Темный Охотник 3 (СИ)
Из толпы защёлкали вспышки фотоаппаратов. Часики медийной бомбы уже тикают, вот-вот рванёт.
— Информация была доведена до меня из надёжного и проверенного источника и сомневаться в её правдивости у меня нет никаких оснований. На этом у меня пока что всё, — сказал Император. — В ситуации ещё предстоит разбираться более тщательным образом, но на данный момент моё решение таково.
Люди в зале не понимали, стоит им уже аплодировать или ещё рано. Благо сдержались, потому как уже спустя секунду Его Величество продолжил:
— Принцесса Ариэль, прошу вас, подойдите.
Всё ещё под покровом иллюзий, рогатая робко шагнула вперёд. Толпа перед ней сразу же расступилась. Подогревая шоу эффектным жестом, Ариэль на ходу сняла вуаль и явила миру свой истинный облик.
— Уа-а-а-а-а, — на выдохе отреагировала толпа.
Прямо на моих глазах вершилась история! Думаю, эти кадры будут тиражировать столько, сколько просуществует Российская Империя!
Ариэль поднялась всё на тот же помост и остановилась в паре шагов от императора, — всё так, как и было прописано в её методичке. Затем она выдержала театральную паузу и почти на чистом русском произнесла:
— Ваше Величество.
Очередное удивление, на сей раз с примесью патриотического восторга.
— От лица своей расы благодарю вас за то, что предоставили мне и моим людям убежище. В знак нашей благодарности, прошу вас принять мой скромный дар.
Тут как будто бы из воздуха рядом с ней образовался Фирсов. В руках у графа была шёлковая подушечка, а на подушечке меч в тех самых, изготовленных самой принцессой, дешёвых ножнах. И вот, кстати, ещё одна монетка в копилочку шоу! Символизм аж зашкаливает! Не суди книгу по обложке и всякое такое, ага.
Ариэль, кивнув графу, взяла меч двумя руками и, опустившись на одно колено и склонив голову, протянула его императору.
До массовой истерики осталось три, две, одна…
* * *Город Мурманск, отель «Людмила»
Леонид Алексеевич Гранатов шёл по вечерней улице на окраине Мурманска. В руках он нёс два пакета, один из которых на ходьбе тихонько позвякивал.
Мурманск — пусть и небольшой, но стремительно развивающийся город. Ещё каких-то сто лет назад города и в помине не было, а сегодня это аккуратный и чистый город с современным портом, собственной промышленностью и достопримечательностями. И пусть до ближайшего из крупных городов, Петрозаводска, ему ещё далеко, мурманчане свой город любят и ценят.
Так что Мурманск — отнюдь не дыра, и в городе имелось немало приличных мест и приличных отелей, просто Леониду Алексеевичу не хватало на них денег. А вот на бомжатник с непомерно гордой надписью «Отель Людмила» — хватило.
Беда в том, что почти вся та наличность, что он имел при себе, истратилась в дороге, а доступа к счетам у него пока что не было.
И да, путь был долгим. Путь был нелёгким. Да и опасным, чего уж греха таить.
Пришлось устроиться коком на сухогруз, который вёз в Мурманск одни удобрения, а обратно должен был привезти другие. Поэтому и контракт у новоявленного кока был туда и обратно. И когда он по-тихому слинял с судна, в карманах у него посвистывало.
Ну да ничего.
Главное, что он наконец-то дома. В России.
— Фу-у-ух, — Гранатов зашёл в свой номер, закрыл дверь на хлипкую щеколду и поёжился.
Пускай осень только-только началась, но всё же дело происходило за Полярным Кругом, и температура на улице стремилась к нулю. На тёплую одежду денег тоже не было, так что мужчине приходилось щеголять в остатках былой роскоши — сшитых под заказ брюках и лёгком пиджаке.
Мужчина положил на стол пакет.
— Одна звенеть не будет, — ухмыльнулся он. — А две звенят не так.
В последние годы он привык к дорогим ресторанам и хорошему вину, и душа требовала праздника даже сейчас, во время этой вынужденной нищеты. Так что мужчина сбегал в ближайший ларёк, взял себе дюжину бутылок дешёвого местного пива и несколько вяленых ёршиков на развес. Вообще хотел воблу, но где вобла, а где Мурманск. Впрочем, ёрш оказался ничуть не хуже, а гордый за визитную карточку своего города продавец собственноручно отобрал несколько рыбин с икрой.
Леонид Алексеевич уселся в обшарпанное кресло и с наслаждением скинул с себя ботинки.
— Дожили, — сказал он, глядя на большой палец ноги, который вылез через дырку в носке. — Ладно… Всё будет…
Кряхтя, он поднялся и аккуратно повесил пиджак на вешалку, подумав, снял и повесил на вешалку единственную рубашку и брюки, оставшись в трусах и майке. Закурил. Затем он загрузил обойму бутылок в маленький, вечно жужжащий отельный холодильник, сел обратно в кресло. Пододвинув к себе журнальный столик, расстелил загодя прихваченную где-то рекламную газетку и вытряхнул на неё ерша.
После мужчина открыл пиво и за три глотка высадил половину бутылки.
Ну а теперь настало время рыбки. Он взял ерша, пару раз ударил рыбину о голое колено. С наслаждением втянул носом аромат вяленой рыбы.
Улыбнулся сам себе.
Давненько он не отдыхал вот так… атмосферно. По-простому, но всё равно очень душевно.
— Так, — тут Леонид Алексеевич понял, что сидеть в тишине как-то грустно, нашарил телевизионный пульт и включил старенькую, сильно уставшую от жизни плазму.
Картинка оставляла желать лучшего, да и помехи вклинивались, но мужчине было на это наплевать. То, что шло по телевизору, целиком и полностью завладело его внимание.
— За мужество и самоотверженность, достойные настоящего егеря и патриота, — вещал с экрана князь Долгоруков, — Чернов Артём Кириллович, правнук барона Чернова, награждается орденом князя Владимира 4-й степени!
— С-с-с-сука, — прошипел мужчина, не веря своим глазам.
Лёня Гранатов не был одаренным, однако в тот момент, когда целый зал аристократов начал аплодировать, он внезапно обрёл нечеловеческую мощь. Он столь сильно и столь метко метнул ерша в экран, что тот прошиб головой хлипкую плазму. Так и торчал там теперь.
— Что за шум⁉ — донёсся крик горничной из коридора.
— Всё нормально! — крикнул он в ответ. — Я просто уронил…
Что? Пульт от телевизора? Бутылку? Достоинство?
— … я уронил вешалку! — крикнул Лёня.
Без гроша лишних денег, в последних чистых трусах и майке, теперь он ещё и должен за разбитый телевизор. Скорее всего, из гостиницы придётся бежать под покровом ночи. И всё из-за него! Опять, мать его, всё из-за него!
— Ну, Чернов, — Лёня взял второго ерша и со злостью отломал ему башку. — Ну, погоди!…
Глава 22
Танцы
Ариэль взяла меч двумя руками и, опустившись на одно колено и склонив голову, протянула его императору.
Тот сделал шаг вперёд, левой рукой принял подарок, а правую подал принцессе, помог подняться.
— Полагаю, внешняя скромность вашего дара обманчива? — с намёком спросил Дмитрий Михайлович.
— Именно так, Ваше Величество, — сообразила Ариэль. — Этот меч изготовлен из мифрила и…
Тут ей пришлось сделать паузу, потому что дружный «Ах!» толпы аристократов заглушил её дальнейшие слова.
— … и в нём заключена душа аликорна, крылатого единорога, — принцессе пришлось повысить голос, чтобы перекрыть рокот толпы, — и даже просто вытащить его из ножен сможет лишь человек достойный и справедливый.
Щёлк! Аристократов как будто выключили. До них резко дошёл смысл слов принцессы. Одушевлённое оружие, мифрил. Император держал в руках легендарное, почти мифическое оружие. Про такие мечи в былинах рассказывают. Не то что простым графам и баронам, большинству князей такое и не снилось!
А тут ещё и дополнительные слова про достоинство и справедливость…
Император, выдержав театральную паузу, легко и непринуждённо, с улыбкой, извлёк клинок из ножен.
— Ну вот, достоин! — негромко сказал он и, кажется, даже выдохнул, бросив в мою сторону быстрый взгляд.
Гром раздавшихся аплодисментов едва не оглушил!
А император вложил меч обратно в ножны, поцеловал принцессе ручку и что-то негромко сказал. Та кивнула, изобразив лёгкий полупоклон, спустилась обратно с помоста и отправилась в мою сторону. Император же вернулся на свой трон, махнув награждённым рукой, мол, свободны.