще, хорошо восстанавливаюсь. 
Риан крепко держал мою руку и мы медленно шли по тропинке.
– Леди, – галантно склонился он, – можно пригласить вас на танец?
– Танец? – вскинула я брови. – И под какую музыку мы будем танцевать?
– Если вам важна музыка, то я могу, – улыбнулся муж и стал напевать мелодию. 
Я положила левую руку на плечо своего кавалера, правую ладонь он взял сам, и мы закружились в быстром веселом танце.
– Пам-парам парарам-рарам, – напевал Риан, а я не переставала смеяться. Он словил меня и, подняв, закружил. – Знаешь, Лана, я нашел свою золотую рыбку.
– Правда? – улыбнулась я, глядя сверху вниз в его дивные очи.
– Да, моя золотая рыбка – это ты.
– Ну, – рассмеялась, – хорошо, что на этот раз твоя золотая рыбка не мертвая.
Я собирала вещи, сегодня мы возвращаемся во дворец. Этот месяц был таким волшебным – мы будто жили в другом мире, в чисто нашем, где нет суеты, забот и лишних людей. 
Риан с утра не в настроении, он тоже расстроен из-за предстоящей дороги. Через два дня они с командой уже должны отбыть. Даже не верится, что время так быстро пролетело. Все упаковав, я еще раз осмотрела дом, чтобы ничего не забыть. Войдя в кабинет, увидела Риана, он стоял и смотрел в окно. 
Подошла и обняла со спины.