Оживший камень (СИ)

Прохор сидел рядом и не сводил с графа глаз.
Целитель, увидев меня, подошел и тихо заговорил:
— Его сиятельство будет в порядке. Но его зацепило магическим выбросом, так что пока я поддерживаю его в состоянии покоя. Организму лучше самостоятельно наладить основные процессы, так дальнейшее выздоровление пойдет быстрее.
— Вам что-нибудь требуется?
— Да, ваше сиятельство, я уже отправил сообщение своему брату, он аптекарской лавкой заведует, очень хороший алхимик. Он изготовит несколько специальных снадобий и доставит к рассвету.
— Хорошо, я предупрежу гвардейцев, чтобы его пропустили, — меня новости успокоили и спать захотелось ещё сильнее, но я видел что эскулап мнется, не решаясь что-то сказать. — Что-то ещё?
— Ваше сиятельство… Вы только не подумайте, что я цену набиваю или подобное. Пусть я не мастер, но дело своё знаю отлично. Если необходимо, то могу рекомендательные письма предоставить.
Меня отпустило — вот в чём проблема, оказывается. Мне было достаточно того, что я увидел ещё в саду, целитель он был действительно отличный.
— Павел Федорович, не беспокойтесь об этом. В вопросе здоровья Луки Ивановича я вам доверяю и обеспечу всем, что потребуется, без лишних обсуждений. Поставьте его на ноги, хорошо? — я улыбнулся и целитель робко улыбнулся в ответ, кивнув.
Я дошел до ворот, предупредил охрану и наконец отправился в свою спальню.
Сон одолел меня сразу же, я провалился в его исцеляющую темноту, совершенно спокойный.
* * *
Первым делом поутру я проведал деда.
Возле кровати, на тумбочке, стояли ряды разномастных банок и мелких бутылок, аромат от них исходил соответствующий — так пахло в больнице.
Прохор похрапывал рядом на стуле, сложив руки на груди. Целитель не выглядел утомленным и жестом показал мне, что всё в порядке.
Вот ещё один плюс магии жизни — можно долго не спать, если требуется.
Заодно это доказало мне, что Павел Федорович и правда талантлив не по чину. Четвертый или даже третий ранг? Я точно не помнил, с какого ранга магам жизни была доступна возможность долго удерживать себя в бодром состоянии.
Царь легко мог не спать неделю, чем очень раздражал некоторых своих подчиненных.
Удовлетворенный увиденным, я отправился за первой чашкой кофе.
Слуга появился на кухне вскоре за мной. Недовольный — видимо целитель его выгнал, чтобы тот подкрепился.
— Ваше сиятельство, доброго вам утречка! — Прохор сразу же переменился в лице и заулыбался, увидев меня с чашкой кофе у мутного окна.
— И тебе того же, — я улыбнулся в ответ. — Как Лука Иванович?
— В себя не приходили, но лекарь говорит, что лучшает. Помаленьку, но лучшает. Что-то там с волшбой связано, не понял я, — он виновато развел руками.
— Ничего, главное чтобы скоро поправился.
— И то верно! Вы, молодой господин, идите в гостиную-то. Я сейчас вам завтрак справлю и принесу.
— Я тут поем, — мой голос изменился почти незаметно, но слуга понял.
Завтракать в гостиной без деда мне было неуютно. Пусть времени прошло немного, но я успел привыкнуть. Было что-то в этом — спуститься и увидеть деда с газетой, ворчащего на молодежь и жалующегося на переменчивую погоду.
Излишней сентиментальной я не страдал, но старик сумел меня зацепить. Пусть и был упрямым, гордым и своенравным до черта. Но — своим.
Позавтракали мы вдвоем с Прохором. Слуга съел всё очень быстро, было видно, что торопится вернуться обратно к деду. Я попросил его взять с собой завтрак и для целителя. Магия магией, но пусть человек нормально поест.
Старик ушел, громыхая подносом, а я проверил свой счет.
Нда, негусто. Оплата услуг целителя пусть и не была столь уж велика, но съела немалую часть средств. Плевать, здоровье деда было важнее.
Но и лабораторию нужно было срочно ремонтировать.
Заниматься созданием артефакта в центре столице без соответствующей защиты — такого внимания к себе мне не хотелось.
— Деньги, деньги… — я задумчиво водил по экрану мобильного. — Ерунда. Вот где взять нормальных рабочих?
 
Можно было обратиться в гильдию строителей, за качеством услуг которой строго следили. Но это заняло бы время. Разместить заявку, дождаться очереди и заключить договор с бригадой.
Можно было обратиться к графу Воронцову, его управляющий наверняка знал нужных людей. Но дергать сенатора по таким пустякам, а потом быть обязанным… Попросить о помощи для меня проблемой не было. Но лишь тогда, когда это действительно необходимо.
О хороших работниках мог знать тот, кто сам ответственно относится к своему дело.
И у меня был такой на примете, с этого я и решил начать.
* * *
Возле клумб у дверей лавки Малинина крутилась его дочка, поливая цветы из большой лейки. Она что-то напевала своим подопечным и не сразу заметила, как я подошел и остановился, любуясь зрелищем.
Девушка повернулась, увидела меня, покраснела и чуть не уронила инвентарь. Я подхватил лейку и улыбнулся:
— Доброго утра, сударыня.
— Ой, ну что вы, господин граф, — её веснушки от смущения стали ещё ярче. — Какая ж я сударыня. Настасья я.
— Я знаю. Что же, ваш батюшка на месте?
— Конечно, я сейчас же его позову! — девица метнулась к двери, остановилась, повернулась и стала совсем пунцовой: — Ой, простите, давайте заберу, господин, — она протянула руку к лейке, которую я по-прежнему держал.
— Александр Лукич, — я едва сдерживал смех.
— Конечно, господин граф, — растерянно ответила Настасья и скрылась в лавке.
Оттуда сразу же раздался грохот. Я подождал немного и тоже зашел внутрь. Звякнул колокольчик и меня окутало ароматами свежей выпечки.
Стефан Ильич стоял возле опрокинутого прилавка с журналами с озадаченным лицом. Приветственно поклонился и покачал головой:
— Ну что с девицей такое, всё из рук падает. Чем могу быть вам полезен, ваше сиятельство? — Малинин встревожился: — Всё ли в порядке с поставками, всё устраивает?
— Благодарю, Стефан Ильич, всё замечательно. Ваши товары прекрасного качества. У меня к вам иное дело.
— Чудесно! — лавочник расплылся в счастливой улыбке, его явно порадовала моя похвала. — Тогда прошу, пройдемте в мой кабинет, заварю нам изумительного чаю, вот только на днях нашел нового поставщика. Там и поговорим спокойно.
От чаю я не отказался, как и от угощения в виде только что испеченного пирога.
Кабинет хозяина обставлен был без изысков, но добротно. Сразу видно — тут всё для работы, а не развлечений или фарса. Большой стол, несколько стульев и пара закрытых шкафов.
И, неожиданно, крупный глобус, стоящий на подоконнике возле рабочего стола. Детально проработанный и со слабым магическим фоном.
Малинин мой интерес к необычному предмету заметил и не без гордости пояснил:
— Чудесная вещица, ваше сиятельство, правда? От отца по наследству досталась, а тому от купца заморского за спасение во время урагана. Отец мой, Илья Афдотьевич, царство ему небесное, говорил что глобус ему этот подсказывал, в какой части света можно товар интересный найти. Вроде как взгляд само собой притягивало к нужному месту.
Малинин разлил горячий чай по простым глиняным кружкам, я сделал глоток и удовлетворенно кивнул — чертовски хорош.
— Вот только сломался давно уж, ещё до того, как я перенял все семейные дела, — продолжил лавочник. — Честно говоря, я думаю, что сказки всё это. Напридумывал отец, интуиция у него отменная просто была. Впрочем, и я не жалуюсь.
Я присмотрелся к глобусу. Действительно, артефакт пришел в непригодность, перекосило соединительные линии. Редко, но такое случалось — особенно если вещь находилась в эпицентре сильного магического воздействия.
Исправить это было не очень сложно.
— Илья Афдотьевич не придумывал, это артефакт и его можно починить. Если желаете, я мог бы в этом вам помочь.
— Правда? — оживился Малинин. — Ох, ваше сиятельство, буду век благодарен! Я же его носил на починку-то. Мне сказали, что нет в глобусе ничего такого. Купить предложили, сумма не чтобы большая, но приличная. Мол, вещица всё ж старинная, антиквариат почти, — мужчина с теплом взглянул на глобус. — Но мне он как память об отце дорог. Так что отказался я.