Рудаганд (СИ)

— У тебя мурашки на всех людей. Ты же ни с кем не общаешься. И тебя все бесят. Абсолютно все. Забыл? А я помню, — Архип рывком сел на постели. — Вечно мне приходится тебя спасать. А то как ляпнешь, так сразу хочется тебе вдарить как следует.
Риппер закатил глаза и вздохнул. Выслушивать нотации он терпеть не мог. Это Архип хорошо знал и пользуясь моментом решил немного помучить.
— Ладно, лучше расскажи, как тебе сейчас живётся. Я вижу тебя должность наблюдателя дали и при этом ранг сохранили.
— Про Боргеста слышал?
— Адский пёс с чокнутым пилотом, живущим на полигоне вместе со своим рудагандом. Только не говори мне…
— Угу. Это твой волколак, и я теперь его пилотирую, если можно, так сказать.
— Ты реально живёшь на полигоне?
— Да. Я сильно изменился, пока спал в рудагандовом ядре твоего монстра. И после пробуждения не сразу смог взять по контроль способность поглощать наты. Несколько имплантированных столкнувшись со мной пострадали. Поэтому пришлось поселится среди дюн и камней. Так безопасней для всех.
— А что теперь?
— Поднялся до ранга Огдомикси (IIX). Недавно вошёл в фазу «лапидарности». Ты, наверное, не знаешь, что это значит?
— Знаю, у меня тот же ранг. Что касается фаз, то я похоже до сих пор могу считывать данные волколака. Думал у меня психическое расстройство. Даже Сойяр не решился рассказать о том, что порой вижу во сне.
— Кстати о Сойяр, так ведь зовут ту блондинку с желтой кожей…
— Она не жёлтая. Это я на неё случайно миску с порошком высыпал, — перебил Архип, от души расхохотавшись. — Ты поэтому её за чудовище принял?
— Нет. Я почувствовал в ней уровень культивации значительно выше моего. Притом, что на лацкане стоит знак Мизэн. К тому же не смог прочитать её, как человека. Мне даже показалось будто она парень.
— Почти угадал. Сойяр двупол. А что касается культивации, то у неё финальный уровень Като (Х ранг) в фазе «Ярь». И ей никак не получается прорваться сквозь предел.
— Так ты благодаря ей достиг такой прокачки, будучи нулёвкой?
— Да, старушка мне здорово помогла. Она может показаться странной, но это потому что рядом не было достойной компании. Мизэны обычно забрасывают культивацию и вскоре становятся обычными наблюдателями без рангов и уровней. У них даже нитерудного ока не остаётся. А пилоты с техниками к уборщикам нулёвкам относятся с презрением. Так что она такая от одиночества. Но поверь, в центре нет никого кто бы знал о прокачке нитерудных связей больше неё. После кровавой аттестации мои нити оказались в жутком состоянии. Даже когда я возобновил культивацию и потихоньку восстановился, они всё ещё были узловаты и плохо слушались. Сойяр показала мне технику плавления нитей и помогла всё исправить.
Архип смотрел на Риппера и думал о том, что за три года тот сильно изменился. И дело не во взрослении. От друга исходила совсем иная аура. Совершенно незнакомая и потому пугающая. Даже нити в теле реагировали на него. Они трепетали, словно не решаясь предать нынешнего владельца и присоединится к более сильному хозяину. Но… в конце концов радость от встречи заглушила таящиеся в душе опасения.
С этого дня Архип стал часто видится с Риппером. Друзья постоянно сталкивались в тренировочных залах, библиосекторе и даже в изолятории Кристины. Как оказалось, тот проводил там много времени, в качестве особого наблюдателя за неким Йолем. Малолетний техник оказался пленником рудагандового монстра, в точности как Риппер когда-то. И сейчас, в отличие от того, что было в прошлом, медики во главе с Арисой пытались разобраться во всём и спасти парнишку.
— Внучек, ты? Один? Куда же подвелась твоя нудная оглобля? А? — Сойяр намекала на Риппера. Она каждый раз довольно красочно выказывала своё недовольство их дружбой, точно ревновала.
— Самое утро, а тебя уже ноги не держат. Старушка, завязывай с винищем. Никакого здоровья же не хватит столько пить, — Архип действительно беспокоился о ней. — Куда тебя отнести проспаться?
— Туда, где так набралась, — появившийся в коридоре Риппер хмуро уставился на Сойяр. — Мне ужасно любопытно, что ты такое принимаешь.
 
— Привет, милаш. Давно за мной следишь? А? — хмельное состояние двупола как рукой сняло. Архип не понимал в чём дело. Сойяр только что дышала адским перегаром и едва на ногах держалась. А теперь…
— Разнюхал-таки. Как чувствовалось, с тобой просто не будет. Ладно, идёмте, — она пожала плечами и не спеша побрела по коридору до выхода к лестничному переходу.
Поднявшись по перекрытиям к чердачной части здания, компания остановилась возле лестницы, ведущей на крышу. Там, вопреки ожиданиям Архипа, оказалось уютно. Их встретила широкая платформа. Вдоль стены здания тянулись стеллажи, сплошь заставленные винными баклажками. Противоположная часть почти упиралась в защитный барьер. Архипа накрыло ощущением свободы. Будто стоишь на скале, открытый солнцу и ветрам. Осталось лишь расправить крылья и взлететь в это бескрайнее небо, сплошь исполосованное красными, чёрными и оранжевыми линиями.
— Туда? — Риппер указал куда-то в край дальнего стеллажа. Архип присмотрелся и заметил нечто напоминающее запорное устройство, как в изолятории Кристины. Сойяр ничего не ответив просто прислонила запястье к сканирующему окошку. Тут же загорелся синий цвет доступа и стеллаж распахнулся наружу двумя створками. Проход за ним показался Архипу тесноватым. В отличие от Сойяр и Риппера он обладал более широким телосложением и всю дорогу цеплял стены то плечом, то рукой, то ещё чем-нибудь.
Благо идти пришлось недолго. Помещение, в которое их вывел лаз, по-другому не назвать, походило на уголок алхимика. Колбы разных размеров соединялись стеклянными трубками. Металлическая спирать, змеёй обвила деревянный жбан вместимостью не меньше пятидесяти литров. Из его бока торчал краник, а под ним на специальном держателе стояла винная баклажка.
— Перегонный аппарат? — вслух предположил Архип.
— Похоже на то, — поддержал его Риппер и принялся осматривать установку. — Винный спирт? А что в качестве сырья? Здесь что? А это?
Сойяр объясняла ему всё, во что бы парень не ткнул пальцем. Сейчас она совсем не походила на себя обычную. Собранная, серьёзная, без тени лукавства в улыбке или взгляде. Словно совершенно другой человек. Архип от подобной перемены почувствовал себя обманутым.
— Внучек, чего скис? А? — Сойяр обняла его за талию, воткнувшись как обычно в плечо подбородком. — Тебе ведь совсем не интересно здесь? Таки чем, старушка может тебя порадовать?
— Подольше побудь трезвой, — высказал он первое, что пришло на ум. Хотя в свете происходящего такая просьба выглядела неуместной.
— Это не то, что ты думаешь, — вмешался в разговор Риппер. — Слойка использует спирт для консервации нестабильных натов. У меня все нити в теле натянулись, едва я на платформу поднялся. Похоже это реакция на содержимое баклажек.
Архип тоже почувствовал себя необычно, когда вышли на крышу. Правда списал своё состояние на восторг от увиденного.
— Тебя что совсем не интересует какие реагенты Слойка использует для создания вот такой рудагандовой суспензии? — Риппер указал на неоднородную желтоватую смесь в одной из химических посудин. — Что является катализатором реакции? Какой эффект? Есть ли побочка?
— Он не такой зануда, как ты, — огрызнулась Сойяр и покрепче обняла Архипа. — Внучку и так хорошо. Я его ни за что в обиду не дам.
— А добром своим почему тогда не поделилась, — в голосе Риппера прозвучало ехидство. — Я так понимаю, эваним даже предельной чистоты не идёт в сравнении с тем, что здесь варится. Даже боюсь пробовать на себе, хотя очень хочется.
 
— Маловат ещё внучек, не вырос. Нужна фаза «Отчаяние». А это как минимум девятый ранг. Хотя, — она задумалась и неуверенно пробормотала. — Если помогут друг дружке, то нужная фаза наступит раньше. Уровни-то по рангу и после подтянуть можно.
— Я думал фазы привязаны к рангам. Нет? — уточнил Архип и, глянув на задумавшегося Риппера, попытался прояснить всё хотя бы для себя. — Сейчас мы с ним оба на восьмом ранге. Огдомикси. Фаза «Фанаберия». Развитие тела сейчас можно максимум до восьмой стадии поднять, а вот с формированием сознания я не очень понял. Высший этап. Моноспект. Что это? Из скудного описания ничего удобоваримого.