Терпеть тебя не могу (СИ)

  
Терпеть тебя не могу
 
Мария Бокарева
   
Глава 1
 
Алиса.
— Проверь еще раз, ты точно все взяла? Тёплые вещи, полотенце, учебники…
— Точно, мам! — устало выдохнула, поцеловала обоих родителей в щеку и, забрав у папы из рук свой чемодан, развернулась к дорожному ограждению.
— Подожди! — приказал отец и достал из бумажника очередную тысячную купюру. — Вот, возьми ещё на всякий случай, вдруг вас там в магазин отпустят, купишь чего-нибудь пожевать.
— Пап, ну какой «всякий случай». Это суперпрестижный образовательный лагерь с пятиразовым питанием. Не думаю, что с моей комплекцией, мне этого будет недостаточно. — усмехнулась, поправив замерзшими пальцами сползающую на лоб шапку. — Да ты и сам знаешь, мне диету нужно держать, чтобы летом творческий экзамен по хореографии не провалить, я итак после новогодних праздников вон какие бока нарастила.
— Скажешь тоже, — засмеялась Мама. — В каком это месте ты нашла у себя лишние бока? Одна кожа, да кости. Скоро со своими танцами и диетами и вовсе в воздухе растворишься. Алис, может ты все-таки подумаешь насчёт поступления и выберешь ВУЗ посерьезней? Тоже мне профессия на сцене скакать.
— Мама! — я нахмурила брови и поспешила напомнить, скрестив на груди руки, — мне казалось, мы уже все решили.
Удивительно, но на этот раз наш привычный спор закончился так и не начавшись. Без назидательных нравоучений и строгих учительских замечаний, которыми в совершенстве владела моя мать. Последовал только один тяжелый вздох и демонстративное молчание, которое вскоре прервал папа:
— Ну ладно, Надь, не сейчас! Алиса уже взрослая девочка и сама решит, кем ей стать. — все-таки сунул мне деньги и убрал бумажник обратно во внутренний карман куртки. — Ты только, дочка, звони почаще и учись хорошо, не каждому выпадает шанс учиться в «Энштейне», другие за эти два месяца почти годовую сумму обучения готовы отдать.
— Хорошо, пап! Я побегу, а то мне ещё багаж нужно в автобус загрузить. Пока! — отправила родителям ещё один воздушный поцелуй и, подхватив свой небольшой чемоданчик за ручку, поволокла его по снежной тропинке в сторону больших школьных автобусов.
Образовательный лагерь «Энштейн», куда длинной колонной отправлялись наши автобусы, в этом году впервые открыл свои двери для простых учеников из средней общеобразовательной школы. Раньше попасть в лагерь хотя бы на одну четверть считалось крайне престижно, и позволить себе подобную роскошь могли далеко не все. В основном сюда отправляли детей из местной элиты, которые могли отстегнуть за путевку чуть ли не втрое больше месячного дохода любой среднестатистической семьи нашего города. Согласитесь, немаленькие деньги. Вот и я говорю, не очень выгодные тарифы для простых смертных, как я.
Ну, признаться, кое-какие связи у меня все же имелись. Да-да! Иначе, как вы думаете я попала в этот круг избранных. Моя Мама отличный педагог и не самый последний человек в нашей школе, а если быть точне, то завуч. Вот так. Неплохая должность, соглашусь, но увы, даже заведующая учебной частью не может себе позволить отправить дочь в столь престижный уголок, а вот правильно распределить пять бесплатных путевок, подаренных мэром школе на Новый год, ей вполне под силу.
Признаться честно, я не сразу согласилась на это «увлекательное» путешествие. Было как-то мало желания оказаться со своим многострадальным чемоданчиком среди золотой молодёжи нашей области. И мне вообще было глубоко фиолетово на этот высочайший уровень подготовки, налаженную дисциплину и развлечения по высшему разряду. Все по ветру. Но когда я узнала, что здесь физкультура разделена по спортивным секциям, а именно хореографию преподаёт сама Анна Долматова, то тут же без лишних разговоров принялась паковать чемоданы. Вот это я понимаю удача.
Образовательный лагерь находился далеко за городом в лесном массиве, и всех школьников с двенадцати до восемнадцати лет отправляли строго на школьных автобусах, будь ты хоть сын министра или дочка королевского рода. Я заняла своё место у окна одна из первых, не потому что боялась опоздать или оказаться в повышенной зоне внимания в поисках свободного кресла, а потому что Крещенские морозы, скажу я вам, это не шутка, а очень даже серьезно. И стоять на улице в минус тридцать, такое себе удовольствие. Но моим родителям, видимо, все было не по чем. За плотными белыми узорами на стекле я до сих пор наблюдала, как мама, повиснув на крепком папином плече, машет мне рукой, а отец ободряюще ее обнимает, натянув на лицо добрую улыбку.
 
Ну что за люди? Нет бы уйти в тёплую машину, но нет, будут стоять и щеки морозить, пока автобусы не скроются из поля зрения. Не хватало мне здесь ещё разреветься на глазах у этой «элиты». И так с трудом уже держу в себе накатившие слёзы.
Так, Леденцова, нужно взять себя в руки! Как же ты планируешь ехать учиться в столицу на пять лет, если на два месяца себя от родительской юбки отодрать не можешь. Не пора бы повзрослеть? Пора! Однозначно пора. Именно так и должна начаться моя самостоятельная жизнь вдали от родителей.
— Ау, я к тебе обращаюсь. Свободно, спрашиваю? — услышав над собой достаточно громкий вопрос, я, наконец, оторвалась от окна.
— Что, прости?
Девчонка передо мной насупилась и выглядела довольно забавно с красным замёрзшим носом и в цвет ему шапке с большим помпоном, из под которой выглядывали густые русые косы. — А! Да! Конечно! — быстро ответила и освободила место, переложив свой рюкзак к себе на колени. И только сейчас почувствовала, что по щеке все-таки сползла большая горячая слаза. Вот предательница!
— Первый раз? — уже бодрее спросила соседка, заметив мои позорные нюни.
— Ага, — соглашаясь кивнула, подняв глаза на девушку. — Ты, наверное, тоже?
Моя собеседница выглядела достаточно просто и никак не подходила под образ богатенькой куклы. Обычный пуховичок, ни грамма косметики на лице и слегка пухловатое телосложение, поэтому, не дожидаясь ответа, я ее уже было приписала к числу своих и дружелюбно ей улыбнулась. Наш человек!
— Не угадала, — усмехнувшись, пожала плечами соседка. — Родители уже пятый год подряд отправляют меня в «Энштейн» на зимнюю смену, поэтому, можно считать, что я там уже постоянный клиент.
— Понятно! — как-то неопределённо пожала я плечами и вновь отвернулась к окну, где по-прежнему с красными щеками и, стуча зубами, мне махали любимые родители. Ну чудные, хоть бы термос с собой прихватили, что ли. Простудятся же.
Я не хотела показаться навязчивой и набиваться в подруги к одной из представительниц золотой молодёжи, хотя и круглолицая девчонка с двумя длинными косами, мне как-то сразу понравилась. Чем-то она к себе располагала и показалась мне довольно милой.
— Меня, кстати, Катя зовут, — невзначай произнесла и достала из сумки пластиковую коробочку с миндалем. — Если хочешь, могу первое время быть твоим гидом на территории, чтобы было легче освоиться?
— Спрашиваешь? Конечно хочу, — радостно закивала я болванчиком и, протянув для приветствия руку, повернулась к новой знакомой вполоборота. — Алиса!
— Очень приятно, — тут же ответила на рукопожатие Катя и указала на свой контейнер. — Любишь миндаль? Угощайся.
— Нет, спасибо, я только недавно позавтракала, — улыбнулась, глядя на то как девчонка уплетает орехи за обе щеки и немного погодя решилась спросить. — Кать, а правда, что там хореографию преподаёт сама Анна Долматова.
— А это кто?
— Как? Неужели ты не знаешь? Это же известная балерина! Четыре года назад она исполнила роль Одетты в «Лебединном озере» и блистала не только в Большом, но и Мариинском театре. Сейчас заведует кафедрой современной хореографии в Институте культуры.
От моего воодушевленного рассказа, Катя даже жевать перестала, вытаращив на меня крупные полные непонимания глаза. Кажется, я немного переборщила с эмоциями, восхищаясь талантом танцовщицы. Ну да ладно. Это она ещё не видела, как я радовалась билетам на балет.