Одержимость Малиновского (СИ)

— Я давно не котёнок…
— Я уже догадался, что ты превратилась в шикарную кошечку с острыми коготками. — Только я хотела съязвить, его дальнейшие слова, меня ввели в ступор. — Где у тебя спальня? — Подхватывает меня на руки. 
— Малиновский, сейчас же отпусти меня! — начала брыкаться. — Зачем тебе моя спальня?
— Не хочешь в спальне, чёрт с тобой, тут это сделаем! Ты мне всю душу вымотала, засранка малолетняя.
Я было хотела возмутиться, мол, когда я это успела сделать? Но этот негодник бессовестно мне заткнул рот. Я была не готова к такому повороту, поэтому, наверно, растерялась… Или упустила момент, когда сопротивление имело смысл. Да уж, Малиновский знал, как женщину заставить потерять голову. Я плавилась от его прикосновений и задыхалась от переполнявших меня чувств. Хотелось плакать от счастья, что наконец он так…страстно меня целует, а в душе проклинала себя, что бесхребетная дура, позволяю ему это. Он мог своими умелыми руками и монашку заставить сгорать от желания, не говоря обо мне.
— Посмотри на меня… — схватил меня рукой сзади за основание шеи.
Я попыталась сфокусировать взгляд, перед глазами всё расплывалась, и обомлела. Вот дерьмо! Я полуголая обвила его ногами, а член Малиновского в любой момент может оказаться во мне. Как это могло произойти! 
— Ваня, не надо… — запаниковала, пытаясь вырваться. — Не хочу.
— Значит, меня ты не хочешь? — угрожающе тихо спрашивает, зафиксировав моё тело, не шелохнуться. Я замерла, боясь пошевелиться, понимая, одно его движение бёдер, и он во мне. А я не хочу так. — А для этого исчадья ада с радостью ноги раздвигала?! — пророкотал мне в лицо.
Я дар речи потеряла, силясь понять, про кого он? Ваня, чертыхнувшись, отпустил меня, принялся приводить себя в порядок. Непроизвольно опустила взгляд и увидела его член, большой такой… Я, сдавленно ойкнув, отвернулась лицом к стене, кажется, у меня от стыда даже платье покраснело.
— Не строй из себя целку! — Придавил меня к стене своим массивным телом, и вновь этот полный угрозы голос. — Я знаю, что ты уже как шесть лет кувыркаешься с Лютовым. Как ты могла, ему было всего шестнадцать лет, когда это случилось в первый раз!
— Ты чего несёшь! — резко развернулась к нему. — Не спала я с ним.
— Не ври! Сашка сам мне рассказал, только я сразу не понял, что это ты. А когда мой человек, — он достаёт из кармана пиджака фотографии, — мне эти снимки принёс, всё стало ясно.
Я взглянула на фотографии и ужаснулась. Там мы с Сашкой в парке, ракурс был такой, что реально можно подумать, что целуемся. Ну и что мне делать? Сказать, что это был постановочный кадр, не могу, задание. Ведь по легенде мы с ним встречаемся. Да уж, щекотливая ситуация.
— Что ты на это скажешь? — прожигая меня злым взглядом, требует ответа.
— Хорошо получились, — вырвалось у меня.
Ну а что я ещё могла сказать, кроме этой глупости? Факты на лицо, а оправдаться не знаю, имею ли я право. 
— Убил бы! — швырнул фото на пол. — В общем так, рыба моя, чтобы завтра же порвала с ним!
— А не слишком ты наседаешь? И не тебе говорить о целомудрии, сам с пол-России переспал, а меня в грешницы записал!
Насчёт количества я, конечно, загнула, но он это заслужил.
— Я мужчина.
— Железная логика! — взорвалась.
— Да уж какая есть, — съязвил в ответ, хмуро смотря на фотографии на полу. — Уволю к чертям лодыря. Как он мог не заметить, что вы кувыркаетесь уже шесть лет? 
— Подожди… — охнула я от догадки. — Ты что, ко мне человека приставил, или это сделал мой отец? Он что, за мной постоянно следил? — Малиновский резко перевёл на меня взгляд.
— Если твой отец узнает о вашим маленьком секрете, мало вам не покажет. Это мой человек. — У меня глаз предательски дёрнулся. — А ты что думала, я оставлю тебя без присмотра шастать? На вольные хлеба захотела? Обломись, не будет этого.
— Вань, ты ревнуешь? — не смогла сдержать улыбки, когда спросила. Он на меня так…посмотрел, что мне стало не по себе.
— Определение — ревнуешь не может обхватить весь спектр чувств, которые к тебе сейчас испытываю, — процедил он сквозь зубы. — А вот радуешься ты зря, кошечка. Ох и зря… Но я буду великодушен, дам тебе последний шанс быть свободной, пусть призрачный, но шанс.
 
— То есть ты позволишь мне с Саш…
— Не смей даже имени его произносить! — пророкотал он, я от неожиданности вздрогнула. Он прикрыл глаза, явно пытаясь успокоиться. — Умеешь же ты меня вывести из себя. — Это были его первые слова, когда он открыл глаза и с осуждением посмотрел на меня. — Знаешь, я вот чего понять не могу. Почему Одли на тебя глаз положил, ты же для него порченный товар?
Вот этого я стерпеть уже не могла, нос не сломала, но залепила пощёчину от души, даже руку огнём обдало.
— Если я порченный товар, то кто же ты! — он лишь усмехнулся и, перехватив мою руку, поцеловал ладонь.
— Твоя импульсивность поражает, — покачал он головой, — я сказал — для него. Я же готов тебя любом виде принять, будь ты вся покрыта грязью, не отказался бы. Не шипи, кошечка. — У меня от его слов слёзы навернулись.
— А почему отказывался? — всхлипнув, спрашиваю, но почему-то боюсь услышать ответ.
— Я не отказывался, просто отсрочил неизбежное. Единственная проблема, для тебя это будет катастрофой. А теперь мои условия. Первое: мы сейчас идём в спальню и закончим начатое, после этого ты увольняешься и возвращаешься в Россию. В этом случае у тебя появится маленький шанс быть свободной. Но не факт, что он сработает. — Я только хотела сказать, что не хочу никакой свободы, он всё для меня, Ваня уже начал говорить. — Второй вариант: ты остаёшься, но через несколько дней будешь полностью в моём распоряжении. О свободе придётся забыть в этом случае, я буду решать, куда тебе ходить и с кем дружить. Про интимную близость упоминать не стоит, тут и так понятно, что оторвусь по полной за все годы. И ещё, в обоих случаях с Лютовым ты рвёшь отношения, не доводи до греха. Какой вариант выбираешь?
Вначале у меня в глазах потемнело, я осознала, что он просто играл на моих чувствах. А потом на меня накатила такая…ярость, что я готова была его придушить и себя за одно. Манипулятор хренов! А я дура, уши развесила! Решила, что любит, а он всего-то хочет от меня избавиться.
— Пошёл вон. — Показываю рукой на дверь.
— О как. Мне это воспринимать, как выбор второго варианта?
— Иди на хрен со своими вариантами, я не выбираю никакой, понял!
— Ну что ж, я сам за тебя выберу. — Он достаёт смартфон и нажав какую-то кнопку… — Загружай в сеть и новостным каналам не забудь инфу скинуть. — Отключившись, он посмотрел на меня, таким… зловещим взглядом, что я невольно отшатнулась. Тот Иван, что ласкал меня недавно, словно исчез, сейчас на меня смотрел хладнокровный подлец. — В общем так, завтра ты расстаёшься со своим любовником. Так и быть, дам тебе ещё два дня поплакать о своей несчастной судьбе, но на четвёртый переезжаешь ко мне. Я бы тебе посоветовал, пока не поздно, бежать, но увы, уже не поможет. Всё кошечка, упустила ты свой шанс, теперь придётся привыкать к новым реалиям.
— Вань, ты о чём? — всё ещё не отойдя от шока спрашиваю.
— Новости включи или в сеть загляни, всё увидишь. Кстати, целуешься ты дерьмово, так и быть, спишу это на волнение.
— Пошёл на хрен, профессионал! — Замахнулась, но он перехватил мою руку.
— Два раза, милая, это уже перебор. Ты ещё за первый по заднице не получила. — Резко развернулся и перед тем, как скрыться за дверью, не оборачиваясь произнёс: — У тебя три дня для решения всех твоих проблем. Не успеешь к сроку — не обессудь.
Он ушёл, а я ещё минут пять стояла в ступоре, не понимая, что, собственно, произошло. Решила набрать другу, нужно же рассказать, что от меня требует Малиновский. Но не успела, в дверь кто-то позвонил. Надеюсь, что это не Ваня, не хочу сидеть за убийство.
  
Глава 5
 
Открываю дверь: Сашка, стоит с двумя ведёрками мороженого. Повезёт же его жене, он всегда знает, как порадовать женщину.