Борден (СИ)

— Не помню, — сказал Гарри. — Кто такой Полсон?
— Один из первой генерации игроков, — сказал Федор. — Имбалансный персонаж, который в одиночку крушил города и армии.
— И как же он все разрулил? — поинтересовался Гарри. — Всех убил, один остался?
— Не совсем, — сказал Федор. — В этот раз ему выпал очень странный скилл… В общем, я до сих пор не знаю, как это работает, но он умудрился отключить все активные на тот момент скиллы в планетарном масштабе. Катастрофы не произошло, земляне принялись разгребать последствия, и мы уже были готовы выдохнуть, и…
— Скиллы вернулись? — попробовал угадать Гарри.
— Не в этом дело, — сказал Федор. — Даже если бы они вернулись, а, по моим прикидкам, они должны были вернуться через какое-то время, но Полсон-то все равно был на месте и мог бы заново все обнулить… Но где-то через год после того, как эта история благополучно завершилась и мы свернули наблюдения, на Земле произошел откат. Сам. Без нашего вмешательства.
— А катастрофа?
— Насколько мы можем судить, не было никакой глобальной катастрофы, — сказал Федор. — Обычный фон. Откат, можно сказать, произошел на ровном месте и не непонятным для нас причинам.
— И как же такое могло случиться?
— Ты думаешь, я не пытался это выяснить? — вздохнул Федор. — Поверь мне, я пытался. Я поднял логи, привлек сторонних специалистов, мы проверили все, что только можно было проверить. Судя по оставшимся отметкам, это был не стихийный откат, проведенный Системой по каким-то ее внутренним причинам. Отработала именно наша программа, только мы ее не активировали.
— Вы точно сами код писали, а не отдали индусам на аутсорс? — поинтересовался Гарри.
Федор сокрушенно покачал головой.
— Код писал Вит… зомби с дробовиком, — сказал он. — Понимаешь теперь, в чем проблема? Мы ни хрена не понимаем в том, что он там понаписал. А он, сука, просто этого не помнит! И нас не помнит, и смотрит дико каждый раз, когда мы к нему с этим вопросом подкатываем, к хренам!
— И так потом девять раз? — уточнил Гарри.
— Да, — сказал Федор. — Так или иначе, в общих чертах. Система… она устроена так, что не может оставить в покое целый мир, который уже когда-то ей принадлежал, она ищет пути, чтобы в него пробраться, активирует игроков, создает случайные порталы, через которые кто-то может уйти из нашего мира, а кто-то наоборот, может в него проникнуть. Создает очаги напряженности, оказывает давление, и, хотя она и не может сделать этого напрямую, рано или поздно притаскивает игру на Землю. Или не притаскивает. В трех случаях не притаскивала, однажды даже скиллы ни у кого не появлялись, а откат все равно произошел. А мы понятия не имеем, как это работает.
— Вот этому я верю, — сказал Гарри. — Это очень на нас, землян похоже. Для того, чтобы решить одну проблему, мы создаем другую, а потом пытаемся решить и ее.
Федор развел руками.
— Это еще не самое фиговое, — сказал он. — Система образует вокруг планеты инфосферу, в которой хранится информация обо всех игроках, их действиях и вот об этом вот всем. Как ты должен понимать, речь идет об огромных массивах информации, на основании которой и происходят откаты. Это довольно емкая и устойчивая штука с хорошим запасом прочности, но одиннадцать перезагрузок подряд, да еще и на протяжении довольно короткого, а в рамках существования Системы, срока… В базе накапливаются ошибки. Ты же сам говорил, что на Земле странно, так вот, это произошло не сразу, но постепенно там становится все страньше и страньше.
— Возле Токио Годзиллу видели, — подтвердил Гарри.
— Это только цветочки, — сказал Федор. — Количество душевных расстройств растет, некоторые люди вспоминают то, что не должны помнить, и это сводит их с ума. У кого-то остаются остаточные игровые навыки, сама ткань реальности становится все тоньше и тоньше, и я боюсь… в смысле, мы боимся, что еще нескольких откатов все это может не выдержать.
— И что тогда произойдет?
— Понятия не имею, — сказал Федор. — Может быть, на месте Земли образуется новая черная дыра, в которую засосет всю Систему, как в воронку. Может быть, вместе с очередным откатом на Земле воцарится ад. Может быть, все вообще зависнет и перестанет работать. Но то, что ничего хорошего не будет, это уж точно. Вопрос только в масштабах. В лучшем случае, не будет ничего хорошего для землян. В худшем — для всей Системы, а мы сейчас говорим о миллиардах живых существ. Сотнях миллиардов.
 
— А сама Система не пытается себя починить?
— Э… В самый первый раз мы сделали все, чтобы помешать любому ее вмешательству, — сказал Федор. — Теперь я понимаю, что это, возможно, было не самое умное решение, но тогда оно казалось удачным. Система, разумеется, пытается, но мы сами ее ограничили.
— Я не очень разбираюсь в программировании, тем более, в программировании миров, — сказал Гарри. — Но у вас есть глючный код и есть программист, который его написал. Пусть он об этом даже не помнит, но это же его код, значит, он должен в нем разобраться. Тем более, что у вас есть на это практически неограниченный запас времени и несколько попыток.
— Попыток и времени все меньше, — сказал Федор. — И, помимо того, что он не помнит, есть еще одна небольшая сложность.
— Небольшая?
— Ладно, большая, — сказал ректор. — К моменту первого пришествия Системы на Землю он был мертв, и Система подняла его в рамках очередного своего ивента в виде зомби. Но из-за уникального стечения обстоятельств он стал не мобом, а неписью, освободился из-под контроля Вычислителей — это такие как бы искусственные интеллекты, которые всем тут управляют, но об этом мы поговорим позже, если захочешь — и приобрел способность видеть и понимать системный код. Полагаю, что именно это, плюс его изначальные навыки программирования, конечно, и помогло ему создать программу отката. Но после отката он снова стал человеком, вместе с памятью о произошедших событиях он утратил и свою уникальную способность, и теперь, когда мы показываем ему им же написанный код, он ни черта в нем не понимает. Мы пытались дважды. Сначала какое-то время уходит на то, чтобы убедить его в реальности происходящего и помочь ему преодолеть культурный шок, а потом он сидит и тупо пырится в код, как и все мы. Да, он его создал, но это было гениальное озарение, которое никто, включая его самого, уже не в силах повторить.
— Ну вы красавцы, — сказал Гарри.
— Да что мы все обо мне да обо мне, — сказал Федор. — Как ты сам? Как ты меня нашел? Земля еще не в игре, как ты вообще тут оказался?
— Прыгнул в случайный портал, — сказал Гарри. — Выяснил, что меня тут многие знают, а я об этом ничего не помню. Вот, ищу способы вернуть память.
— Что уже пробовал?
— Ментальную магию.
— Это не сработает.
— Да, я в курсе. Потом вот он, — Гарри указал на мирно храпящего сыщика. — Рассказал мне, что я когда-то был на короткой ноге с богом. и мы пытались воззвать к этому богу…
— Погоди, — Федор переменился в лице. — Вы пытались воззвать к фи… Мстителю? Но как?
— Эльфы были так милы и благородны, что дали мне попользоваться божественным артефактом, — объяснил Гарри и продемонстрировал артефакт ректору.
— Клавдия! — ахнул тот. — Изначальная! Где они ее взяли?
— Я не спрашивал, — сказал Гарри. — Но наверняка за этим стоит какая-нибудь интересная история. В общем, мы воззвали к богу, а потом, когда он не ответил, решили навестить его лучшего друга.
— Ну, он тебе вряд ли поможет, — сказал Федор. — Это вообще не его зона ответственности и сфера влияния, так сказать, это тебе скорее… Постой. Уже воззвали?
 
— Ну да.
— И он не ответил?
— Ответил, но не так, как мы рассчитывали, — сказал Гарри и показал ректору божественную записку. — Это было обернуто вокруг кирпича, которым он чуть не пришиб моего спутника.
— Аккуратно, значит, кинул, если не убило нафиг. И не прицельно, — сказал Федор. — Значит, вы сейчас висите на линии в ожидании ответа, так?