Наследнички 2

В здании Имперской Службы Безопасности я бывал и не раз. Но каждый раз ощущение того, что даже стены на тебя давят, не оставляло ни на секунду. Всё-таки Валерий Смирнов, тесть Ильи, тоже своего рода гений, как и Щукин. Без малейшей магии он построил здание, в котором прямо с порога было охота начинать каяться во всех грехах настоящих и мнимых.
Матвея мы нашли в комнате, рядом с допросной. Через окно в стене, которое в допросной выглядело как зеркало, он смотрел на типа, съёжившегося на стуле. Его руки были скованны, и он затравленно оглядывался по сторонам.
– Я так и думал, что ты не сможешь заставить себя не присутствовать на первичном допросе, – сказал Матвей, даже не посмотрев на нас. – Сдаётся мне, что это пустышка. – Он покачал головой.
– Его уже допрашивали? – отрывисто спросил отец, подходя к нему поближе.
– Нет, я отдал распоряжение, что первичное дознание сам проведу.
– Ты это умеешь, – отец усмехнулся.
– Поверь с тех пор, как я тебя впервые допрашивал, у меня прибавилось опыта, – спокойно ответил Подоров и хищно улыбнулся. Я же только головой крутил, глядя, то на одного, то на другого. Какие иногда подробности вот так походя начинают открываться. – Ну что же, нечего тянуть, пошли. Тем более, я уверен, что ничего особенного мы не услышим.
Он прошёл к столу и сел напротив типа. Отец отошёл к дальней стене, оставаясь в тени. Прошёл он у типа за спиной, и тот его не заметил. Но, урод так уставился на Матвея, что и меня не заметил. Он вообще, кроме Подорова никого, похоже, не видел.
– Не нужно на меня смотреть с таким ужасом Иннокентий Григорьевич, – спокойно произнёс Матвей, подвигая ему стакан с кофе. – Слухи о том, что я совершаю нечто ужасное с подозреваемыми, в большинстве своём не соответствуют действительности.
Меня позабавило, что он не на сто процентов открестился от «чего-то ужасного». Этот нюанс, кажется, понял и Иннокентий Григорьевич, потому что отшатнулся. Наверное, подумал, что ради него сделают исключение.
– Что вам от меня нужно? – проскрипел он, и, схватив стакан, сделал глоток, чтобы смягчить сухое горло. При этом мысли о том, что Матвей может ему что-то подсыпать в кофе, у него не возникло. Ну не может страшный и ужасный Подоров опуститься до такой пошлости, как отравление.
– Поговорить. Вы не поверите, Иннокентий Григорьевич, но на допросах обычно говорят. И в ваших же интересах рассказать правду. Что вы делали на вокзале? – когда он задал последний вопрос жёстким и холодным тоном, резко, словно кнутом щёлкнул, то я сам чуть не ляпнул, что потенциальную тёщу встречал.
– Меня наняли просто девку встретить. Просто встретить и отвести к машине. Там неподалёку стояла машина. Сказали, что девка к тётке той пойдёт, которую застрелили, и что её Ольга зовут. Я даже не знал, как она выглядит. Клянусь. А когда вон тот парень вышел, я растерялся… Это правда, я клянусь! – при этом он почему-то смотрел на меня. Значит, меня он заметил, а вот отца всё же нет.
– Эта девка – невеста наследника престола, а этот парень-Великий князь Андрей, – спокойно произнёс Матвей. – Иннокентий Григорьевич, вы хотя бы сейчас представляете, в какую глубокую яму вас втолкнули ваши, так называемые, наниматели?
– Что? – он одним глотком допил кофе. – Великий князь, вот он? – И Кеша уставился на меня с не меньшим ужасом, чем до этого смотрел на Матвея. Я криво улыбнулся и наклонил голову, неприятно познакомиться, Иннокентий.
– Во всём этом есть один позитивный момент, – иронично усмехаясь, из тени вышел отец. – Если в итоге ты останешься жив, то можешь всем с гордостью рассказывать, что от самого Великого князя ухитрился по мордасам получить.
Кеша очень внимательно его осмотрел, потом перевёл взгляд на меня, потом снова на отца. Похоже, в его голове щёлкнуло узнавание. Закатив глаза, он начал сползать со стула на пол.
– Костя, – Матвей поморщился. Встал, подошёл к своему подозреваемому и похлопал его по щекам. Бесполезно. Похоже, он ушёл чуть ли не в кому. – Целителя в камеру для допросов, – раздражённо проговорил Матвей. Можно было не сомневаться, что его услышали. Я же подтащил к себе свободный стул. Похоже, допрос затянется. Как бы мне к Щукину в итоге не опоздать.
  
Глава 6
 
Рома бросил очередную папку на стол и протёр лицо. Кофе давно закончился, и он перевернул пустую чашку. Лариса сидела довольно далеко от него и занималась с какими-то бумагами, время от времени бросая на Рому быстрые взгляды. Было видно, что его присутствие тяготит девушку, она всеми силами старалась этого не показывать.
– Я не понимаю, ты что, меня боишься? – спросил Рома, откидываясь на спинку стула и заложив руки за голову.
– Нет, – Лариса покачала головой. – Боялась я Подорова. А с вами я просто не знаю, что делать, и как себя вести.
– Лариса, посмотри на меня, – девушка вздрогнула и подняла глаза. – Я обычный парень. Две руки, две ноги, голова. Я ничем не отличаюсь от других парней. Когда мы лежали под тем корытом, ты должна была это понять. Я даже не наследник. Просто сын клана.
– Да, – её взгляд стал твёрже. – Матвей Подоров тоже вчера сказал, что, всего лишь, сын клана. Даже не представляю, что такое глава клана или наследник.
– Ну, глава клана – это да, это мощь. А вот наследник… Скажем так, встреть ты его на улице, то и не поняла бы сразу, чем он от меня отличается. – Рома ухмыльнулся.
– Послушайте, господин Подоров… – начала быстро говорить Лариса, но Рома нахмурился и сразу её перебил.
– Я не Подоров.
– Но, Матвей Игоревич вчера сказал… – девушка заметно растерялась.
– Сыновья одного клана могут носить разные фамилии, – ответил Роман. – Так иногда бывает, например, при слиянии. Когда более крупный клан поглощает более мелкий, но в условиях соглашения числится сохранение фамилии. Обычно это происходит, когда нет наследников. В таком случае дочь клана выдают замуж, и её муж берёт фамилию её клана, но фактически остаётся сыном своего.
– Я не понимаю, что значит, нет наследников? А дочь клана разве не…
– Нет, – Рома мягко улыбнулся. – Женщина не может наследовать клан.
– Как-то это… – Лариса потёрла виски. – Как-то это слишком. Но, надо признаться, что за последнюю минуту я узнала про кланы гораздо больше, чем за всю жизнь.
– На самом деле внеклановые девочки и мальчики обладают гораздо большими свободами, – серьёзно проговорил Роман. – Например, для меня приказ главы моего клана не обсуждается, а выполняется. Это истина в последней инстанции и какому-то обсуждению не подлежит.
– А император? Разве не приказ императора является истиной в последней инстанции? – В глазах Ларисы появился огонёк любопытства. Она даже вперёд подалась, на мгновение забыв, что он сын клана и она обязана его бояться. Просто потому, что все хорошие девочки обязаны бояться сыновей кланов. Этот симпатичный парень не выглядел опасным. У него была хорошая улыбка, и он отвечал на её вопросы, даже если считал их несусветной глупостью.
– Эм, император, – протянул Рома задумавшись. Почему-то этой пигалице не хотелось говорить, что император и глава его клана – это один и тот же человек, который ко всему прочему, является его отцом. – Император редко выносит решения самостоятельно. Особенно если идёт хоть незначительное расхождение с Кодексом. Тогда вопрос выносится на рассмотрение Совета кланов. Вот решение Совета не может оспорить никто, особенно если оно подтверждено Кодексом. Ну а, если у императора появились вопросы к какому-то сыну клана, то он вызывает главу этого клана и решает вопрос с ним. Чтобы не было противоречий. Ну и… много чести с каждым сыном клана императору лично возиться.
Он наклонил голову и, прищурившись, посмотрел на Ларису. Та откинулась на спинку стула, поднесла палец к губам и тщательно обдумывала информацию. Почти минуту они молчали, а затем она подняла на него взгляд.
– Что такое Кодекс? – брови Ромы удивлённо взлетели вверх. Почему-то он думал, что она будет пытаться выяснить, к какому клану он и Матвей относятся, но этот вопрос загнал его в тупик.