Начало пути (СИ)

На арену спустились четыре худощавых старшекурсника и рысцой побежали к Бестии. Один из них начал проделывать манипуляции по очистке арены. Он принялся нагнетать воздух специальным устройством, засветившимся синим, и песок завихрился над землей в управляемых потоках. Трое других бережно положили Бестию на носилки.
— Сможешь двигаться? — спросил Рик, перебросив руку друга себе на плечо.
— Думаю, да, — неуверенно сказал Акциос, пронизывающая боль никуда не делась.
— Хорошо, тут не далеко.
Рик зашагал вперед. Акциос, хромая, последовал за ним. Он старался не показывать, какую боль терпит, и еще больше — не наваливаться на друга всем весом.
«Идите к нам!» — донеслось со стороны компании принца.
А что же Маркус? Он даже не посмотрел в сторону друзей, он был поглощен своим триумфом. Его наконец-то заметили, да не абы кто, а сам Лансель и его друзья, сыновья и дочери высшей аристократии. Это настолько его опьянило, что Маркус полетел на их голос, как муха на мед. Спина, грязная спина — вот все, что осталось от друга. Акциоса охватило горькое разочарование.
Но вдруг, покидая арену, Маркус замер у самого прохода и придержал дверцу. Рик напрягся, приосанился и расправил плечи, отчего рука Акциоса приняла неудобное положение. Они опять услышали зовущие голоса аристократок: «Ребята, идите к нам!». Девушки, улыбаясь, махали руками. Маркус спросил с тошнотворной любезностью:
— Ну что, друзья, присоединимся?
— Друзья? — фыркнул Рик. Он не остановился и толкнул Маркуса плечом в грудь, требуя дороги. Рукав Рика при этом испачкался в масле.
Маркус шагнул назад, а Рик стал подниматься на трибуны. «Как хотите», — успел услышать Акциос. Рик потащил его на самый верх, к пустым местам, бурча что-то себе под нос и совершенно забыв о травме друга. Произошедшее сильно затуманило его разум. Акциос ничего не разобрал из того бормотания, поскольку в это время Гидрих Монк уже вызывал следующих участников. Зато посчитал все ступеньки, буквально прочувствовал каждую, пока Рик наконец не остановился у последних рядов.
— Все, садись тут. Дальше не пойдем, тебе столько двигаться нельзя, а я уже подустал, — выдохнув, сказал он.
Начался следующий бой, Бестии противостояла команда из трех человек с боевого факультета, вооружившихся мечами. Акциос пытался сфокусироваться на разворачивающейся битве в надежде, что это отвлечет его от боли в ноге. К тому же было интересно посмотреть, как сражаются другие. Но ушибленное место не позволило так просто оставить себя без внимания, пришлось даже задрать штанину и аккуратно приспустить носок.
«Ай», — одного слабого прикосновения к распухшей лодыжке было достаточно, чтобы Акциос выдавил из себя протяжный стон.
Рик погрузился в хмурое молчание с тех пор, как сел, и только отвлеченно пялился вперед. Акциоса это напрягало, поэтому он попробовал вывести друга из этого состояния:
— Эй, Рик, смотри. Как думаешь, о чем Сандер шепчется с директором?
— А? Что? — отозвался Рик. — Не знаю. Но разговор точно не из простых.
Больше вытянуть что-либо из Рика или завязать новый разговор не получилось. Между тем, директор встал, объявил, что бой окончен, и попросил парней пройти на трибуны. Акциос даже не заметил, как ребята проиграли, но догадался об этом по притихшим, сочувственно охающим зрителям.
«Приглашаю пятнадцатую команду: Эмили из Скайленда и Варвара со Снежных вершин!» — объявил старец.
«Так вот откуда Эмили, — подумал Акциос. — Получается, она местная. Наверное, дочка какого-нибудь скайлендского ремесленника. А Снежные вершины, это вообще где? В горах? Но в здешних горах нет снега. Значит, где-то далеко…»
Пока Акциос размышлял, Эмили и Варвара уже вышли на арену, и им также дали минуту на подготовку. Варвара несла на плече тот скрученный рулон ткани, лежащий перед девушками в коридоре. Она одной рукой (другая была занята молотом) протянула его подруге. Эмили взялась за свободный край, и грациозного взмахнула. Неприглядное с виду полотно, похожее на пожелтевшую парусину, взмыло в воздух, окрашиваясь мягким фиолетовым свечением. Ткань расправилась: и вот на песке уже стоит небольшая палатка.
 
Рик так и застыл от удивления. Что? Палатка? Зачем? Мало того, что их только двое в команде, с этим уже все смирились, но палатка? Интересно, о чем девчонки вообще думали?
— Нравится? — поинтересовался Акциос, снова пытаясь растормошить друга.
— Ага, — бросил Рик, не отрывая взгляд от арены. Очевидно, он вовсе не услышал вопроса и ответил машинально.
— Вы готовы? — спросил директор.
— Да! — ответила Варвара басистым голосом.
— Тогда начинаем!
Снова раздались два хлопка и зрители подняли шум. Не успела Бестия очнуться, как Эмили развернулась и скрылась в палатке, закрыв за собой вход. Скромное укрытие светилось от духовной энергии, поэтому механический зверь тут же направился к ней.
Трибуны снизу разразились недоумевающим хохотом. Акциос из криков толпы разобрал отдельные фразы: «Что она делает? Ха-ха-ха, струсила?», «Ну зачем ты так, что еще ей делать с иглой, не драться же?», «То, что бедняжка один раз ошиблась факультетом, не делает ее посмешищем», «Правильно сделала, спряталась в конуре от позора», «Ха-ха-ха, а пафоса-то сколько было, ха-ха…»
Смех прекратился, как только Бестия врезалась в палатку, словно в каменную стену. Хищница поднялась на дыбы и принялась атаковать укрытие передними лапами, грозясь прорвать фиолетовую ткань острыми когтями. Но не тут-то было. Сколько она ни старалась, палатка оставалась невредимой. Поразительно.
«Да как так? — услышал Акциос возмущенный тон аристократки. — Она не проиграла?». Хохот сменился одобрительными насмешками и аплодисментами, только смеялись теперь над зверем. Акциос тоже не сдержал смешок: так ей, Бестии, и надо!
— Акциос, Акциос, это замечательно! — воскликнул Рик. Он рассматривал палатку, используя свой дух. Вокруг очков светилась желтая аура. — Я, как только увидел, сразу понял, что эта вещь непростая. Ты ведь заметил, что она светится сама по себе после активации?
— Что? — спросил Акциос. Он не понял вопроса.
— Вот смотри, — Рик вложил духовную энергию в студенческую форму, затем убрал руку и сказал: — Видишь?
— Вижу. Почему твой рукав до сих пор грязный?
— Да я сейчас не об этом. Форма больше не светится, как и многие другие ремесленные предметы. Понял?
— А-а-а, — протянул Акциос. — А палатка светится, хотя сейчас духовную энергию в нее никто не вкладывает… Ты хочешь сказать, что эта палатка работает как драконий камень?
Рик ответил с лицом читающего лекцию преподавателя:
— Принцип разный, но смысл тот же. Если Эмили ее сделала сама, то она гений. Настоящий талант! Такие вещи одноразовые, действуют недолго, но у них запредельные показатели. В данном случае — прочности. Эту ткань сделали по-настоящему искусные руки: мало того, что она принимает форму палатки без всяких каркасов, так еще и неимоверно устойчива. А цвет ауры говорит о том, что ее создал мастер с духом не ниже эпической силы, как у Эмили.
Тем временем Варвара без церемоний огрела Бестию молотом, однако духовную силу вкладывать в удар не стала. Лицо у девушки при этом сделалось таким, как будто она занималась любимым делом. Только после второго удара сработал адаптивный механизм, и хищница переключилась на Варвару. Но не успела Бестия и развернуться, как получила полным духовной энергии молотом по хребту, да так, что ее лапы разъехались, и пузо впечаталось в песок, подняв облако пыли. Зверь быстро пришел в себя и вскочил, а на том месте в песке так и осталось продолговатое углубление.
«Неужели даже такой чудовищный удар ее не разрушил? Невероятно», — подумал Акциос.
Варвара уже снова замахнулась, но Бестия, получившая неудачный опыт, больше не позволила попасть по себе. Теперь от мощных, но не слишком быстрых атак Варвары с зарядами духовной силы животное легко спасалось с кошачьей грацией. В этот момент Акциос обрадовался, что Рик затащил их наверх. После каждого сокрушительного удара молот врезался в землю и разносил вокруг волны песка, отчего даже студентам в первых рядах пришлось прикрываться руками.