Проклятая красота (СИ)

– Спасибо, – улыбнулась ему и продолжила путь.
Когда мы остановились у дома Дивелы, в окне кухни горел свет. 
Подойдя к калитке, я позвонила, и из дома ко мне вышла хозяйка.
– Простите, – подойдя ко мне ближе и осмотрев с головы до ног, произнесла она, – вы что-то хотели?
От шока я потеряла дар речи. Тепло от браслета не шло, но все равно посмотрела на него и замерла: он стал черным. Почему?
– Дивела, – перевела я взгляд на женщину, – это я, Ола. Возможно, выгляжу сейчас иначе, но позволь мне посмотреться в зеркало, а после объясниться.
Дивела недоверчиво нахмурилась, но все же неуверенно кивнула и открыла калитку. Я прошла в холл дома, встала перед большим зеркалом и застыла в ступоре. Потому что в зеркале была я. Нет, не так. В зеркале была Я. Я настоящая. Не Ола, а Лана. Но как?.. Ой… Я вспомнила, что быстро поцеловала Эмита, когда уезжала, и теперь поняла, почему Луман так улыбался. Неужели того мимолетного поцелуя хватило?
– Ну? – с нетерпением и строгостью произнесла Дивела.
– Ну, это моя настоящая внешность. Я была под зельем и работала служанкой. Только ты не говори никому, – прохрипела я и вновь уставилась на отражение.
– Девушка, вы думаете, я поверю?
Я предполагала, что нет, поэтому начала говорить:
– Рецепт плова с говяжьим мясом… 
Дело в том, что это их семейный рецепт, и Дивела по секрету рассказала его мне, поэтому услышав, как я рассказываю его, она ответила:
– Ой… Ну, я, конечно, догадывалась, Ола, что ты непростая девушка, но чтоб настолько! М-да, такая красавица и как еще в девках ходишь. А зелье тебе зачем нужно было? Или кто-то специально тебе его подлил?
Я вкратце рассказала свою историю, после чего Дивела произнесла:
– А Фаунд тебя хоть узнает? Как же он поедет с тобой?
Я растерялась – сама не знаю. Как же не напугать его? Но, на удивление, Фаунд, увидев меня, радостно подбежал и кинулся мне на шею. Малыш все это время ждал нас на кухне. Мы с Дивелой удивленно переглянулись, но разворачивать эту тему не стали. Нас с малышом тщательно накормили перед дорогой и отправили в путь. Когда прощались, я очень сильно просила Дивелу никому не рассказывать обо мне. И подложила ей деньги: не за молчание, а за содержание Фаунда, там в мешочке так и было написано.
Ребенка я уложила на противоположное сидение, а сама уткнулась в окно. Сейчас главное – отъехать от города, как можно дальше, а там где-нибудь остановимся, чтобы выспаться.
Рианвель
Сквозь сон я понял, что что-то не то. Чего-то зверски не хватает. А когда понял, чего именно, резко подскочил. Подозрения подтвердились, Олы рядом не оказалось. Я встал и решительно направился в ванную комнату. Увидел, что ее нет и там, и опешил.
Нет, не может быть, чтобы она вот так запросто уехала! Может, спустилась вниз? Я направился к выходу из комнаты, заодно посмотрев на часы. Полпятого утра, если она и вправду уехала ночью, то, как только я ее найду, накажу за такой опрометчивый шаг. Одна. С ребенком. В ночь. Как ей, вообще, в голову пришла такая глупая идея? Но если она и вправду уехала, то когда успела все спланировать? Черт, если ей помог Луман, ему тоже не поздоровится.
Ее не оказалось в доме. Осмотрел все, но девушка исчезла. В груди поселилось непонятное чувство: смешались боль, отчаянье и злость, которые разрывали мое сердце. Подойдя к буфету, я извлек из него бутылку с коньяком.
Уже на третьем стакане услышал голос Лумана:
– День только начался, а ты уже за алкоголь.
– Отвали, – грубо ответил и допил содержимое стакана. – Ты же знал, да, что она собирается уехать? И ничего мне не сказал. И после этого ты считаешься моим другом?
– Именно из-за дружбы я ей и помог, – Луман уселся напротив меня и тоже налил себе коньяка. – Ты в зеркало смотрелся?
Я усмехнулся.
– Если ты про мой нетрезвый вид, то мне плевать.
– Никогда раньше не видел, чтобы ты из-за девушки пил. Что, так сильно пришлась тебе по нраву? Она же простая крестьянка. А если и нет, то совершенно неизвестно, что она из себя представляет.
 
Алкоголь ударил в голову, и я почувствовал, что теряю над собой контроль.
– Дааа, и ч-что? Мне плевать к-то она, понял? Я най-йду ее.
– Понял, понял… Мы вытащили всех детей, собрали все письма из переписки между Парэлем и отцом Эльтэлы. Помимо этого у нас еще собрано несколько доказательств в виде свидетелей и лаборатории. Думаю, пора возвращаться домой.
– Да по-ик-ра возвраща-ться, из дому мне лег-че будет ее най-ик-ти, – разум совсем поплыл. Встал, все завертелось, но я уверенно шагнул к двери.
– Рианвель, давай я тебе помогу добраться до спальни, – он закинул мою руку себе на плечо и потащил в мои покои. 
Когда он меня уложил, я подумал, что быстро отключусь после выпитого, но ошибся. Да, я засыпал, но часто просыпался, ища рядом тепло любимой. Стало смешно и горько. Как меня угораздило так быстро привыкнуть к ней? Как она смогла пробраться туда, куда другим даже не светило? Как стала той, кем я дышу? Ведь Луман прав, я не знаю, кто она? Ее внешность явно не ее, в чем я убедился, когда увидел, как она меняется постоянно. И когда у нее была амнезия, вела себя так, будто не узнает свое тело. Но при этом помнит, кто она и кем является. Жаль, разговорить ее не удалось.
Утром проснулся не выспавшимся и с головной болью. Чего еще можно ожидать после выпивки. Только вот беспокойство за Олу и тяжесть на душе никуда не пропали. 
Пора взбодриться, самое лучшее сейчас – это холодный душ. Под ледяными струями головная боль уменьшилась и разум просветлел. Подойдя к зеркалу я замер. Это… Это что, я не протрезвел еще? Облил голову ледяной водой еще раз, но в отражении все равно был я со своей настоящей внешностью.
Вошел в комнату Лумана и уставился на одевающегося друга.
– Походу, зелье дало сбой, – сообщил я растерянно.
Но Луман, скользнув по мне взглядом, не казался удивленным.
– А может, дело не в зелье? – усмехнулся он, застегивая пуговицы. Я с усмешкой на него посмотрел. А друг, увидев мою реакцию, лишь улыбнулся во все тридцать два зуба. – Кто-то на прощание оставил тебе маленький подарок.
– Не может быть! – ответил взволновано я. – Неужели она поцеловала меня?! Я… А я ничего не помню.
– Ну, знаешь, увидев ее перед отъездом, могу точно сказать: она тебя поцеловала.
– То есть, – прищурил я глаза, – мои подозрения подтвердились, и она тоже под зельем?
– Да.
Захотелось спросить, какая она настоящая. Но, увидев ожидающий взгляд Лумана, я все-таки сдержался.
– Отчет мне на стол после завтрака, со всеми доказательствами, и собери всю команду. Через два дня отбываем домой – с настоящей внешностью мне опасно тут находится долго, могут возникнуть дипломатические проблемы.
– Слушаюсь, – получил в ответ и вернулся в свои покои.
Перед завтраком отправился на кухню к Дивеле, ведь именно от нее Ола должна была забрать Фаунда.
– Дивела, – улыбнулся я готовящей женщине. Увидев меня, женщина изумленно раскрыла рот.
– Господин Элтон, это вы? – осторожно спросила она. 
Я рассмеялся.
– Верно, думаю, ты догадываешься, почему я выгляжу иначе. Ведь ночью у тебя в гостях была одна важная леди, которая не могла не рассказать тебе, почему тоже выглядела совершенно по-другому. Ты же не отдала бы мальчика незнакомке, – улыбнувшись, мягко, но с большим намеком, произнес я. 
Дивела нахмурила черные брови и изучающе осмотрела меня:
– Простите, но я ничего не знаю. Ола была такой же, как всегда.
– Дивела, – хитро сказал я. 
Женщина отвела глаза и спросила:
– Зачем тебе она?
– Я люблю ее. Знаешь, чары зелья не прошли бы, если бы мы не были истинной парой.
Кухарка поджала губы, после устало вздохнула и села на стул. Я тоже присел и с ожиданием не отводил с нее глаз. Видимо, у нее шла внутренняя борьба, так как она три раза уже пыталась что-то сказать, но останавливала себя.