Борден (СИ)

— Это ненормально, — заверил его Дойл.
Гарри развернулся на стуле и склонился над Лоуренсом. Глаза остекленели, сердце не бьется, дыхания нет, так что поставить диагноз оказалось совсем несложно.
— Он мертв, — сказал Гарри.
— А на нем есть амулет возрождения?
Гарри слегка отодвинул мантию.
— Какая-то штуковина на его шее висит.
— Значит, не сработал, — констатировал Дойл. — Ну, он не был особо нравственным человеком, так что, в целом, общество не понесло никакой потери.
— Но почему он умер?
— Может быть, это был инфаркт или проклятие отсроченного действия или что-то вроде того, — сказал Дойл. — Никто не застрахован, знаете ли. С другой стороны, неприятный жизненный опыт отучил меня верить в подобные совпадения, так что я думаю, это вы его убили.
— Я? Но как?
— Неосознанно, — сказал Дойл. — Возможно, у вас стоит какая-то мощная ментальная защита, о которой вы тоже не помните. Как бы там ни было, теперь мы точно знаем, что ментальная магия вам не поможет. Зато вы сэкономили немного денег.
С этими словами Дойл порвал оба чека. И тот, который был предназначен для ментального мага, и тот, который Гарри выписал на его имя.
— Или много денег, — вздохнул сыщик.
— Жалеете, что не удалось заработать? — спросил Гарри.
— По правде говоря, не очень.
— Почему?
— Неприятный жизненный опыт подсказывает мне, что в итоге на этом деле я могу заработать гораздо больше, — сказал Дойл. — Или, при более вероятном развитии событий, в итоге я окажусь там, где не никакие деньги вообще не понадобятся.
— Мне импонирует ваш оптимизм, — сказал Гарри.
— Полагаю, до вечера мы можем задержаться и здесь, — сказал Дойл. — Лоуренс вел тихую уединенную жизнь, и вряд ли какая-нибудь веселая вдовушка заглянет к нему в гости.
— Почему именно до вечера?
— Потому что в следующее место, куда мы отправимся, лучше приходить в определенное время суток, — объяснил Дойл.
— И что же это за место?
— Точка С, — сказал Дойл. — Пристанище наемников всех мастей. Их неофициальная столица, так сказать.
— И зачем нам туда?
— Чтобы сформировать рейд-группу, — сказал Дойл.
— И следующий вопрос, — сказал Гарри. — Зачем нам рейд-группа?
— Божественный артефакт, — сказал Дойл, закатывая глаза. — Священный лес, Дом Красных Ветвей, эльфы, штурм, проникновение, взлом сокровищницы….
— Но к чему такие сложности? — спросил Гарри. — Почему нельзя просто попросить?
— Вы так и не прочитали те бумаги, что я вам дал, — сказал Дойл. — Мстителя давно не видели, есть предположение, что он где-то далеко, на задворках Системы. Эльфы очень не хотят, чтобы Мститель вернулся в игровые миры. Они потратили много сил и времени, чтобы найти этот артефакт, они хранят его долгие годы, и они ни за что его добровольно не отдадут.
— Мне кажется, вы недооцениваете силу дипломатии, — сказал Гарри. — Можете устроить мне личную встречу с их Великим Князем?
— Едва ли это будет проще, чем собрать хорошую рейд-группу, — буркнул Дойл. — Но желание клиента — закон, и я, конечно попытаюсь. Но они все равно не отдадут.
— Я попытаюсь сделать им предложение, от которого они не смогут оказаться, — сказал Гарри.
— Как хотите, — сказал Дойл. — Но я бы посоветовал вам не затягивать с поиском рейд-группы.
— Нет, — сказал Гарри. — Давайте по возможности избегать всяческого насилия, ладно?
— Ладно, — согласился Дойл и посмотрел на труп Лоуренса. — Насколько я знаю… знал этого парня, у него должен быть амулет возрождения с очень хорошими шансами на успех. Понимаю, что вы еще ни разу не умирали и не собираетесь, и вообще мы постараемся избегать всяческого насилия, но советую все же взять его себе. Береженого и Система бережет, а трупы вокруг вас растут, как грибы после дождя.
— Мародерство, — задумчиво сказал Гарри.
— Это совершенно нормально — заверил его Дойл. — Все самое ценное в этой игре обычно снимается с чьих-нибудь трупов. Где, как вы думаете, я раздобыл этот арбалет?
  
Глава 19
 
Капитан Гром, командующий одной из самых крупных группировок наемников в системных мирах (если на мгновение допустить мысль, что этим сбродом вообще можно командовать) был орком. Большим, зеленым, могучим, с выдающимися клыками.
 
Сейчас он возлежал на огромном диване, и по левую руку от него покоилась его верная секира, а в правой он держал наполовину полную (Гром был оптимистом) бутылку рома, из которой постоянно отхлебывал.
В воздухе прямо над ним висела голограмма довольно нервного Соломона Рейна, который прохаживался по своему кабинету.
— Давай повторим еще раз, — сказал Рейн. — Он был у вас на Точке С, он пробыл там больше тридцати часов, и ты сообщаешь мне об этом только сейчас, когда он уже ушел?
— У меня были другие дела, — заявил орк, делая глоток рома. — Важные дела.
— Догадываюсь, какие именно, — сказал Соломон. — С чего ты вообще решил меня известить?
— Ну, мы вроде как деловые партнеры, — сказал Гром. — А у меня выдалась свободная минутка.
— Спасибо и на этом, — сказал Соломон. — Он был один?
— Нет. С ним был Дойл.
— Кто такой этот Дойл?
— Никто, — сказал Гром. — Винсент Дойл. Когда-то был одним из нас, и мы звали его Скользкий Винни. Потом он нас покинул.
— Как давно?
— Лет двадцать, если мне не изменяет, — сказал Гром.
— Почему? У него изменились нравственные императивы?
— Скорее, во всем виновато эмоциональное выгорание, — сказал орк.
— Чем он сейчас занимается?
— Частный сыщик где-то на задворках, — сказал орк.
— А чем они у вас занимались?
— Что-то покупали, с кем-то разговаривали, — пожал могучими плечами орк.
— Что покупали? С кем именно разговаривали? О чем?
— Сторож ли я людям своим? — вопросил орк. — Хочешь узнать подробности, приходи сюда и разговаривай лично.
— И никто даже не попытался? — спросил Соломон.
— Нет, — сказал орк.
— Но почему? Сто пятьдесят уровней и полмиллиона золотом лично от меня — это недостаточная награда?
— Видимо, так, — сказал орк.
— Вы же наемники, — укоризненно сказал Соломон. — Громилы, бандиты, головорезы. Где ваш дух авантюризма? Где жажда опасности? Где способность ходить по краю?
— Ходить по краю и прыгнуть за край с разбега — это разные вещи, — заметил орк. — Ты же знаешь, авантюристы в нашем бизнесе гибнут первыми. Выживают те, кто умеют считать.
— У вас там целый город, — сказал Соломон. — Вас там тысячи. Вас там целый легион.
— И я хотел бы, чтобы так оно и осталось.
— Куда они отправились?
— Я точно не знаю, — сказал Гром. — Но они говорили что-то о Священном Лесе Эльфов.
Соломон перестал расхаживать и на мгновение закрыл лицо руками.
— Ты, видимо, знаешь, что им там нужно, — заметил Гром.
— Дом Красных Ветвей, — сказал Соломон.
— Да, это название тоже всплывало, — согласился Гром. — У тебя же с этим ушастым князем какие-то дела? Были…
— Он — мой партнер, — сказал Соломон.
— Полагаю, предупреждать его уже бессмысленно, — сказал орк. — Если он тебе что-то должен, прими мое бесконечное сочувствие.
— Чем занимался этот твой Дойл, пока еще не ушел от вас?
— Тем же, чем и все, — сказал Гром. — Убийства, диверсии, саботаж.
Соломон вздохнул.
— Но стоило здесь появиться ему, как вы все превратились в пай-мальчиков, да?
— Вроде того, — легко согласился орк. — Древняя мудрость моего народа гласит, если тебе нужна чья-то голова, бери топор и приходи рубить. Сам. Не перекладывая эту проблему на кого либо еще.
Соломон некоторое время переваривал эту мысль.
— Капитан, — сказал он наконец. — Я хочу довести до вашего сведения, что сильно вами недоволен.
 
— Это понятно, — сказал орк. — Но послушай меня, Соломон Рейн. Ты — большой и страшный, и потратил много времени, чтобы стать большим и страшным, и приложил для этого много усилий, и мы это все уважаем. Но ты — далеко, а он был здесь. И он страшнее.