Начало пути (СИ)

Рик выдохнул после длинной тирады, и продолжил уже спокойнее:
— Я не хотел идти в нашу лавку, но выбора не было, иначе ничего бы не получилось. Уж я-то все цены на светочи знаю. Все-таки делами семьи я всегда интересовался, тем более отец этому всячески способствовал. Он хочет поручить мне и моим братьям контролировать лавки, и, так как я учусь в академии, мне досталась лавка в Скайленде. Но я не об этом. Ты знаешь, я очень люблю светочи, они как люди — каждый уникален, одинаковых нет, но по-настоящему ценные из них — единицы. Томас, смотритель лавки, еще два года назад написал отцу, что старость его настигла, и попросил подобрать ему замену. Но отец решил, что лучше назначить на его место кого-то из работников лавки. Я, к слову, и сам об этом также размышлял. Но кого? И тут отцу пришла идея: устроить между заведующими соревнования. Кто из них больше заработает золота за год, тот и станет смотрителем. Ну не глупо, а?
Акциос не увидел подвоха, идея показалась хорошей.
— Это очень глупо. Раньше на каждый этаж приходилось по два заведующих. Каждый из них отвечал за свой этаж и помогал с покупками. А теперь, вместо того чтобы заниматься порядком, мой отец разрешил им обслуживать покупателей даже за пределами своего этажа. Как ты думаешь, где самый дорогой товар?
— На втором и третьем? — предположил он.
— Да, ты прав, на втором и третьем. Зато на первом этаже — самые доступные товары, следовательно, покупают их больше людей. Но обалдевшим от радости заведующим этого не объяснить. У них вон, как у Жота: «Время — это состояние». Они поделили продавцов между собой, чтобы те помогали в борьбе за богатых покупателей, а про свои прямые обязанности забыли. В принципе, я так и предполагал. Отец считал, такой подход заставит их взбодриться и это хорошо повлияет на продажи. Вот только про палки в колеса он не подумал. А я ведь говорил, это породит разное отношение к посетителям и нездоровую конкуренцию. И что мы имеем? Томас все старее, за два года нового смотрителя так и не определили — у всех примерно одинаковые результаты. А доход лавки после таких игр упал в два раза.
Рик так увлекся разговором, что перестал замечать, как продвигается очередь, и Акциосу приходилось каждый раз подталкивать его вперед. Ребята почти приблизились к карете. Из нее высовывался человек в высоком белом поварском колпаке, похожем на кекс.
— Отец мне уже давно велел разобраться, в чем дело, — продолжил Рик. — Но я так сказал: раз он сам это затеял, сам пускай приезжает и разбирается. Естественно, ехать сюда отец не хотел. Зимой я прямо заявил, что не буду помогать в Скайленде. А он ответил: «Сынок, я в тебя верю, ты самый ответственный из нашей семьи. Разберешься, когда придет время», — Рик заговорил басом, пародируя отцовский голос. — Утром до «Огней Скайленда» мы бы не успели добежать, а без хорошей скидки не хватило бы монет. В общем, раз уж нам пришлось идти туда… Честно говоря, я уже и сам не мог терпеть. Такой уж я. Вот, Акциос, мы с тобой и поработали. Стив теперь заведующий, самый достойный кандидат в смотрители, он справится. Повезло, что он нам попался. И прости, что пришлось твое время тратить без объяснений.
— Рик, ты о чем? Я в жизни не был в такой лавке. Она просто потрясающая. Столько реликвий, да еще каких. А зал со светочами — это нечто. Спасибо, что показал все это.
— Рад, что тебе понравилось, — улыбнулся Рик. — Так вот, у нас осталось шесть золотых, я купил светочи по изначальной цене — по семь золотых. После еды пойдем за шелком. Ох, и проголодался я от этих переживаний.
Ребята к этому времени уже оказались в начале очереди.
— Что желаете? — поинтересовался человек в колпаке, шевельнув длинными крысиными усиками. Карета без лошадей была похожа на киоск с колесами, а судя по ярко-красной отделке с золотой лепниной в виде лозы, она принадлежала странствующему театру.
— Лепешку с курицей и двойной горчицей, и… — Рик глянул на друга, еще не решившего, что выбрать
— Иии… — протянул Акциос. От изобилия еды разбегались глаза, хотелось попробовать все и сразу. — Мне… Лепешку с курицей, с горчицей, и яблочный сок.
 
— Двойной горчицей? — уточнил продавец.
— Нет.
— И мне еще, пожалуй, зерновой чай Игни, — добавил Рик.
— И зерновой чай Игни. С вас сорок три медяка. Бо, ты слышал? Принимай заказ: две лепешки с курицей и горчицей, одна с двойной, яблочный сок и зерновой чай Игни!
— Да, господин, — отозвался другой человек из кареты.
Акциос передал монеты и только тогда обратил внимание на повара, стоящего спиной позади продавца. Ну и повар: огромный в прямом смысле слова, с малюсенькой шапочкой на голове — обычный поварской колпак просто не поместился бы в карете. Мужчина, несмотря на свои габариты, двигался проворно, без единого лишнего движения. Он то и дело пригибался, чтобы не задеть висящие под потолком кухонные принадлежности. В его руках постоянно возникал оранжевый свет, сковородки и кастрюльки словно летали, и время от времени перед ним вспыхивал огонь.
— Следующий, — громко объявил продавец, и ребята отошли в сторону. Акциос мельком увидел лицо повара, когда тот повернулся, чтобы взять овощи и зелень. Внешность, необычная для местных жителей: маленькие узкие глазки, широкий нос и круглое лицо с подкупающей добродушной улыбкой.
Получив заказ, Акциос и Рик отправились к краю площади, где стояли скамейки. Все они оказались заняты, поэтому парни свернули на одну из улиц, нашли там укромный уголок, с удовольствием сели на скамью, вытянув ноги, и с еще большим удовольствием принялись за еду. Ели молча и наблюдали за людьми, спешащими по своим делам. Многие прохожие держали за руки детей, и счастливые лица были далеко не у всех.
— Ну вот, теперь за катгарским иллюзионом. Даже не знаю, на Центральную нам сперва или на Восточную?
— На Восточной лавка моего дяди, — заметил Акциос, — давно его не видел.
— Значит, предлагаю сначала по Центральной, а затем на Восточную. Тогда у тебя будет время, чтобы пообщаться с дядей.
— Хорошо, — ответил Акциос в предвкушении встречи.
— Вперед, — скомандовал Рик, и ребята двинулись по улице, влившись в поток людей.
Первой на пути попалась лавка «Ткани от Марка», очереди там не было, но и нужной ткани тоже. Затем друзья зашли в лавку «Изысканная материя Шульца». Внутренняя отделка помещения соответствовала названию, стены были покрыты вязаным материалом с изящными узорами. Дальше — лавки «От Рактусов», «Хьюиго» и «Гучьи», но и там катгарского иллюзиона не оказалось, некоторые продавцы даже не слышали о такой разновидности шелка. А вот в крупной лавке «От Зафрия» нужная ткань нашлась, но ее хватало только на один плащ. Да и стоила она по четыре золотых. Рик даже торговаться не стал. «Делаем плащи или обоим, или никому», — заявил он.
Так они бродили около двух часов, с учетом того, что везде проходили без очереди. Парни и не заметили, как вышли на Восточную улицу, но и там удача была не на их стороне.
— Рик, смотри, мы почти дошли до лавки дяди Трипа. Может, зайдем сразу к нему? Он же опытный торговец, вдруг подскажет, где искать такую ткань.
— Ладно, ты прав. Честно говоря, я уже устал, передышка не помешает.
Парни пошли прямо к дверям, и их без заминки пропустили вперед, хотя Акциос в этот раз даже не обратил на это внимание. Он пришел в лавку, как к себе домой, пришел к любимому дяде, по которому успел соскучиться, поэтому у него и в мыслях не было стоять для этого в очереди.
— О, Акси, — окликнул седой мужчина, партнер дяди.
— Здравствуй, Патрик, — поприветствовал его Акциос, пожав руку.
— А это, я так понимаю, твой друг из академии?
— Ах да, это Рик, мой лучший друг.
Рик, слегка смутившись, ответил на рукопожатие.
— Акси, если ты к Трипу, то он у себя в кабинете. Решает, как поступить с товаром. Не буду тебя нагружать, если надо, он сам тебе расскажет.
Акциос кивком поблагодарил Патрика, и теперь сам повел друга за собой. Рик лавку оценил, отметил разнообразие товаров: от простого инструмента до заграничных безделушек.