Няня для тирана (СИ)
Да.
Моя.
Арина
Я не могу понять, что со мной происходит. Превращаюсь влюблённую дурочку рядом с мужчиной, которого знаю несколько дней. Три дня. Три! Я не понимаю, как за это время пробивает все мои защиты, беря не измором, а напором.
Даже отец Алека не смог пробраться далеко, так сильно втереться в душу. Я думала, что любила его, Красавчика, что он был дорог мне и нужнее кислорода. И он был, с ним я поверила, что могу быть счастливой, что всё станет лучше и хорошо.
Не стало.
Проебалась.
Но сейчас, рядом с этим мужчиной, который то притягивает к себе, то отталкивает я чувствую совсем другое. Будто раньше все эмоции были под слоем пыли и защиты. А сейчас Клык трясёт меня, взбалтывает все эмоции и заставляет реагировать. Ни с кем я такого не испытывала и понимала, что ни с кем больше и не испытаю.
— Клык, мне нужен честный ответ, — убедительный, лживый, любой, чтобы заставить меня поверить. — Это твоя очередная игра? Я сломана, Клык. Ты ничего не знаешь обо мне, но у меня очень много проблем. Не ломай меня сильнее, пожалуйста.
— Это не игра. Ты моя и я хочу быть с тобой.
— Пообещай мне одну вещь, пожалуйста. Если мы сделаем это — будем вместе, не важно на неделю и навсегда — давай без лжи, секретов и утаек.
— Хорошо, — н подсаживается ближе ко мне, ведёт пальцами по коже и улыбается. — Но тогда и ты не будешь использовать свою привычку выкручиваться и лгать без лжи.
— Хорошо. Это значит… мы встречаемся?
Может, мужчина и посчитает этот вопрос глупым. Он заявил, что у него серьёзные намерения и я важна ему. И некоторым не нужны было определений отношений. Кому-то, но не мне. Я понимала, что между нами твориться излишнее притяжение, которое не со всеми бывает. Но мне нужен этот дебильный «статус», чтобы чувствовать себя лучше.
— Нет, не совсем, — рука мужчины замирает и он серьёзно смотрит на меня. — Сначала ещё одна правда, чтобы ты могла принять правильное решение. Я убийца.
— Но Баширов…
— Баширова убил не я. Я тебя не поправлял, когда ты верила в мою полную невиновность. Я не убил его, хоть хотел, но убил многих других. Ты должна это знать.
Мне хочется вырваться из объятий мужчины и отскочить подальше. Он убийца, не просто преступник с махинациями, а убийца. Клык мог бы убить и меня, если бы кто-то заказал ему меня до нашей встречи. Или он убивал только ради своего бизнеса, но это тоже не меняет ситуацию.
Всё это неправильно, гадко, аморально. Он отнимал чью-то жизнь, у кого были мечты и планы, семья. Вышел с утра, а вечером уже лежал в морге. Из-за мужчины, который теперь сжимает мою руку и заглядывает в глаза с надеждой на понимание.
— Это были конкуренты или случайные свидетели?
— Только ребята из криминала.
Его ответ уже не важен, но хочу знать. Толи хоть немного оправдать в своей голове, толи просто заполнить гробовую тишину. Потому что я не знаю, как себя вести, как правильно отреагировать.
Есть какой-то самоучитель по тому, как стоит реагировать, если твой мужчина оказался убийцей?
Мне нужно сказать, что это всё меняет. Мои чувства, планы, согласие быть его.
Но проблема в том, что это не меняет.
Я смотрю на него и всё ещё вижу того Клыка, который ворвался в мою жизнь и перевернул всё. С лёгкой неуверенностью во взгляде, с крепкой хваткой горячих пальцев и улыбкой.
— Я не знаю, что ты хочешь услышать от меня. Что я понимаю? Я понимаю, — вижу удивление в глазах мужчины и подстраиваюсь под его ласки рукой по моим волосам. — Ты делал то, что считал нужным ради бизнеса и выживания. Чтобы я признала, что это нормально или приемлемо для меня? Нет, я никогда не стану одной из тех жен криминальных авторитетов, которым всё равно на происходящее. Не смогу.
Клык подсаживается ближе, зарываясь лицом в шею и ловит каждое моё слово, ожидая вердикта. Он практически лежит на мне. Его ладони на моих плечах, руках, путешествуют по всему телу, отвлекая, заставляя забыть тему разговора.
Когда он так близко я вся дрожу. И далеко не от страха или даже возбуждения. От самой мысли, что он рядом, превращаясь из наглого мудака в домашнего кота. Он практически мурлычет и ласкается. И то, что такой мужчина выбрал меня, хочет быть только со мной — это подкупает. А вместе с его улыбкой и лёгкими прикосновениями делает практически безвольной.
— Клык, я не собираюсь просить тебя бросить всё ради меня. Я понимаю, что это глупая затея. Но я не хочу быть частью этого мира.
Мужчина напрягается, но больше ничем не выдаёт своё состояние. Пальцы всё так же прокладывают дорожки по сгибу локтя, щекоча, а дыхание всё-такое же ровное.
Но мне кажется, что за это время я узнала его достаточно хорошо, чтобы различать все грани эмоций, даже не видя лица и реакции.
— Это не мой мир, не смотря на мою работу. И если ты сможешь сделать так, чтобы я не натыкалась на трупы или разборки, чтобы бандиты не врывались во время наших свиданий — то я смогу это принять.
Клык резко поднимается, возвышаясь надо мной, и внимательно всматривается в моё лицо. Он улыбается ещё шире, мальчишеской улыбкой, и накрывает мои губы. А затем усыпает короткими поцелуями всё моё лицо, переходя на шею и ключицы. Он целует везде, колет двухдневной щетиной, слегка прикусывая оставленные ранее следы.
— Это значит «да»? Или я тебя обведу вокруг пальца, прикинусь, что всё нормально, а потом сбегу?
— Я думала, мы договорились на правду.
— Договорились.
Клык валит меня на кровать, заставляя вскрикнуть и продолжает покрывать поцелуями.
— Перестань, дурак.
— Ты даже парня своего продолжаешь обзывать!
Клык ни капли не выглядит обиженным, поэтому я зарываюсь пальцами в его волосы и чуть тяну, заставляя оторваться он меня.
— Мне нужно в душ. И спать.
Мужчина легко отпускает меня, перекатываясь на другую часть кровати. Мне кажется, что слишком легко и я жду подвоха. Но спокойно дохожу до ванной, включая мощный напор горячей воды. Смываю с себя грязь улиц и следы секса на диване.
Чёрт. Мы же даже не предохранялись. Какая же я дура! Ладно, это не страшно. С утра надо будет заскочить в аптеку и купить экстренные контрацептивы. Двенадцать часов не так страшно.
Главное не проебаться, как это вышло в прошлый раз. Алека я любила, он был чудом моей жизни. Но ещё одно чудо я не переживу.
А что если я уже беременная? Пальцы погладили живот, где мог развиваться мой будущий ребёнок. Это неправильно, мы знакомы только три дня, ни один из которых не был нормальным полностью. Я понимаю, что с Клыком серьёзно, но не факт, что это навсегда.
И быть матерью двоих детей в двадцать три слишком. Просто слишком.
Я встречалась с Да Красавчиком… Отвешиваю себе мысленную оплекуху. Называть его по имени даже в мыслях было запрещено. Для спасения самой себя.
С Красавчиком отношения длились намного дольше, чем три дня, а в итоге к чему это всё привело. Ни к чему хорошему. Поэтому таблетка лучший вариант.
Я не буду две недели ждать в страхе, чтобы сделать тест и узнать «да» или «нет». Не хочу знать и не буду.
— Я думал посылать за тобой спасительную бригаду.
Когда я всё же выхожу из ванной, приняв решение, Клык лежит посреди кровати и листает что-то в телефоне. Но сразу откладывает его и переключает всё внимание на меня.
— В этот раз ты останешься спать со мной?
Я забираюсь в постель, решая, что сегодня Алек может поспать сам. Он часто так делал, когда я оставляла его на Асю и сбегала на ночные смены в клуб.
Не представляю, какой станет моя жизнь после этого решения. Но отступать поздно.
Клык ложиться рядом на бок, прижимаясь ко мне и припечатывая сверху рукой, словно отрезая пути отступления.
— Ты пахнешь мной.
Есть хоть какой-либо шанс, что дальше моя жизнь не будет похожа на сумасшедший дом? Что-то в виде интуиции подсказывает, что нет.