Начало пути (СИ)

Акциос забеспокоился. Его охватила тревога за своих родных, захотелось действовать прямо сейчас.
— И он что, даже записки не оставил? — уточнил Акциос.
— Нет. Я еще кое-что хотел тебе рассказать.
— Что?
Рик набрал в грудь побольше воздуха.
— Мой дух достиг уникальной силы, и я стал видеть ауры вещей. Например, если предмет не светится сам по себе, как манекены на арене, то мы не узнаем его силу, пока не воздействуем на него духовной энергией. А я вот теперь могу сразу, одним взглядом определить, какой силы дух у человека, если захочу. Но я не об этом. Я видел духи других, и смотрел на твой кинжал. Даже не знаю, как сказать. Аура у него странная… Как будто…
— Как будто что?
— Как будто это не дух, а нечто другое. Я не знаю, — Рик поднял очки на лоб и потер лицо ладонями.
Акциос опешил.
— Что за ерунда? Он со мной с самого рождения, сначала это был рыбный нож, потом развился до кинжала. Это мой дух! Кристалл в твоей лавке его показал, — Акциоса заставило замолчать какое-то нехорошее чувство. Все это просто не укладывалось в голове.
— Я не знаю, Акциос, — повторил Рик. — Может быть, мне просто кажется. Может, это из-за взрыва. Я не знаю.
Акциос смотрел на красные облака и пытался придумать хоть какое-то объяснение всему.
— Я должен сегодня же встретиться с матерью, — сказал он.
  
Глава 19. Под гнетом хаоса
 
Акциос встал с кровати, схватил одежду, аккуратно сложенную на прикроватной тумбе, и торопливо начал переодеваться.
— Ты уверен? — с сомнением проговорил Рик. — Ты же полчаса назад пришел в себя. Лекарь сказала…
— Я не могу ждать, Рик. Со мной все в порядке. Ты же знаешь, у меня все быстро заживает, — ответил Акциос, просунув руки в рукава. Рик вздохнул.
— Ладно, если ты так решил, иди. Скорее всего, останавливать тебя будет некому. В городе много раненых, и все лекари сейчас заняты. Они сюда только раз в несколько часов приходят нас проверить, — Рик сделал паузу и добавил: — Будь осторожен.
— Не беспокойся, — ответил Акциос. Взял с тумбы кинжал и вышел в коридор, освещенный только в одном конце красноватым светом из большого окна.
Спускаясь на первый этаж, Акциос не встретил ни души. Он прошел мимо небольших тележек с колбочками и склянками, стоящими в ряд вдоль стены. В нос ударил запах лечебных средств, от которого захотелось еще быстрее выйти из этого здания.
День близился к концу, через алые облака виднелся ровный яркий круг уходящего солнца. Последствия раскола показали себя, как только Акциос миновал ворота академии. Помимо красного неба, во-первых, стала видна граница духовной энергии вокруг Нового рассвета — едва заметный чистый ровный свет, стеной вздымающийся кверху. И во-вторых, в Скайленде стало тихо. Не полностью, конечно: улицы и площади наполняли толпы, но они не кричали, как раньше, не галдели, не бегали туда-сюда, чтобы что-то купить или продать. Люди молча сидели прямо на тротуарах, кое-где раздавались стоны раненых, и у всех лица были совсем безрадостные. Пару раз Акциос увидел мужчин в лиловой одежде с эмблемой скорпиона — лекарей.
Акциос застал Трипа у себя в лавке, подметающего пол. Ни одного посетителя. Все стеллажи стояли по углам помещения с пустыми полками.
— Дядя! — сразу позвал Акциос.
Трип посмотрел на племянника таким тяжелым взглядом, что Акциос с трудом узнал родного, всегда веселого дядю. Впервые в жизни он даже не улыбнулся при встрече, а только подошел и обнял.
— Дядя, ты что, закрыл лавку? Что случилось? Где мама? — беспокойно спросил Акциос.
Трип ответил дрожащим голосом:
— Акси, мой мальчик, не думаю, что именно я должен тебе это рассказать. Марта ждет тебя наверху.
Акциос поспешно поднялся по узкой лестнице и, распахнув дверь, попал в комнату, играющую роль одновременно прихожей и кухни. Акциос замер, увидев в кресле спящего человека. Это был Дрейк. Он резко проснулся и протер глаза.
— Дрейк?!
— Акциос, это ты. Привет.
Дрейк выглядел сильно уставшим. Он заметно повзрослел с их прошлой встречи, в выражении лица уже не было того безрассудства и излишней самоуверенности. Акциос совсем перестал что-либо понимать.
 
— Что ты здесь делаешь? Что происходит? А где Сейко?
— Сейко, — Дрейк поморщился. — Да не стой ты. Я сейчас все тебе расскажу, а потом пойдешь к матери.
Акциос без лишних слов занял свободное кресло, а Дрейк начал рассказывать:
— Все это случилось за несколько часов. Два дня назад…
***
Два дня назад в Стримвиле с наступлением темноты уже чувствовалось необъяснимое напряжение, повисшее в воздухе. Охотники сообщили, что со стороны леса доносился пугающий вой — животные чувствуют энергию хаоса первыми. Некоторые жители деревни в панике заперлись в домах, считая, что это их спасет. Ужас, злость, отчаяние и безысходность завладели их разумом.
Потом, ночью, это произошло. Красная волна разверзлась по небосводу, как будто кто-то пролил на него кровь из гигантского ведра. Люди один за другим будто сходили с ума. Рамус, отец Дрейка, велел сыну не выходить из дома, а сам отправился собирать охотников — единственных, на кого можно было рассчитывать, кто мог бы прийти на помощь. Дрейк чувствовал боль в груди, в голове стало пусто, возникло желание разгромить все в собственном доме, но он совладал с ним и вышел на улицу, не забыв взять с собой дух-молот.
«Мир ужасно несправедлив. Почему это произошло сейчас? Почему с нами? Я не собираюсь сидеть сложа руки!» — решил Дрейк. Он хотел мстить, правда, непонятно, кому и за что.
Дрейк шел по улице и заглядывал в окна, все до единого занавешенные плотными занавесками, а если имелись ставни, то они были непременно закрыты. Он видел людей, бегущих, кричащих от испуга, стонущих. Некоторые дома были охвачены огнем, и мужчины опрокидывали ведра с водой, пытаясь его потушить. Все казалось страшным сном. Дрейк остановился, когда понял, что, сам того не заметив, пришел к дому старосты. Мгновенно в мозгу все прояснилось.
В дверь Джона и Марты ломился Сейко. Широкоплечий, мускулистый, он бешено колотил ногами и истошно кричал. А в руке держал косу, при виде которой Дрейку стало по-настоящему жутко: ее сплошь покрывала черно-оранжевая аура, похожая на дым. Дрейк медленно отошел к обочине, надеясь остаться незамеченным. Спрятаться было негде. И тут Сейко обернулся.
На Дрейка посмотрели два горящих красных глаза, точь-в-точь как у того дикого вепря. Сейко, похоже, Дрейком не заинтересовался, к великому облегчению, и продолжил бить в дверь. Дрейк, хоть и испытывал леденящий душу страх, убегать не собирался. Он пока не знал, что следует делать, но нутром чуял — надо остаться.
Сейко выломал дверь и ворвался внутрь. Послышались грохот, крики. Дрейк осторожно подошел ближе. Кричала Марта, разбилось окно, и на некоторое время все затихло. Дрейк бесшумно вошел в дом. Он обнаружил Сейко, повернутого спиной, напротив него стоял Джон, выставив вперед горящий желтой аурой меч. Марта забилась в угол, готовая обороняться кочергой.
Джон увидел Дрейка и насторожился, стараясь не спускать глаз с Сейко, затем мотнул головой, что означало отойти в сторону. Дрейк послушался, и тогда Джон сказал:
— Дрейк, уведи Марту. Как можно дальше отсюда!
Сейко на это зловеще захохотал.
— Это вам не поможет, — его голос исказился до неузнаваемости. — Я все равно сделаю то, за чем пришел!
Дрейк медленно обошел комнату и заслонил собой Марту.
— Сейко, послушай, ты не в себе, — пытался достучаться до него Джон. — Это не ты, ты этого не хочешь…
— Замолчите! Мне лучше знать, чего я хочу. Это все вы виноваты. Все из-за вас! — заорал Сейко и зашагал по комнате. Джон тоже двинулся, оставаясь напротив него. — Всем было на меня наплевать. Отцу, вам с Мартой, Акциосу! Но теперь все по-другому, теперь я сильнее вас. Так скажи, Джон… Гожусь я теперь для охоты, а? Возьмет меня Рамус с собой?
Сейко замахнулся косой, оставив в воздухе черный дым с оранжевым отблеском. Джон отскочил в сторону, отразив удар мечом.