Бетонные стены воздушного города

Кэсси, слишком поздно заметив, что его монолог потерял последнего слушателя, обидой не занялся. Переключив громкость на «внутренний голос», провалялся в полусознательном состоянии почти до рассвета…
Казалось бы, глядя со стороны, над этими двумя, как Дамоклов меч висело незыблемое «френдзона», пропитанное долгим ожиданием, смирением и принятием. Но истина была далека от очевидного вывода, и сотни часов, тысячи дней, проведенных рядом с этой парочкой, не приблизили бы третью сторону к разгадке этих странных, нетипичных и непохожих на нечто поддающееся определению взаимоотношений.
  
С ними все было так же легко, как с ними же было сложно.
***
Рабочий день подошел к своему логическому завершению, Кэсси разгрузил свои завалы: дописал неоконченные статьи; прочел и проанализировал комментарии пользователей в персональной колонке; избавился от груды хлама в столе и компьютере, подчистив все ненужные файлы.
- Подожду на улице, - кинув напоследок Трою, что задержался в фойе, он вышел на свежий воздух через механические вращающиеся двери.
Погода стояла сухая, еще теплая - осень не стремилась набирать обороты, радуя солнечными днями. Испытывая неострую потребность в никотине, Форд сунулся в карман сумки за еще полной пачкой сигарет. Закурить не успел. Взгляд привлек визг тормозов, и появившийся на горизонте знакомый серебристый «хаммер».
- Вот так дела, - парень не шевелился, изумленно наблюдая за водителем, вылетевшим из машины, как пробка из шампанского, и стремительно приближающимся к нему. Ответ на вопрос «Какая нелегкая его сюда принесла?» не требовался.
Кэсси хотел было поздороваться для приличия, но его опередили: крупный кулак одним уверенным движением встретился с его лицом, подарив гамму болезненных ощущений от будто огнем вспыхнувшей челюсти до звона в ушах. Трой, заставший эту картину, едва успел выйти из здания «Massword», среагировал молниеносно: в три прыжка преодолев расстояние до противника, отбуксировал своим телом, следом нанес встречный удар прямо в грудь. Незнакомец отшатнулся и, встретившись взглядом с Холлингом, повторно не стал нападать, лишь приготовившись в ожидании нового удара, выставил блок. И он определенно бы последовал, если бы не настойчивый выкрик Кэсси:
- Остановись! – Форд схватился за куртку, дергая своего неожиданного защитника на себя. Одним осторожным движением Холлинг завел друга за спину, оценивающим и настороженным взглядом смотря на парня внушительных размеров: разница в массе между ними была не столь велика, но Трой не знал, откуда взялся этот придурок и что ему могло взбрести в голову дальше. – Ральф, какого черта? – непонимающе переспросил Кэсси, отпихивая коллегу в сторону и держась за пострадавшую скулу, подошел ближе.
Взгляд бугая смягчился, сведенные брови ослабли, а на губах появилась довольная, совсем незлобная улыбка.
- Минуту назад я поступил как брат, защищая пострадавшие чувства сестры, - радушно ответил он. – А сейчас, поступаю как мужчина, - Ральф протянул ладонь и крепко пожал руку Кэсси, что неосознанно сжал ее сильнее, чем требовалось для рукопожатия. – Спасибо.
До Форда слова брата Мэй дошли сразу, но сбитый с толку, он не сразу нашел, что ответить на этот жест.
- Не думал, что она тебе так быстро расскажет, - признался Форд.
Трой, поняв кто перед ним стоит, привлек к себе внимание:
- Прости, если бы на тебе была опознавательная табличка, я бы не стал мешать, - усмехнулся он, тут же получая локтем в живот от стоящего впереди.
- Ничего. Надеюсь, следующего раза не будет, но если что, ты мое лицо уж запомни, - кивнул Ральф. – Рассказала, потому что вынудил, когда стал докапываться до ее голоса… Долго не отпиралась и выложила все как есть, - пожал он плечами, засовывая руки в карманы джинсов.
Кэсси запустил руку в волосы, взъерошивая отросшие светлые пряди.
- Даже не знаю, что сказать… Надеюсь, она не бросит учебу и не прилетит первым же рейсом.
- Не бросит, не сомневайся, - уверенно ответил Ральф, подозрительно и загадочно улыбаясь. Впрочем, сомнения парней развеялись сразу, как только он продолжил. – Я сказал, что если ее нога появится в доме раньше зимних каникул, я собственноручно откручу тебе башку. И как бы смешно это не звучало, я не шучу, и она это знает, - легкая улыбка смягчила эффект от произнесенной угрозы.
Кэсси согласно кивнул, а Трой добавил.
- Ну, ты по-братски предупреди, если вдруг появится рука или еще какая-нибудь часть тела, чтобы я успел спрятать этого, - он указал пальцем на Форда, подмигивая Ральфу. – Ну, если вам еще нужно поболтать – валяйте, я в машине подожду, - и не дождавшись ответа, стал спускаться по лестнице.
***
Приглушенный свет, помещение, пропитанное дымом, алкогольными парами, запахом хорошо прожаренного хлеба и запеченного сыра. Гул голосов, не сумевший заглушить музыку, мощным потоком орущую из колонок, призывающую чаще прикладываться к своему стакану, качать в такт любой из имеющихся конечностей, хоть всеми сразу. Сладкий, почти родной, пьянящий душу не хуже виски, мотив любимой песни «Celldweller – End of an Empire», действовал на Кэсси и Троя сильнее, чем наркотик. Пробуждал ностальгию. Заряжал эмоциями. Заставлял чувствовать себя иначе, скидывал тень рабочей лошадки, обнажая самую яркую мечту юности о создании рок-группы. Вселял азарт, нашептывал присутствующим «ты крутой, ты классный», приправляя брутальностью и кидая на дно горсть пафоса.
Атмосфера – приоритетная вещь, ради которой на протяжении многих лет Трой и Кэсси таскались в «Kill-Joy», просаживая зарплату.
- Все так быстро утряслось с Кори, не сказал бы, что движение хейтеров сошло на «нет», но как-то оно поубавило пыл за последние пару недель, - Кэсси поставил на стол стакан с колой, в котором присутствовала приличная доза виски.
- Нет почвы для рассуждений, как только появится, сразу начнут играть в паровозик, цепляя старые факты и наслаивая новые. Сомневаюсь, что они когда-либо окончательно угомонятся. Если однажды выплыло – уже никогда не забудут.
В помещении с каждым разом становилось все более душно. Опустошив свой стакан, с последними каплями подобрав языком подтаявший кусочек льда, Трой стянул с себя тонкий хлопковый джемпер, оставшись в одном поло цвета индиго. «Так намного лучше», - разминая плечи, подумал он.
Кэсси молча наблюдал за недостриптизом друга, с наслаждением смотря на оголившиеся руки. Будь его воля, он бы раздел парня догола без какого-либо эротического подтекста – Форд любил смотреть на его татуировки. Ему нравились сами рисунки. То, как они шли Холлингу. И, безусловно, любил это чувство ностальгии: он помнил процесс создания почти каждого из них, знал о событиях, которые предвещали их увековечивание на коже.
- И, думаешь, скоро появится? – спросил Кэсси – оба тут же переглянулись. Без всяких разъяснений было понятно, что эти взгляды могли обозначать – друзья поймали общую волну.
Тему, касающуюся Мэй и ее брата, они успели перетереть вдоль и поперек еще в машине, придя к заключению, что вскоре жизнь обоих горе влюбленных вернется в прежнее русло, какое было до их встречи друг с другом. И смысла больше полировать до блеска память о случившемся, задавая одни и те же вопросы, копаясь в уже перекопанном огороде, нет. Поэтому на повестке дня встал куда более интересный и цепляющий любопытство факт:
- Он и Ларс – все так очевидно, как думаешь? – спросил Кэсси, облокачиваясь на спинку дивана: они заняли свободный столик в своем привычном излюбленном углу, где место хватало как раз, чтобы удобно расположиться вдвоем; блондин, скинув обувь, забрался на сидение вместе с ногами, сидя лицом к Трою вполоборота.
- Как по мне, да. Сложно игнорировать их совместный приезд и отъезд на работу. Становится понятно, что они не только вечера вместе проводят, но и ночи.
- Ну, это потому что мы работаем с Ларсом и, хочешь или нет, они оба у нас как на ладони. Как думаешь, если Кори все еще под пристальным наблюдением папарацци – как быстро они пронюхают?