Второй Шанс (СИ)

Но теперь перед ними встала другая проблема - для успешного завершения ритуала требовалось принести жертву. Апостолы пустили под нож сотни людей, чтобы создать пробои, также известные как порталы, но для успешного завершения ритуала не хватит и миллиона людских жизней. Им потребуется принести в жертву высшее существо, коих в этом мире насчитывалось всего двенадцать.
И вот, судьба предоставила им уникальную возможность избежать печальной участи пасть жертвой ритуала Единения. Когда заклятье Забвения высвободило божественную силу Актараха, которого в мире Акхассии величали богом времени и пространства, то в прошлое перенеслись не только Апостолы, но и сотни игроков. У всего есть своя цена. Особенно у заклятья высшего круга, дарованного самим богом серого пантеона.
Игроки, которые в будущем могли занять место жертвенного агнца вместо Апостола. И все бы хорошо, если бы не одно «но» - все игроки уже существовали в прошлом. Им тут было не место. Отсюда потеря памяти и «сгорание души». Мир отторгал их. Причем довольно успешно. Уцелела едва ли десятая часть перенесенных сюда из будущего игроков. Все, у кого сгорала душа, так или иначе, но умирали. Все, кроме одного. На пороге смерти в нем пробудилась кровь Странников, которые безо всяких заклинаний могли путешествовать между мирами и считались канувшими в лету.
- Мы оставим человека в живых, - озвучил вскоре решение Апостолов Шанграма и уже собирался вернуться к своим делам, но Валкапул его остановил.
- Ты же не оставишь все как есть? Где гарантия, что человек не научиться затирать свои магические следы или овладеет силой Странников? Тебе нужно поставить на него Огненное Клеймо.
- Валкапул, посмотри на человека внимательнее. Он едва цепляется за жизнь и еще не скоро встанет на ноги. Велика вероятность, что Огненное Клеймо просто убьет его.
Тут ему нечем было крыть. Но Валкапул предложил другой вариант:
- Тогда поставь Печать Крови. Так ты всегда будешь знать, где он и что делает.
- Все еще слишком рискованно. Для наложения Печати Крови придется пробиваться через барьер из голубого воздуха, который поддерживает в нем жизнь.
Валкапул стал мрачнее тучи. Раса Шамшунов была одной из немногих, кто истинно верила в пророчество Саркамейна. Древняя как мир Акхассии сказка о Разрушителе, который уничтожит всех богов, как темных, так и светлых, была для них больше, чем просто пророчеством. В тексте говорилось, что Разрушитель родится в мире полным голубого воздуха из плоти и крови людской, а к двадцати годам обретет силу, способную уничтожить все на своем пути и которая проявится выжженным на груди символом погибели, также известным как метка Разрушителя.
Шамшунов с рождения учили уничтожать любого, кто хоть немного подпадает под описание Разрушителя. Но божественную сущность нельзя просто взять и уничтожить. Боги могут лишиться сил и провалиться в глубокий сон, тысячи лет восстанавливая былое могущество, и ни в одном из миров не существует оружия, способного уничтожить их раз и навсегда. В это верили все, кроме Шамшунов, Кроалов и тварей Бездны. Расы, которые поклялись любой ценой не допустить рождения Разрушителя.
Шанграма попытался успокоить друга:
- Валкапул, скольких Разрушителей ты уже уничтожил в этом мире? В каждом человеке ты видишь лишь ожившее пророчество Саркамейна. Но даже если и так, то я все равно не пойму, чем ты недоволен? Этот человек, как и все остальные, зовущие себя игроками, все равно погибнут через месяц во время ритуала Единения.
- За месяц многое может случиться, - ответил ему Валкапул.
Шанграма вздохнул и предложил иной вариант решения проблемы:
- Ладно, как насчет того, чтобы прикрепить к нему мою тень?
- Тень? Но ты ведь не владеешьмагией Тьмы. Как ты собира..., - хотел было спросить Валкапул, но Шанграма прервал его на середине фразы.
- Я обращусь за помощью к Серамине.
  
Глава 22. Серамина
 
В палате повисло молчание. Шанграма погрузился в воспоминания давно минувших дней, когда шестьсот лет назад спас от неминуемой гибели молодую волшебницу рода людского, которая втайне от остальных практиковала магию Тьмы и Некромантию, за что была приговорена к смерти. Он в буквальном смысле слова вырвал темную из лап смерти. Архимаг при поддержке ректора и преподавателей из Серангорского Волшебного Двора собирались провести ритуал Темных Врат. Могущественное заклинание девятого круга, которое позволяло открыть врата в мир вечной ночи и лютого холода. В мир, где балом правит Смерть и откуда душе уже никогда не вернуться в мир живых.
 
За спасение темной ему пришлось пожертвовать единственным в своем роде артефактом, передававшимся в его семье из поколения в поколение. Десятки тысяч лет Амулет Гнева являлась реликвией сильнейшего из восьми кланов расы Амахэру, но в один миг рассыпался кучкой пепла. Шанграма и по сей день не понимает, зачем помог темной в тот злополучный день и что сподвигло его заплатить такую высокую цену за спасение пускай темной, но человеческой волшебницы.
Звали ту темную волшебницу Серамина из старинного рода Актарнах. Каждый член этой семьи имел предрасположенность к магии Воздуха и Земли. Самой младшей из дочерей придворного мага и главы семейства Дариуса Актарнаха Серамине никогда не уделяли должного внимания в виду недостаточной для потомственных волшебников магической силы. И вот, когда Серамине исполнилось двенадцать лет и настало время поступать в Магическую Академию, она не смогла пройти вступительные испытания. Позор для всего рода Актарнах, берущего свое начало со времен Туманной Войны, в исходе которой их предок сыграл далеко не последнюю роль.
Семья поставила на Серамине крест как на маге, но она не сдалась. Не то чтобы у нее совсем не было магических сил, просто их оказалось недостаточно для поступления в Магическую Академию. Единственным доступным для нее вариантом оставался Волшебный Двор, в котором по достижении шестнадцатилетнего возраста обучались магии низшие сословия аристократии и одаренные простолюдины.
Но и в Волшебном Дворе Серамину постигло разочарование. Кровная предрасположенность к магии Воздуха и Земли отринули юную волшебницу, избрав для нее судьбу рунического мага и алхимика, известных в народе как магов второго сорта. Родители в тот же день отреклись от Серамины. Для знатных аристократов такое поведение было в порядке вещей.
На шестом году обучения талант Серамины в области алхимии был признан лучшим за последние три сотни лет. Она даже смогла создать особый металл, который в будущем стали использовать во всех уважающих себя кузницах для создания высококлассных антимагических доспехов и оружия. У Серамины появились деньги и влияние. Но настоящая известность пришла к ней после того, как сам принц Артремиус заказал у нее комплект доспехов и клинок из алхимического металла с рунами Запрета.
Для любого другого мага жизнь Серамины могла показаться идеальной. У нее было все, о чем каждый из них мечтал. Но в душе волшебницы поселилась пустота, которую можно было заполнить только одним способом - стать полноценным магом и вернуться обратно в семью. Два года она пыталась овладеть магией, к которой не имела ни капли таланта, но все безрезультатно. И тут к ней в руки случайно попали запретные книги по магии Тьмы и Некромантии. Ей бы стоило сжечь книги немедля, но внутренний голос взывал открыть их и она не сдержалась. В запретных книгах Серамина нашла ответы на все свои вопросы.
Чем больше она изучала темную магию, тем сильнее чувствовала связь с запретным волшебством. Серамина с каждым днем все больше погружалась во мрак. Волшебница насылала проклятия, приносила в жертву людей и поднимала сотни мертвых из могил. Мастерство Серамины в магии Тьмы и Некромантии росло не по дням, а по часам. Да, она была гениальным алхимиком, но именно в темной магии юная волшебница нашла свое истинное предназначение.