Заколоченные Сердца (ЛП)

Джон снимает меня со своего плеча и ставит так, чтобы я стояла рядом с ним, но по-прежнему крепко прижата к нему.
— Что ты здесь делаешь, Эллиот? — спросила я. Мой голос звучит раздраженно, и это так. Видеть Эллиота у моей двери — последнее, что мне нужно.
— Я звонил и писал тебе последние три дня, — съязвил он.
— Мы можем просто зайти внутрь? — я отхожу от Джона, открывая входную дверь. — Я не хочу устраивать здесь сцену.
— Я не собираюсь устраивать сцену.
Оказавшись внутри, я сбрасываю ботинки и шагаю по коридору в сторону кухни, прежде чем повернуться к Эллиоту.
— Чем могу быть полезна? Я думал, ты в Оксфорде, и где Дарси?
— Я вернулся сюда несколько дней назад, чтобы проверить работу управляющего фондом и убедиться, что с тех пор, как я ушел, всё идет гладко. Дарси с Лиамом, как всегда, — отвечает Эллиот, всё это время не сводя глаз с Джона, который стоит в дверях кухни, уперев кулаки в бока. — Ты не отвечала на мои звонки, а мне нужно с тобой поговорить. Завтра я улетаю домой, так что ты не оставила мне выбора, кроме как прийти к тебе домой и ждать.
Я смотрю на Джона, который едва сдвинулся со своего места, продолжая смотреть на Эллиота сверху вниз. Я бросаю свою сумку на прилавок, по-прежнему избегая встречаться с Эллиотом взглядом.
— Ты сказал мне, что всё, что ты хотел сказать, не имеет никакого отношения ни к Дарси, ни к Джеку, и наш развод завершен. Я не понимаю, о чем ещё можно говорить.
Он отклоняет моё заявление, вместо этого поворачивая голову к Джону.
— Кто этот парень?
— Я её парень, — он подходит и встает рядом со мной, покровительственно обнимая меня сильной рукой за талию.
Сегодня он уже второй раз называет себя моим парнем, и мне это вроде как нравится. Даже если мы оба знаем, что это неправда, и он говорит это только для моей пользы. Эллиот смотрит на Джона, а затем снова на меня, разинув рот.
— Ты шутишь, да? — в его голосе слышится жалостливое веселье.
Я не отрицаю этого и решаю последовать примеру Джона. Я хочу, чтобы Эллиот убрался из моей квартиры как можно быстрее, и это кажется мне лучшим планом.
— Чего ты хочешь? — спрашиваю я снова.
— Серьезно. Ты с ним? — Эллиот смотрит в пол, его руки упираются в бедра, когда он недоверчиво качает головой. — Что, у тебя сейчас что-то вроде кризиса среднего возраста, Фелисити? Связалась с тупым спортсменом? Господи, ты действительно позволила себе…
Это происходит быстрее, чем я успеваю осознать.
Джон пересекает кухню и оказывается перед ним, одной рукой придерживает за подбородок, а другую сжимает в кулак, готовый нанести удар.
— Что ты ей только что сказал, придурок?
Глаза Эллиота расширяются, на его лице появляется выражение ужаса.
— Отпусти меня, головорез.
— Всё в порядке, Джон, — успокаиваю я его, хотя меня саму трясет от гнева. Делая глубокий вдох, я решаю спросить Эллиота в последний раз. — Почему ты здесь?
Теперь, освободившись от хватки Джона, хотя и всё ещё находясь под его пристальным взглядом, он отряхивается, поправляя воротник.
— Я хочу поговорить с тобой наедине.
— Ты можешь сказать ей всё, что тебе нужно, при мне.
Впервые Эллиотт выглядит смущенным, его плечи слегка поникли.
— Я хотел поговорить о нас, — он делает шаг ко мне, в его глазах такая уязвимость, какой я, кажется, никогда раньше не видела. — Я думаю, мы совершили ошибку. Я скучаю по тебе, Фелисити.
Я застыла на месте. Я не знаю, сколько прошло времени, Эллиот смотрит на меня, Джон смотрит на Эллиота с убийственным выражением в глазах, а я? Я просто отключилась, смотрю сквозь Эллиота. Я слышу его слова, но они абсолютно ничего не значат. Я вообще ничего не чувствую к этому человеку. Мой бывший муж и отец моих детей.
Наконец я нарушаю тишину, качая при этом головой.
— Мне жаль, но я думаю, что мы приняли абсолютно правильное решение. Расставание было лучшим, что могло когда-либо случиться со мной. Я была несчастна в браке без любви, и. если быть честной, я знаю, что ты тоже это чувствовал, — мой голос начинает срываться, но я продолжаю, отчаянно пытаясь выдавить слова. — Я чувствовала себя нелюбимой и недооцененной. Все наши отношения вращались вокруг тебя и того, чего ты хотела где ты хотел быть. Твоя работа была превыше всех нас, и в последнее время я смогла снова найти себя. Завести друзей, гулять, веселиться.
 
— Так вот оно что, да? Почти два десятилетия брака пошли насмарку, и всё из-за того, что ты хочешь гулять и веселиться? — отвечает он насмешливым тоном, уперев кулаки в бока.
Я качаю головой и делаю шаг к нему, пытаясь выровнять дыхание.
— Нет. Наш брак распался много лет назад, задолго до того, как мы переехали сюда. Я продолжаю жить своей жизнью, и тебе тоже следует это сделать.
— Продолжаешь с ним? — выпаливает он, указывая пальцем в сторону Джона. — Какой-то плейбой из НХЛ? Ты же не думаешь, что с таким человеком, как он, возможно иметь серьезные отношения. Он возьмет от тебя то, что хочет, и бросит при первом удобном случае, — презрительная усмешка появляется на его лице, когда он опускает взгляд вниз по моему телу. — Господи, он, наверное, уже сделал это. Тебе следует провериться.
— Что ты, блядь, сказал? — Джон скрипит зубами, его челюсть подрагивает. Я могу сказать, что он вот-вот потеряет всякий контроль, но что-то удерживает его, и я знаю, что это из уважения ко мне. Но если бы я дала слово, подозреваю, что мой бывший муж лежал бы на спине, в лучшем случае потирая сломанную челюсть. Расправив плечи, я отвечаю:
— С кем я встречаюсь или нет, тебя больше не касается. Ты потерял это право в тот момент, когда начал относиться ко мне как к человеку второго сорта, — я никогда не противостояла Эллиоту, всегда предпочитая отступать и уступать его требованиям. Но не сегодня, больше нет. Я стою большего, чем то, как он обращался со мной. — Я думаю, тебе лучше уйти, — я указываю на входную дверь.
Он усмехается.
— Ты выгоняешь меня?
— Она попросила тебя уйти. А теперь уходи, пока я не размазал тебя по гребаной стене, — Джон снова шагает по комнате, Эллиотт поднимает ладони перед собой в знак капитуляции. Он явно напуган.
— Ладно, прекрасно. Я ухожу. Но это еще не конец, Фелисити. Ты совершаешь ошибку. Дарси хочет, чтобы мы попробовали ещё раз, и я думаю, она права. Если она узнает, что ты живешь с каким-то крутым хоккеистом, она будет опустошена. Это тот пример, который ты хочешь подать своим детям? Что их мама опустилась до какой-то хоккейной зайки? Я даю тебе второй шанс, возможность вернуться домой, к своей семье. Просто подумай об этом, — затем он поворачивается, шагает по коридору и рывком открывает дверь, захлопывая её за собой.
Я падаю на колени, все эмоции, которые кипели под поверхностью, наконец-то вырываются наружу. И я рыдаю. Всё это время я нахожусь в утешающих объятиях Джона, его рука нежно гладит мои волосы, пока он медленно укачивает нас, заверяя меня, что всё будет хорошо.
ГЛАВА 20
ДЖОН
— Останешься со мной?
Эллиот ушёл около двадцати минут назад, и мне наконец удалось успокоить её настолько, что она смогла съесть хотя бы кусочек пиццы с черными маслинами.
Мы сидим на её черном угловом диване, я прислоняюсь спиной к боковому подлокотнику, а она устроилась между моих ног, прижавшись спиной к моей груди. Поза интимная, но она была слишком расстроена из-за этого придурка, чтобы я мог даже думать о чем-то другом, кроме как утешить её.
— Я здесь, — тихо отвечаю я ей на ухо, поглаживая ладонью её плечо. В таком положении я могу вдыхать её великолепный кокосовый аромат, который, как я понял, принадлежит её шампуню.
Она поворачивает голову, чтобы посмотреть мне в лицо, её глаза слегка опухли от слез, а на щеках всё ещё остались следы слёз.
— Нет. Я имею в виду, останься со мной. Сегодня вечером. Вот.
Не могу лгать, я ошеломлен её просьбой, но, честно говоря, я не планировал оставлять её. По крайней мере, пока я не узнаю, что этот ублюдок вернулся на самолете в Лондон и покинул эту страну. Я не хочу, чтобы он был рядом с ней. Я легонько провожу большим пальцем по её щеке, утопая в её слегка покрасневших, но все ещё красивых изумрудных глазах.