Темный Охотник 3 (СИ)

— Хорошо, — кивнул я.
И кто бы знал в тот момент, что залатать в нашем дирижабле нужно всё…
Следующие два дня я разговаривал сугубо на матах. Иногда на ацтекских, иногда на русских, но всегда на отборных и в максимальной степени отражающих действительность. Да и компания у меня подобралась соответствующая — работники автосервиса впряглись восстанавливать дирижабль.
Не по доброте душевной, само собой, а за денежку. Причём нехилую такую денежку, стоит сказать.
Впрочем, кроме денежки там явно присутствовал азарт, как будто к ним приходил пьяный Веневитин, и они с ним побились об заклад.
Первым делом мы привели в порядок саму гондолу. По правде говоря, ей требовался лишь косметический ремонт. В окнах вместо стекла оказался листовой поликарбонат, который выдержал падение. Фанеру обшивки местами пришлось менять, но это мелочи. Из серьёзного — пострадал кожух одного из импеллеров, но это тоже оказалось поправимо. А так — пошкурить, покрасить, что-то заменить… В общем, не больше работы, чем с обычной машиной, с той разницей, что в гондоле использовалось больше дерево.
Ещё мне захотелось обновить ушатанное багажное отделение, превратить в нормальный такой салон. По моим прикидкам лететь до Российской Империи нам примерно неделю-полторы, и всё это время хотелось бы провести в комфорте. Всё ж принцессу везу, да и сам не сын трубочиста вроде как. А потому — роскошества в студию!
Кожаные кресла, раскладные кровати и столики, всевозможная электроника в виде встроенного холодильника, радиорубки, мониторов и ещё одной игровой приставки. Даже фен с тостером не забыли. Плюс отделка. Плюс тонировка окон.
Плюс губозакатывательная машинка…
Когда Рада ознакомилась с характеристиками дирижабля, она очень наглядно, с цифрами, объяснила, что на счету каждый грамм. Поэтому от всяких излишеств пришлось отказаться. Вместо кроватей — фанерная полка и тонкий поролоновый матрас, вместо мониторов — скачанные на телефон книги, а вместо игровой приставки — тетрис в том же телефоне. Из отделки — покраска. А вместо фена с тостером — примус.
В общем, максимально спартанские условия, и всё это — на площади размером с мою бронемашинку. Рубка для пилота и штурамана, кухня метр на два, и жилой отсек с четырьмя койками, как в дешёвом купе, в два яруса. И всё!
Ах да, вместо туалета и душевой кабины — гальюн. Дырка в полу то есть, в углу моторного отсека.
Но ничего! Мы люди неприхотливые, долетим.
А самое веселье началось, когда мы с мужиками впервые попытались расправить смятую оболочку дирижабля…
  
Глава 11
 
Это все…
 
— Это, мать его, что??? — я попытался сформулировать свои впечатления, но потерпел фиаско.
— Ип**ть мой лысый череп… приплыли, млять, — поделился своими выводами бригадир.
У которого получилось то, что не вышло у меня — кратко и ёмко описать ситуацию.
А ситуация оказалась очень хреновой. Пока баллон лежал в прицепе, — который, кстати, надо ещё отогнать обратно на свалку, — у меня ещё теплилась надежда, что он более или менее в порядке. Наверное поэтому я не воспользовался тенями и не прошёлся внутри свёрнутой ткани, чтобы не расстраиваться. Этакий баллон Шрёдингера — пока не посмотрел, есть шанс.
Так вот.
Без шансов. Вообще.
Авария, при которой дирижабль врезался в мост, и при которой оторвалась гондола… Разве могло такое столкновение оставить хоть какой-то шанс? Мог бы сразу догадаться, конечно. Хотя бы про то, что гелий — газ очень дорогой, и просто так его в атмосферу выпускать никто не будет. А значит, он вышел сам. А значит — и оболочка, и баллонеты с гелием должны были быть разорваны в клочья.
Так и оказалось. Но… это ещё не всё.
В принципе, мне простительно. Я не инженер, не конструктор, не техник. А Ариэль, которая у нас по технике, видела дирижабль только по видео, и пока никак не участвовала в работе над ним. В общем, я почему-то думал, что дирижабль у нас мягкий, то есть просто шарик вытянутой формы и всё. Оказалось, что нет. Оказалось, что он полужёсткий — с металлической фермой внутри.
 
И будь всё в порядке — это было бы прекрасно!
Но всё было нихрена не в порядке! Вот вообще ничто в порядке не было! Совсем!
Чёрт!
Как в воду глядел, сравнивая свёрнутую оболочку со смятой банкой из-под пива! По факту всё оказалось намного, намного, намного хуже!!!
Оболочку сняли, безжалостно распоров там, где что-то мешалось. Теперь, разложенная на ровном участке, она выглядела, как лопнувший шарик. Коим, в принципе, и являлась.
А под оболочкой на прицепе лежал спрессованный в брикет набор «очумелые ручки» — каркас или остов дирижабля. Его разобрали, а скорее просто разрезали, закинули всё в пресс для металлолома и спрессовали до размеров бытового холодильника.
Как вообще получилось, что нам этот кубик цветмета отдали? Подозреваю, или забыли, или не знали, что он под оболочкой лежит. В общем, лоханулись, и это нам на руку.
Да, автосервис.
Он располагался внутри бывшего то ли цеха, то ли фабрики. Пятиэтажная коробка, построенная буквой «П» с большим внутренним двором, надёжно защищённым от ветра. Его автосервис использовал в качестве склада и парковки, но не весь, оставалось достаточно места для поля для мини-футбола. Вот на этом поле мы и расстелили оболочку.
Хорошая новость нашлась только одна: оболочка присутствовала в наличии целиком. В виде трёх больших кусков и десятка кусков поменьше. Если какие куски и потерялись, то совсем мелкие.
Также на месте оказались все клапаны, и это здорово. Правда, идущие к ним из гондолы трубки оказались вырваны с мясом…
— Ян, — обратился я к бригадиру, — у вас есть кто-нибудь, кто тенты шьёт?
— Ты хочешь ЭТО сшить? — Янавак повернулся ко мне с выражением ужаса на лице. — Ты ведь понимаешь, что нужную прочность вот так, на лужайке, не сделать?
— Не забывай, что я одарённый, — я усмехнулся. — Вы мне только этот пазл соберите, а дальше я уже сам.
— Пазл? — бригадир почесал лысый затылок. — Реально пазл. Люди есть, да. Я могу пообещать двойную оплату?
— Пообещай, — кивнул я. — И ещё. Найдите где у оболочки низ, чтобы он был внизу. Там должен быть большой клапан, чтобы можно было внутрь зайти. Металлолом весь оставьте внутри оболочки. И чем-нибудь её, не знаю, лебёдками, краном или вон за крышу зацепите, но чтобы внутрь можно было зайти и стоять в полный рост. Пары дней хватит?
— Сделаем, — заверил меня Ян. — Магия, значит. Позову друзей, это всем будет интересно посмотреть!
«Ярик, отзовись!» — позвал я ящера.
«Здесь я…»
«Смотри, — я подошёл к кубику спрессованного каркаса и приложил к нему руку. — Это было большим… скелетом. Сможем восстановить?»
«Это будет славная работа! Мне нравится с тобой, Охотник. Ты подкидываешь по-настоящему интересные задачки! Но, позволь спросить, есть ли…»
«Чертежи? Добудем!»
Уже в машине, отправляясь домой, я набрал Габи.
— Нужны подробнейшие чертежи дирижабля. Сможешь найти?
— Хм… Ты знаешь… — Габи задумалась. — Я узнаю, поищу в библиотеке, сделаю запрос на завод-изготовитель. Когда надо?
— Вчера, а лучше позавчера! — хмыкнул я.
— Поняла! Значит, будут! — пообещала она.
И не подвела! Более того, пока я доехал до дома, файлы уже ждали меня на почте, а через пару часов Габи лично привезла распечатанные на большом формате чертежи.
— Где взяла-то хоть? — поинтересовался я.
— Удивительно, но нашлись в библиотеке! — улыбнулась девушка. — Дирижабли этой модели давно сняты с производства, и вся документация на них общедоступна, вплоть до электрических схем.
— Отлично. Электрическую схему отдай электрикам в автомастерскую, там тоже вопросы были. А мне нужны… — я покопался в бумагах, — вот эти чертежи.
— Ты что-то в этом понимаешь? — удивилась Габи.
— Я же из рода артефакторов, — хмыкнул я. — Доводилось изучать.