Темный Охотник 3 (СИ)

— Как скажешь, — пожал бригадир плечами.
Дело было к вечеру, да и погода стояла пасмурная, так что за конфиденциальность я не переживал.
В дело пошли пауки. Паутина у них очень липкая и очень прочная.
«Пройдитесь по всему кокону, ищите, где воздух тянет, и заделывайте!» — приказал я.
Пауков я призывал небольших, но чтобы уже с паутиной. Небольших — это с кошку размером. Они разбежались по всему «кокону» — я использовал понятный им термин, — и активно принялись за дело. И если поначалу оболочка свистела многочисленными дырами, как ветер в горном ущелье, то уже через час свист исчез. А ещё через час выключился двигатель воздуходувки — оболочка перестала пропускать воздух.
Я выбрался через большой воздушный клапан, выпустив, конечно, часть воздуха.
— Ну как, держит? — спросил я Яна.
— Не знаю, что ты сделал, — покачал тот головой, — но держит пока. Надо бы давануть побольше давлением, чтобы проверить прочность швов.
Наполненная оболочка была громадной. Высота — под окна пятого этажа! Соединим с гондолой — и сравняется с крышей этого старого здания!
Ну а пока она просто лежала на земле, придавленная изнутри металлоломом из бывших конструкций, а сверху — тросами и растяжками.
Пришло время для настоящей магии, и посему свидетели мне не нужны.
— Ян, я пригласил знакомого мага металла, — начал я заливать в уши. — Подъедет — набери меня. Я пока отъеду по делам. Хотя он так-то знает, что делать.
— Как хоть его звать? — поинтересовался Ян.
— Да ты всё равно не знаешь, — отмахнулся я и сел в машину.
Теперь — в тени. В багажнике — половина запаса мифрила, и его надо перетаскать внутрь оболочки. И после этого отогнать машину.
Управился за десять минут. Машину бросил за полкилометра, а сам вернулся пешком, в тенях.
«Охотник, я всё понял, что должен сделать, поэтому сейчас просто смотри», — предложил Ярик.
«Давай, удиви меня!» — улыбнулся я.
Ярозавр не стал распутывать металлолом. Он просто сжал его до состояния монолитного кубика, а потом…
Во все стороны протянулись тонкие нити металла. По ним, как по кровеносным сосудам, потёк металл, утолщаясь там, где это нужно. Каркас оболочки разрастался, как ажурная паутина. Он подхватил бруски мифрила и распределил их по периметру контура соединения с гондолой. А металл из куба тёк дальше. Нити, пересекаясь, срастались, и вскоре всю внутреннюю поверхность оболочки покрыла ажурная сеть из дюралевых трубок.
«Про закладные помнишь?» — уточнил я.
«Всё помню, но если что-то забудем — добавим позже!»
Я уже еле держался — творение вытянуло из меня все силы, но то, что у нас с Яриком получилось, того стоило.
Ян позвонил наутро.
— Прости, я не уследил. Может, кто и приезжал, но я не видел.
— Да, у меня друг очень скромный, — я улыбнулся. — Он уже позвонил мне, что всё сделал, а беспокоить никого не стал.
И вот, последняя ночь перед отлётом. Понятное дело, что мне ещё предстоит вернуться к ацтекам, — и на этот раз они моему появлению не обрадуются, — однако всё равно какая-то грустинка в сердце поселилась. Настроение такое, что хоть шерстяные носки надевай, садись на окошко и какао хлебай.
Но! Это самое! Я вообще-то ещё молодцом держусь! Народ вокруг вон как разнюнился, слезоточат и носами шмыгают! И неспроста ведь!
Неспроста!
Атмосфера у меня дома сейчас царила такая, что самый квадратный подбородок дрогнет. Но… обо всём по порядку. Сначала, как водится, о деле.
Окончательные итоги моего пребывания в Арапахо-Сити подводить рано, но промежуточные уже радуют.
Деньги, мифрил, артефактный меч, три печати, неплохое такое пополнение в Океане и люди. Очень-очень много хороших людей. Да и не только людей, если уж предметней. Одна лишь укомплектованная разломная бригада из сексапильных рогатых девчонок чего стоит? А Ярозавр Добротопсович? А Лунатыч?
А Чип с Дилей⁉ Может тому виной энергетическая связь, но без этих пушистых я себя уже не представляю. Прикипел к засранцам.
 
Ладно.
Накануне забрал документы с базы. Все официальные бумаги о закрытии Черновым А. К. своих обязательств перед международным сообществом теперь были у меня на руках. Подписанные лично начальником базы и заверенные той самой очкастой тёткой, с которой и начиналось моё пребывание на базе.
Тётка очень сильно удивлялась. Мол, как же так? Только приехал и уже обратно собрался, и даже белок своих в шоу талантов не показал.
О!
Кстати! Помимо официальных бумаг мне ещё и благодарственную грамоту выдали. С золотыми буквами и вензелями. Как будто в садике за самую лучшую поделку из веток, шишек и отцовского терпения. Приеду домой — суну под стекло и на стенку повешу.
Предпоследний штрих подготовки — заказ ноутбука и спутникового модема для отслеживания погоды. Последний штрих — продумывание маскировки.
Палить инферн раньше времени ни к чему, а потому мы придумали легенду. Для особо настырного стороннего наблюдателя инферняхи будут девчуковой поп-группой.
Ариэль уже продемонстрировала, что при помощи косметики может изменить тон кожи так, что не заметишь подвоха. Рада к ней, туда же, — они почти одинаковы, — а других девочек даже красить не надо. Из Наги получается прекрасная африканская царица, а две другие пусть будут майанками или инками. Кожа у них цвета борща со сметаной, — хотя скорее уж сметаны с борщом, — так что к ним вопросов возникнуть не должно.
Остаётся одна загвоздка — рога.
И поскольку магазина карнавальных костюмов в Арапахо-Сити не было, зато был секс-шоп мистера Уха, мы вышли из положения при помощи кошачьих ушек. Тех самых, для фури… э-э-э… любов.
К слову!
От ассортимента секс-шопа разбегались глаза. Помимо резиновых запчастей человека, здесь попадались и уникальные товары. Например, лубрикант со вкусом хрена и холодца торговой марки «Биовульв». Не уверен, что больной рассудок, который додумался произвести подобный товар родом из этого мира. Да и вообще из Многомерной Вселенной, если уж на то пошло. Это явно откуда-то извне.
Определённо.
Точно-точно, да.
Итого, уже после обеда мы готовы были лететь. Но не мог же я свалить вот так, по-английски, без прощальной вечеринки! Да и потом, в конце-то концов, для чего я покупал покерный стол⁉
Первые гости начали стягиваться к семи вечера. Сегодня я решил нарушить традицию с готовкой и, не мудрствуя лукаво, заказал на всех пиццу. Пиццерия в Арапахо-Сити была всего лишь одна, но несмотря на отсутствие конкуренции готовили они сносно. Пеперони обжигала, сыр тянулся, а бортики вздулись аппетитными пузырями.
Пицца, пиво, покер — такова была задумка.
И в целом всё шло неплохо. Очень и очень неплохо, правда.
Я сидел за столом между Веневитиным и Линдой. Первый подошёл к делу со всей серьёзностью — надел чёрные очки, нахлобучил кепку и закрыл козырьком половину лица. Всё то время, что у него на руках были карты, он проводил практически без движения, как грёбаная ящерка на солнце.
И более того!
Рядом с картами Егор положил телефон с включённым таймером и спустя несколько раздач я спалил для чего. Каждую чётную минуту этот жук кашлял, а каждую нечётную чесал нос. Не уверен, что кто-то за столом настолько глубоко анализировал его поведение, но если бы вдруг решил проанализировать, то точно сбился бы с толку. В тихом неврастеничном омуте, оказывается, гроссмейстеры водятся. Главное, чтобы он не захмелел и вновь не начал спорить — в таком состоянии его на пушечный выстрел нельзя подпускать к азартным играм.
Линда удивила ещё сильней.
Её манера игры была чуть ли не диаметрально противоположной. Она не прятала глаз и не заходилась в псевдо-кашле. О, нет! Она выводила соперника на эмоции. Бесила, раздражала и буквально втаптывала эго оппонента в грязь.
— Олл-ин, — артефакторша сдвинула все свои фишки на центр стола. — Не думаю, что кто-то из вас, ссыкух, мне ответит, но просто не могу не попытаться.