Заколоченные Сердца (ЛП)

Он действительно произведение искусства, достойное занять центральное место в любой галерее. Без сомнения, он самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела, и когда он подходит, чтобы снять с плеча мою сумку и открыть для меня пассажирскую дверь, я также уверена, что в будущем не встречу мужчину, красивее его.
— Добрый вечер, ваше высочество, — приветствует меня Джон своим глубоким ровным голосом, и в его глазах появляется дерзкий блеск.
— Что ж, спасибо, — подыгрываю я, открывая пассажирскую дверцу, прежде чем сесть в машину. Очень хорошую машину. Всё внутри чёрное, с причудливой зеленой подсветкой. Она пахнет Джоном; меня окутывает его пряный одеколон, который, признаюсь, вызывает покалывание в моих женских частях тела. Интересно, сколько других женщин сидели на этом месте и чувствовали то же самое? Он наклоняется и пристегивает меня, и одно это простое действие пробуждает во мне желание. Этот мужчина делает с моим телом и сердцем такое, в чем я боюсь признаться.
Повернувшись ко мне и положив одну руку на руль, он слегка барабанит кончиками пальцев по приборной панели, и я не могу не заметить, как его взгляд перемещается с моих глаз на рот. Я автоматически провожу языком по нижней губе, вспоминая, что произошло, когда он в последний раз так смотрел на меня. Я почти ожидаю, что он наклонится и поцелует меня снова. Я знаю, что хочу этого, даже если нам не следует этого делать.
Но он этого не делает, вместо этого снова переводит взгляд на меня.
— Как прошел твой день, Ангел?
— Загружено. Много всего было нужно сделать, и все усугубилось из-за того, что один некий мужчина первым делом заявился в офис этим утром, требуя поговорить и пригласить меня куда-нибудь вечером.
Я не могу удержаться, чтобы не поддразнивать и, да, не флиртовать. Потому что у меня нулевой самоконтроль. Абсолютно. Глаза Джона сверкают.
— О, правда? Что ж, мне нужны подробности об этом парне, который пытается подкатить к моей девочке. Хотя не могу сказать, что виню его за попытку.
Моя девочка. Моя. Девочка.
О Господи.
— Итак, куда мы направляемся? Я бы съела жареного цыпленка. Я не шучу. Я умираю с голоду, работала весь обеденный перерыв.
— Жаль разочаровывать, но сегодня без жареной курицы; мы собираемся в лучший ресторан в городе, — Джон заводит двигатель, и тот с рёвом оживает. Это абсолютный зверь. Я люблю машины и неплохо в них разбираюсь. Мой отец был фанатом гонок, он много лет работал маршалом на соревнованиях, и я думаю, в какой-то степени его страсть передалась и мне, особенно когда я маленькой девочкой была с ним на трассах Сильверстоун, Мэллори-парк и Доннингтон-парк.
В резком контрасте с абсолютной мужественностью вокруг меня звучит “Midnight Sky” Майли Сайрус, и я не могу удержаться от приступа смеха. После нескольких секунд попыток унять свою истерику я оборачиваюсь и вижу, что Джон искоса смотрит на меня, надув губы.
— О, прости, я не хотела ранить твои чувства, лепесток.
Он пожимает плечами, прежде чем включить передачу. Я и не заметила, что это механическая машина, и есть что-то в том, как он переключается между передачами и нажимает на педали, от чего внутри меня снова всё трепещет.
— Всё в порядке, детка. Не у всех нас может быть отличный музыкальный вкус.
Мы оба смеемся одновременно, и любое напряжение, которое я испытывала в ожидании этого вечера, мгновенно ослабевает. Очевидно, что в этом человеке есть гораздо больше, чем бравада, которую изображает пресса, или, возможно, то, что он позволяет видеть миру.
Прочищая горло и пытаясь сосредоточиться на сегодняшней задачи, я смотрю в пассажирское окно, улица выглядит немного знакомой.
— Куда мы едем?
— Я же сказал тебе, в лучший ресторан в городе.
Я опускаю взгляд на свою старую серую юбку, на которой теперь виднеется пятно от кофе, оставленное ранее.
— Я же сказала тебе, что не одета для приличного места.
Джон поворачивается, чтобы посмотреть на меня, его глаза горят жаром, который мгновенно отражается на моих щеках.
 
— Ты выглядишь чертовски сногсшибательно.
Я усмехаюсь над его комментарием. Я ни в коем случае не тщеславна, но даже я вижу, что едва ли одета для изысканного ужина.
— О, да ладно. Я выгляжу так, словно не мыла голову и только что закончила долгий рабочий день в офисе. Ты же выглядишь как… — я замолкаю, окидывая его взглядом, и моё тело закипает от этого зрелища. — Ну, ты выглядишь прекрасно.
Джон тихо посмеивается.
— Ты считаешь, что я прекрасно выгляжу, Ангел? Что ж, спасибо.
Я сильно краснею и отворачиваюсь к окну, чтобы скрыть свою реакцию.
Чёртово прекрасно?
Вечером в понедельник на улицах относительно пусто, поэтому мы быстро добираемся до места назначения. Джон заезжает в подземный гараж, и электрические двери автоматически открываются.
Теперь мне более чем любопытно.
— Итак, помимо того, что это лучший ресторан в городе, где именно мы находимся?
у, где стоят по меньшей мере полдюжины красивых автомобилей. Среди них я замечаю черную Audi A7 с полностью черными колесными дисками, серебристый Porsche Cayman, темно-синий Mercedes G-Wagon и мотоцикл BMW M 1000. Ого, мы действительно находимся в хорошем и эксклюзивном месте, это очевидно.
К счастью, осталось свободное место, поэтому Джон разворачивает машину, прежде чем переключиться на задний ход. Он закидывает руку на спинку моего сиденья и подмигивает мне, прежде чем дать задний ход.
— Увидишь. Ты не фанатка сюрпризов, не так ли, Ангел?
Ну, где бы мы ни были, я направлюсь прямиком в уборную, чтобы сменить нижнее белье.
Он заглушает двигатель.
— Подожди.
Он трусцой обходит машину сбоку, легонько постукивая костяшками пальцев по капоту, а затем открывает мою дверцу и тянется, чтобы расстегнуть мой ремень; от него безумно вкусно пахнет. Взяв меня за руку, он помогает мне выйти из машины и снова вешает сумку мне на плечо. В данный момент я раздумываю, стоит ли давать объявление о пропаже, потому что каждая капля феминизма покинула меня окончательно, и что её более тревожно — я не очень злюсь на это.
Между нами по меньшей мере фут разницы в росте, и это заметно, когда я смотрю на него снизу вверх.
— Спасибо.
Он мило улыбается, затем переплетает свои пальцы с моими и ведет меня к черным двойным дверям. Проходя через парковку, мы оказываемся перед лифтом, и, оказавшись внутри, Джон наклоняется и нажимает кнопку за моей спиной. Его глаза снова находят мои, и, когда лифт начинает подниматься, он ничего не говорит, просто изучает моё лицо. Я несколько раз замечала, что он пристально смотрит мне в глаза, как будто они его восхищают. То же самое я могла бы сказать и о нём.
Лифт со звоном останавливается, и двери медленно открываются, открывая взору…его квартиру. Я запрокидываю голову от смеха, когда он выходит, снова беря меня за руку.
— Я же говорил тебе, Ангел, что это лучший ресторан в городе.
— О, неужели это так? — спросила я.
— Лучше поверь в это.
— Что ты сделал? Нанял частного повара или что-то в этом роде? — я привстаю на цыпочки, чтобы лучше видеть кухню через его плечо.
Джон прижимает руки к груди, хватаясь за сердце в притворной обиде.
— Личный повар? — восклицает он. — Нет необходимости в шеф-поваре, когда ты владеешь такими кулинарными навыками, — он шевелит пальцами перед собой с дерзкой ухмылкой на губах.
Да, и я могу себе представить, что эти руки хороши не только для приготовления блюд.
— Что ж, кое-что определенно пахнет великолепно, — аромат, доносящийся до меня по коридору, восхитителен.
— О, это определенно так, — ухмыляется Джон. — Пойдем, поедим. Мне нужно проверить, как там говядина.
ГЛАВА 13
ДЖОН
Я очень нервничаю.
У меня дрожат руки, когда я открываю дверцу духовки, чтобы проверить, готова ли говядина по-веллингтонски, на приготовление которой я потратил большую часть дня.