Граф Суворов. Книга 3

После второго похищения с меня сняли все устройства, работающие на резонансе и заменили браслетом с радиопередатчиком. Заодно пояснили, что искаженный блокировал сигналы и обрушил связь так же, как до этого делал Берегов, старый безопасник Меньшикова.
Князя, к слову, пока не нашли, хотя с момента исчезновения прошло уже два дня, а это не та фигура, которой можно пренебречь. В результате род Меньшиковых, в котором пропали и глава, и второй сын, сократился до единственного мужчины и наследника – Дмитрия Авраамовича, который теперь находился под неусыпным контролем.
Мне обо всем этом рассказал Роман, провожая из особняка и дав то же напутствие, что и «дед», не посрамить имя Суворовых. Отлично, блин, вопрос, как еще это сделать? Морально я настроился стоять столбом и улыбаться, не реагируя на провокации, если они, конечно, не будут заходить слишком далеко.
– Оружие сдать, – приказал Строганов перед погрузкой в автобус. Ножи были у всех, а Таран вообще вытянул из-за пояса нечто, больше всего напоминающее тесак. – Все оружие, вас, граф, это тоже касается.
Грустно вздохнув, я снял пояс с шестью гранатами и однозарядной ракетницей, к которой прикипел душой. Чем заслужил уважительные взгляды и легкий свист от Шебутнова, но затем Василий гневно посмотрел на Максима, и вот тут удивились уже все. Пара гранат, несколько патронов, трубка с пружиной для пуска, какие-то шарики, несколько батареек, фольга, спица… Краснов выкладывал свой арсенал больше минуты. Прямо от сердца отрывал.
– Барахольщик, ну и зачем тебе все это? – хмыкнул Василий.
– Ну а вдруг? Всякое может пригодиться, – пожал плечами Макс, похудевший на пару килограммов.
Но куда больше мы удивились, да и порадовались, не без этого, когда, дойдя до автобуса, увидели стоящих перед ним девушек. Пятерка ведьм с факультета ускоренного обучения. Те самые боевые подруги, которые вместе с нами отбивали крепость и участвовали во всех штурмах.
Девушки, как и мы, были одеты в официальную форму училища, только вместо брюк – юбки. Единственное, чем они могли выделиться, – украшения, и я сразу заметил на Ленке кулончик, который ей собирался подарить Шебутной. Не удержался-таки парень, впрочем, они уже в таких отношениях что можно не тормозить. Остальные были в дешевой бижутерии, если не считать Мальвину, где-то доставшую настоящие серьги с синими камушками, хоть и не крупными. Надо Лисичкиной тоже что-нибудь подарить, а то чего рыжая без украшений. Хоть она и так красавица.
– Ого, вы с нами? – удивленно спросил Василий, явно удивившись и обрадовавшись не меньше нас.
– Все верно. Его сиятельство распорядился выделить пять дополнительных мест для девушек, – ответила Мария, подарившая мне томный взгляд. Хм, кажется, Ангелина это заметила и даже чуть напряглась. Ладно, будем разбираться с проблемами по мере их поступления – улыбаемся и машем.
– Отлично, значит, у наших ребят и компания будет, и повод за другими не ухлестывать, – с облегчением выдохнул Строганов.
– Я ему поухлестываю, – тихо проговорила Жарская, но услышали это все и заулыбались, представляя, что со щуплым и не слишком высоким Шебутновым может сделать ведьма, не только владеющая резонансом, но и с накачанным атлетичным телом. Да еще и выше него на голову.
– Заходим, по местам, – приказал Василий, и мы гурьбой завалились в микроавтобус. Места, правда, все равно осталось с избытком – двенадцать человек на двадцать с лишним сидений. Можно было хоть по одному на диван садиться, но мы разбились по парам. Под сердитым взглядом Строгонова Леха, попробовавший пересесть к Жарской, тут же приземлился обратно – рядом со мной.
– Ну и зачем нам тогда вместе ехать, – пробормотал он, оглядываясь на хихикающих девушек.
– Мы училище представляем, а не самих себя, – ответил я, расслабленно откинувшись на спинку сиденья. – Кстати, нам реально повезло, что едем скопом. Десять человек – это уже такая компания, самодостаточная.
– Ну, я б вообще предпочел вдвоем, и никуда не ехать, – заметил Шебутнов, у которого после празднования победы в военных играх сорвало голову. Ну, хоть финансами нашими он продолжал заниматься исправно, уже хорошо. За прошедшие два месяца Зяма сумел вернуть только четверть от всех долгов, и у меня было что-то порядка двухсот рублей. Более чем приличные деньги для кадета-интернатовца. А вот для взрослого и тем более благородного – копье. А ведь осталось полгода до выпуска, надо уже думать над получением источника дохода.
  
– Ух ты, красота какая! – послышался голос одной из девушек, и я невольно вывалился из медитации, повернувшись к окну.
Улицы Петрограда, богато украшенные к новогоднему празднику, переливались огнями гирлянд. Во дворах и на небольших площадях, мимо которых мы проезжали, были установлены нарядные елки, а ребятня и взрослые ходили в полушубках с блестками на воротниках и рукавах. То и дело встречались синие кафтаны Деда Мороза и Снегурочки.
– И вправду красиво, – признал я, впервые увидев этот мир в новых ярких красках. А то в училище, где коричневая грязь полигона, серая снежная грязь, черно-серая грязь лесов и серое небо сливались в одну кляксу, даже забывалось о том, что в мире существуют другие краски.
– Будьте готовы к высадке, далеко от старших и друг от друга не отходить, на вызовы не отвечать, – в очередной раз повторил Василий. Нервничает, и не зря.
– Кто испортит праздник, будет неделю сортиры мыть, – предупредил я, охладив горячие головы. – У нас есть наставник – пусть он разруливает ситуацию.
– Мы знаешь, не очень на детей тянем, – хмыкнул, повернувшись ко мне, Таран. – И за слова отвечать придется. Так и так.
– Вы кадеты, по законам империи несовершеннолетние до выпуска. Так что не смейте ставить репутацию училища и рода Суворовых под угрозу своим поведением, – строго произнесла Мария, обращаясь к девушкам, но и нас явно имея в виду. В общем, накручивали нам хвосты по полной программе. Правда, стоило высадиться в нескольких кварталах от адмиралтейской набережной, и у большинства в нашей группе все советы тут же выветрились из головы.
Шум, детские радостные крики, взрывы шутих и фейерверков, многоголосый радостный гомон и новогоднее настроение ворвались в салон автобуса, стоило открыться дверям. Запах пороха и мандаринов, а еще чего-то кисло-сладкого, от чего мгновенно закружилась голова. И море прожекторов, освещающих шары в небе.
А выше многочисленные синие огни двигателей. Похоже, сегодня празднуют далеко не все – войска все так же несут службу, охраняя покой столицы. Хотя сегодняшней ночью никакого покоя в ней не предвидится. Наоборот, шум, праздник и веселье, которое будет длиться до самого утра.
Вдоль набережной плыли ярко украшенные прогулочные катера, яхты и частные лодочки, с которых громыхала музыка. От джаза до синтвейва, в зависимости от возраста собравшихся на суденышке. А небеса вспарывали многочисленные диско-шары и разноцветные прожекторы.
Охая и ахая, с открытыми от удивления и восхищения ртами мы двигались вдоль набережной. Впереди Строганов, рассекающий толпу, позади присматривающая за нами Мария. Мы, выстроившись шеренгой по два, шагали в центре. Даже в ногу шли, ну, почти, и ведь не сговариваясь.
– Че вылупилась? – пробормотал Максим, когда несколько человек в украшенной праздничной одежде уж слишком настырно стали нас рассматривать. В самом деле, посреди праздничной толпы мы в своей темно-зеленой кадетской форме выглядели инородным телом.
– Макс, успокойся, – одернул я соратника. – Все нормально. А в следующий раз лучше улыбнись. Полгода, и мы станем дворянами.
– Нет, это МЫ станем, – усмехнулся Леха. – А ты станешь боярином. Целым графом, чего нам вообще не светит.
– Ну почему, попробовать можете, – сказала идущая позади Мария. – Примите участие в турнире, победите, и будет вам титул. Такой шанс раз в жизни выпадает.
– Я буду участвовать, скорее всего, – сразу заметил я, после чего товарищи удивленно на меня посмотрели. – Ну а как вы хотели? Должен же я побороться за место старшего в семье.