Иной мир (СИ)
— Ваши верительные грамоты незамедлительно будут доставлены во дворец Его Величества. Поскольку это официальный визит, думаю, Вы понимаете, что лучше дождаться королевских чиновников, и лишь потом проследовать на берег.
— Конечно, господин Клауссон. Мы подождем. — Дон Серхио, как всегда, был безукоризненно любезен.
Королевские чиновники прибыли, когда время перевалило за полдень. Большой весельный бот, с натянутым над кормой тентом, доставил благородных донов к ожидающим их каретам, и, в окружении небольшого отряда охраны, человек в двадцать солдат, они двинулись во дворец шведского правителя. Дворец Витьку разочаровал. Он рассчитывал увидеть здание, чем-то похожее на Эрмитаж, или готический замок, но реальность оказалась гораздо банальнее. Добротное трехэтажное здание, сложенное из больших камней, стоящее на небольшой площади с фонтаном, напоминало, скорее, обычный дом, офисный центр, чем жилище короля. Никаких горгулий на крыше, золотых куполов, или колонн, разве что размер дворца был больше, чем у окружающих его строений, да у входа в высокие, трехметровые двери, стояло несколько солдат с офицером. Причем, они именно стояли, свободной группой, а не вытягивались в струнку, держа на плече мушкеты. Мушкетов, впрочем, тоже не наблюдалось, только мечи. Чиновники проводили послов испанского короля отнюдь не в тронный зал, как этого ожидал Витька. Не очень большая комната, в которой весело трещал дровами камин, большие столы, составленные буквой “Т”, тоже больше напоминала о каком-нибудь офисе директора, а не о королевской власти. За столом, заваленном листами бумаги и свитками, сидел крупный мужчина, метра два ростом, с широкой, бочкообразной грудью, одетый в простой камзол темного цвета. Единственным украшением был, сидящий на голове, тонкий золотой обруч, придерживающий слегка вьющиеся волосы, спадающие на плечи Олафа Седьмого. Он взглянул на вошедших, прищурился, и вдруг расхохотался.
— Ба, кого я вижу! Старый пройдоха, ты теперь решил стать испанским грандом? Серхи, что ты нашел такого хорошего в Испании, по мне, быть датским королем тебе шло куда больше!
— Брось, Оли… Ты же сам знаешь, что королем быть весело, но скоротечность нахождения на вершине, и последующий переход, обычно, не слишком приятны… Я тоже рад тебя видеть.
— А это кто? — Олаф обратил свой взгляд на Витьку.
— О, это дон Витторио, незадолго до моего отплытия сюда он попал в Мир, и повстречался на пути… Неплохо фехтует, кстати, и бритты в этом уже успели убедиться. — Дон Серхио улыбнулся. — Но, может, перейдем к делу, Оли?
— Дела… — Король помрачнел. — К дьяволу дела, я и так завален этими непрерывными делами! — Он махнул рукой, и со стола посыпались на пол многочисленные бумаги. — Карл, Яро! — Заорал Олаф так, что Витька непроизвольно вздрогнул. — Тащите сюда мясо, рыбу, и шесть бутылок французского коньяка, черт вас дери! Я что, должен сам бежать на кухню, чтобы по человечески принять послов испанского короля?!..
Буквально через пару минут стол был заставлен тарелками с мясом, источающим почти божественный аромат, белой и красной рыбой, пирогами странной, пятиугольной формы, в большом блюде были выложены горкой красно-желтые крупные яблоки. Пара офицеров, в синей форме с желтой окантовкой, цветов государственного флага, разливала по простым глиняным кружкам коньяк. Олаф предложил гостям садиться, и занял стул напротив.
— Бумаги, Серхи, ты передашь Карлу. Я потом, скорее завтра, чем сегодня, прикажу состряпать ответ, в котором, пожалуй, поддержу вашего нынешнего… Хосе. Да, Хосе. Не помню такого, наверное, он попал в Мир позже… Вы ведь наверняка рассчитываете на мой флот, это к шаману не ходи! Нам повезло, что Швеции покровительствует Рауша, и именно в тот момент, когда Высшие разрешили заниматься серьезными кораблями! Вы ешьте, ешьте. В море, небось, как всегда сидели на солонине, и запивали самогоном, который тут, по недоразумению, называют ромом?..
— Кавальдосом, дорогой Оли, кальвадосом! — Дон Серхио ловко подцепил на кончик ножа кусок мяса. — Но ты, несомненно, прав: в море днем с огнем не сыщешь ни нормального повара, ни коньяка, а спать вообще приходится, качаясь в гамаке, как обезьянка! Так ты готов вести войну против Англии?
— В какой-то мере — да. — Олаф прожевал кусок рыбы, отхлебнул из кружки, и сообщил: — Последнее время активизировались Иные, в серой зоне все чаще происходят стычки, так что полноценную армию я выставить не могу. Флот — пожалуйста, тут проблем нет, тем более, что во флоте начинают понемногу роптать. Корабли построены, экипажи набраны, и обучены, и… Скучно им, видите-ли, стоять без дела. Не терпится проверить каракки в бою. А куда я их пошлю? Голландцы, в последнее время, хорошо укрепились, с франками у меня мир, дружба, коньяк, на Англию в одиночку не пойдешь, даже при наличии кораблей топ-класса: как ни крути, а бритты — непревзойденные моряки. Что мне, алжирских пиратов громить? Так к ним через пол мира добираться придется.
— Иные проявляют активность везде, не только у тебя, Оли. Шам говорит, это связано с тем, что Высшие собираются разрешить еще пару частей Мира… Предполагаю, скоро десятки, а то и сотни Колумбов ринутся открывать Азию и Америку…
— Ну, да. Высшие копят энергию перехода, явно не просто так!
Витька в разговор не встревал, но слушал с интересом. Геополитика тут была очень запутанная, союзы между странами заключались, и так же резко обрывались в один момент, “нейтральная” Дания могла напасть на ту-же Швецию ровно после того, как их посол вручил бы Олафу официальные бумаги о объявлении войны. Как только одна страна чувствовала слабину другой, так — всё, мечи в руки, паруса развернуть, и вперед, в атаку. И пусть проигравший плачет! Активность Иных, и какая-то там энергия для Высших была пока еще выше его понимания, но все равно — интересно…
Вечером благородные доны с удовольствием попарились в бане, отсидели за столом званый ужин в свою честь, и… И познакомились с одной из редких в этом мире девушек. Фрекен Лиза оказалась стройной блондинкой, с холодными, достаточно резкими чертами лица. Она вела себя со всеми ровно, чуть улыбалась комплиментам, но никому не отдавала явного предпочтения. Впрочем, мужчины были довольны даже случайному взгляду: как иначе, если это была Единственная представительница прекрасного пола на ужине! После обильных возлияний, а Олаф произносил тост за тостом, то в честь союза с Испанией, то в честь послов, то в честь каждого из присутствующих, король встал, слегка пошатываясь.
— Всем спасибо, а мне необходимо еще раз переговорить с послами!
Гости покинули зал, в котором проходила пирушка, а Олаф обратился к дону Серхио.
— Вы останетесь еще на два дня. После чего вас с доном Витторио отвезут в Испанию на одной из каракк, что будет демонстрацией моих намерений. Несколько шхун составят эскорт, так что опасаться не придется, англичане не сунутся.
— Оли… — У дона Серхио заплетался язык, но мысли были, как всегда, ясными. — А к чему такая задержка?
— Завтра я ожидаю британских послов. Они уже почти на подходе, мне из Дании прислали почтового голубя…
Глава 7
Артур
Да к черту всех этих Высших, к черту непробиваемого Шама! Как, вот скажите на милость, КАК я могу спасти из тюрьмы людей, когда не умею толком даже держать эту самую саблю, то есть меч, а тюрьма, между тем, охраняется людьми, для которых тыкать железякой с острым концом в тела — все равно, что пить чай за ужином?! Ну, не чай, ну — ром, суть от этого не меняется, это все равно, что переставить местами двойки в примере два плюс два!.. Микко Молчаливый, Даниель. и я — да нам ни за что не прорваться с боем сквозь строй солдат, и не вызволить из плена наших незадачливых контрабандистов! Шам, после того, как выпил зелья Ала, и, войдя в транс, попробовал дать нам полную информацию, которую удалось добыть, спал мертвым сном в каюте капитана. Молчаливый, по привычке, сидел, скрестив ноги на носу корабля, и смотрел куда-то вдаль. Даниель, пару раз слазив по вантам на верхушку мачты, и оглядев горизонт, тоже ушел спать, в трюм, сказав мне на прощание, что утро вечера мудренее. Как будто я сам не знаю! И все, как один, оставили окончательное решение за мной. Я им что, генерал-адмирал, или вообще — президент, чтобы решать такие задачи? Мы, сказал Шам, можем попробовать найти Блуждающий Храм, и тогда… Тогда я просто вернусь домой, и забуду этот дурацкий мир, как сон. Всего-то надо — дойти до этого самого храма, найти в подвале какой-то предмет, положить на камень в центре, прижать его рукой… Шам не сказал, каким образом идти, чтобы не нарваться на Иных, это, дескать, только вы сами сможете сделать, без подсказок. Но… Сможете — не сможете. Иные жаждут обменять себя, свое состояние, на любого, кто встретится на пути. Они не знают усталости, а двигаются чуть быстрее, чем обычный человек. Иного очень сложно застрелить из пистолета, причем попасть надо строго в голову. Зарубить мечом — надежнее, особенно, если ты этим мечом умеешь пользоваться. А если не умеешь, то ты — потенциальный Иной, без шансов. И торчи тогда сутками в серой или черной зоне суши, дожидайся своего шанса вернуться, в виде такого-же растяпы… Чертов мир, чертовы правила! Увести шлюп в другую бухту, найти экипаж, и, на свой страх и риск, заниматься контрабандой — тоже тот еще вариант. Молчаливый — хороший моряк, и, вероятно, сумел бы справиться со шлюпом, как капитан. Со шлюпом, но не с поиском контрабанды, и не с переговорами: на то он и Молчаливый. Я — ни разу не контрабандист, а Даниель попал сюда едва-ли на пару месяцев раньше меня. И что у нас в остатке? Правильно, Артур, возьми с полки пирожок. Остается вытащить Барта, Юра, Михаэля, Азиза и Криса. Соорудить дирижабль, одновременно прокопать подкоп, взорвать часть стены здания, для того, чтобы ошеломить и отвлечь внимание солдат, через подкоп вывести парней на внутренний двор, опустить дирижабль, забрать пленников, и улететь…