Монстры под лестницей

– Нет, не стоит, – ответил я и поблагодарил деда за помощь.
– Как знаешь – если что, я тут буду. У озера. Еще часок. Как налюбуешься на Вороний Погост – возвращайся, расскажу тебе о том, как Извечный Страж своими корнями собирает мертвецов, а черные птицы разносят их стоны, летая из мира мертвых в мир живых и обратно…
– Ну, спасибо, – съязвил я. – Вы уже рассказали. Видимо, чтоб активировать скрытые запасы моей храбрости.
Старик рассмеялся.
– Ты намного храбрее, чем я в твоем возрасте. Да и мертвые слишком ленивы, чтоб среди дня хватать тебя за пятки.
– И еще раз спасибо, – выдохнул я. – Пожалуй, я пойду, пока вы не убили мою решимость окончательно.
– Иди ж, – этот дед явно издевался. – Чего стоишь? Или испугался?
– Окей, – я почесал собаку за ухом и пошел по тропинке, но развернулся и крикнул: – А как газета называлась-то? Которая Шутиха?
Старик оперся на палку:
– Янтарный вестник. Она называлась «Янтарный вестник».
– Спасибо! – я поднял руку и помахал. – Бравого Макса так просто не напугать!
Извечный Страж. Звучит довольно зловеще. Вороний Погост еще хуже. Корни, оплетающие мертвецов, черные птицы, скользящие меж миров…
Только упрямство не дало мне свернуть с пути. Как и обещал старик, дорожка привела меня к кладбищу. Калитка оказалась огромными воротами. Черная зловещая сеть двумя створками растянута меж столбов. В сплетении узоров, как мухи в паутине, застыли птицы с распластанными крыльями и ангелочки со зловещими лицами. По замыслу это, наверное, были голуби и херувимы. Вот только чугун, побитый временем, превратил их всех в монстров.
– Бойся живых, а не мертвых, – я набрал полную грудь воздуха и шагнул на землю вечно спящих.
* * *
Кладбище не подвело! От земли поднимался туман. Сизая дымка окутывала могильные плиты, делая их похожими на зубы. Очень много зубов, торчащих в разные стороны! И среди них… Я вздрогнул: прямо передо мной из зловещего морока показалась огромная тень монстра! Черное, как сама тьма, хтоническое создание выбросило щупальца к небу, опутало ими небо и проглотило солнце! И тут от них отделились магические сгустки и черными молниями метнулись на меня. Я зажал уши и упал на землю.
Сырой запах земли ударил в ноздри, а над спиной с леденящим душу криком пронеслась стая ворон.
– Вот черт! Это всего лишь птицы!
Я поднялся, вытер нос рукавом и пошел к бездвижному монстру. Чем ближе я подходил, тем яснее видел перед собою дерево. Назвать его обычным язык не поворачивался. Но и чего-то сверхъестественного тоже не было.
– А это всего лишь дерево, Макс.
Старик назвал его Стражем. И теперь я понимал, почему. Казалось, это дерево – застывший черный фонтан: его толстые узловатые ветви, выброшенные вверх, как щупальца спрута, делали дугу и почти касались земли. А некоторые, не в силах выдержать свой вес, толстыми змеями текли между могил. Это кладбище выросло вокруг дерева, а не дерево было посажено тут.
Я осторожно прикоснулся к ветке. Она была холодная, шершавая, уснувшая. По спине пробежал холодок. Я поднял голову – на этом дереве не было ни листочка!
– Просто старое, мертвое дерево.
Мои слова звучали чуждо, но успокаивали.
– Сейчас быстро найдем деда и пойдем домой.
И тут я понял, как ошибаюсь…
Десятки и сотни надгробий росли из земли, как грибы после дождя. В этом маленьком городе слишком много мертвецов! Каким же я был болваном! Да тут и за неделю не осмотреть все! Хуже того, тут можно бродить кругами, плутать и натыкаться на одни и те же скорбные даты и имена. И как среди всех мне отыскать моего деда?
Но не попытаться я не мог. Так и ходил от надгробия к надгробию, читая незнакомые имена, годы жизни и смерти, последние слова близких. Время от времени я бросал взгляд на черные ворота, всегда зная, где выход из царства Аида.
Опрятные и заброшенные, большие и поменьше, дорогие и совсем простенькие плиты… Но все были не те. Не знаю, сколько прошло времени. Наверное, немало.
В животе заурчало от голода. В тишине погоста – словно медведь в берлоге заворочался. Я почувствовал, как запылали уши. Мне было стыдно перед мертвецами!
 
– Как же мне тебя найти! – с досады крикнул я.
Мой голос растворился в тишине. Распался на атомы и исчез. А вместо эха я услышал карканье.
Метрах в десяти от меня сидела большая черная птица. Ворон наклонил голову и уставился на меня блестящим глазом. Это уже было чересчур.
– Вы меня преследуете? – страх уступил место злости.
Я прямо шкурой почувствовал, что еще немного – и вся эта готическая эстетика мутирует в истинно лавкрафтовский ужас или ромеровской [12] рукой ухватит прямо из-под земли за ногу.
– А может, ты мне путь указываешь? – я сжал кулаки и сделал шаг к птице.
Ворон перепрыгнул на другую плиту, пару раз чиркнул клювом по камню. Но стоило мне подойти ближе, вновь перелетел. Я следовал за птицей, пока в какой-то момент она просто не взлетела вверх и не скрылась из вида. А я остался стоять посреди могил, окончательно потеряв ориентир.
– Окей, – капитулировал Бравый Макс. – Это поражение.
– Нет, чудак, – ответил Макс Всезнайка, – Это ведь не плановая застройка. В этом «городе» все жильцы лежат в одну сторону.
И я пошел. Просто шел прямо, и когда увидел черные ворота, то нисколько не удивился. Я вышел на тропинку и пошагал через парк. Графа и его человека я в тот день больше не встретил. Зато встретил Марго, которая была столь любезна, что подвезла до дома, а по пути угостила обедом шахтера.
– Угощайся, – Марго откинула салфетку, и на меня пахнул аромат пирожков. – Обед шахтера [13].
– Знаете, – уплетая божественной вкусноты угощение, сказал я, – я хотел стать фотографом, но с такими аргументами я пересмотрю свои планы.
– Даже не знаю, что тебе сказать, Макс. Шахтерские пирожки можно есть и без работы в шахте.
– Тут я совершенно с вами согласен!
Я раздумывал, уместно ли взять еще один, но Марго сама предложила добавку.
– А вы знали моего деда? – без особой надежды спросил я.
– Сомневаюсь, что его кто-то знал, – засмеялась женщина. – Я всего лишь работала на твоего деда, как и моя мать до того. Кстати, мой контракт бессрочный. Так что, если вы покинете дом, я вновь буду за ним присматривать.
– До конца жизни?
– Выходит, что так.
– То есть вы ни разу не видели моего деда, – на всякий случай уточнил я.
– Я видела чеки от него, и этого вполне достаточно.
– Чеки, – протянул я, вспоминая фильмы про сыщиков. – А они вам почтой приходят?
Марго кивнула:
– Хочешь, чтобы я сказала тебе адрес отправителя?
– Вы чертовски умны для женщины с такими прекрасными кулинарными данными!
Марго рассмеялась.
– Хорошо, я гляну. Но думаю, адрес тот же, что и у нотариуса в вашем завещании.
– Хм.
Я почесал макушку. Лезвие Оккама [14] перерезало пуповину только зарождающейся истинно шерлоковской истории. Но еще один кусочек, как влитой, встал в душевную прореху. Сытость и блаженство совершили переворот, полностью подчинив разум.
Я абсолютно уверен, что людей, которые держат при себе свежую выпечку, следует причислять к волшебникам. Ведь нет большего счастья, чем спрятать в родное брюхо ароматный сочный пирожок, а лучше – два или три.
Веки отяжелели, висок уперся в прохладу стекла. Сладкая полудрема сплетала узоры, за окном мелькали дома совершенно чужих и не знакомых мне жителей города, который я только начинал узнавать. И где-то в кронах деревьев играл ветер, иногда так похожий на шепот.
  
Глава 8
 
Неожиданные гости