Бетонные стены воздушного города

- Не волнуйся, мы не будем педантично идти по списку сверху вниз, город я знаю хорошо, по одному только адресу могу примерно представить, как будет выглядеть дом, но меня не это интересует, - Кори ткнул пальцем на столбик в таблице с надписью «этаж». – Хочу как можно выше.
- Насколько?
- Выше тридцатого этажа.
- Тогда… Тут все просто, - Ларс занялся подсчетом. - Всего четыре адреса, заводи машину, начнем с ближайшего.
  
***
Почему Кори при любом удобном случае старался повсюду таскать Ларса с собой?
Этим вопросом он задавался часто, и каждый раз вносил в ответ нечто новое, в итоге окончательно придя к нужному выводу, целиком и полностью удовлетворяющему его: Ларс являлся для него одновременно старым и новым, тем, от чего Кори еще не был готов отказаться и к чему еще не был готов приблизиться, хотя, последнего, безусловно, он желал больше всего.
Интерес к журналисту рос с каждым днем, потребность быть рядом доводила до того, что, расставаясь в реальном мире, они встречались вновь на границе сознания, едва на небосводе загорались звезды.
От решительных действий Кори останавливали не внешние факторы, а прежде всего неизведанность. В его голове крутилось столько возможных вариантов развития одного единственного события, что становилось дурно. В такой ситуации, при возможном исходе, он не мог ручаться даже за самого себя. Ведь что если Саманта окажется права, и весь интерес к Ларсу строится только на нереализованном желании отблагодарить человека? И тогда стоит только едва перешагнуть черту дозволенного, почувствовать вкус желаемого, и все рухнет, как карточный домик. И останутся только голые факты. Кори такого скоропостижного завершения его интереса и разрушения начинающей обрастать броней привязанности не желал, поэтому двигался к своей цели миллиметровыми шагами, прочнее держа в голове мысль: «Все под контролем».
Вплоть до сегодняшнего дня.
Поиски квартиры увенчались успехом, в итоге Кори въехал в апартаменты, находящиеся на сорок первом этаже небоскреба в южной части города. Полнейшая безопасность по всем фронтам: въезд во двор совершается при наличии пропуска, который могут получить только жильцы, во всех остальных случаях для прохождения на территорию оформляется гостевой доступ (после соглашения владельца и диспетчерской). Но даже, если каким-то образом, удастся прошмыгнуть мимо поста охраны, дальше фойе не дадут пройти администраторы, знающие в лицо каждого владельца и не обделенные бдительностью на рабочем месте. Но все же, ключевым фактором в выборе квартиры послужило наличие балкона (из четырех просмотренных вариантов этот оказался единственным, в котором можно подышать свежим воздухом, при этом далеко не уходя). Правда, о былой роскоши прежнего балкона, что так отличало его от остальных, внося в жизнь домочадцев изюминку, можно было забыть - этот ничем не выделялся: незастекленная боковая лоджия, но вид, открывающийся с нее, покорял. Впрочем, витражные окна во всю стену, находящиеся с трех сторон в квартире, позволяли любоваться им круглосуточно.
- Можешь поздравить меня, сегодня я наконец заключил договор аренды!
С того момента, как Кори въехал, прошла неделя. Как бы ему не хотелось увидеться с Ларсом раньше, плотные рабочие графики обоих делали его желание невозможным (не ночью же к нему тащиться).
- Я здесь как раз для этого. Подумал, раз теперь так мало людей в курсе о твоей новой дислокации, тебе будет скучно праздновать новоселье одному.
На самом же деле, Ларс даже не подозревал, что был единственным, кто знал об этом месте и единственным, кто успел побывать внутри. Из семьи адрес никто не уточнял (в ближайшее время ни у кого не значилось в планах наведаться в гости), а других людей, кому бы Кори мог доверить эту информацию, у него просто не было.
Под пристальным взглядом Кори, Ларс вытащил содержимое пакета на стол.
- Торт и шампанское? Собрался корабль на воду спускать? Прости, но кидать бутылку не во что.
- Мы нередко в детстве переезжали, мама всегда покупала торт и шампанское на новоселье, нам с сестрами даже немного доставалось игристого. Она говорила, если как следует не подсластить начало новой жизни в новом доме, то неудачи будут заходить в дверь без стука. Как-то раз, не прошло и недели - нас обчистили. Видимо, кто-то халявил во время поедания торта. Сестры часто сидели на диетах.
- Да уж, суеверие женщин ничем не смыть, так и быть, я займусь шампанским, а ты тащи нож.
В новой квартире двери почти отсутствовали, единственным исключением была входная и та, что вела в ванную комнату. Кухню, рабочее место и зону для отдыха не разделяли никакие стены или перегородки, от этого сто квадратных метров пространства, в месте полном окон, казались бесконечными. Именно планировка позволила Кори, находясь в гостиной на диване, наблюдать за Ларсом, копошащимся в выдвижных ящиках в поисках ножа.
- Прости, забыл сказать, я, кажется, убрал его в холодильник. Посмотри на второй полке в сковороде.
- Хата настоящего холостяка, ничего не скажешь, не удивлюсь, если там и вилка окажется, - едва Ларс открыл дверцу холодильника и заглянул внутрь, добавил. – Не удивился!
- Так удобней – все под рукой.
- Знаешь, надо как-нибудь пригласить тебя на экскурсию в свою квартиру во время дедлайна на работе. Посмотришь, как выглядит полноценное «под рукой». Во всей красе и в полном объеме, так сказать.
- Заметано.
Кори без стеснения наблюдал за Ларсом, пользуясь случаем, пока тот стоял к нему спиной. Парень притащил торт поистине гигантских размеров, «для двоих» такой явно нельзя было назвать. И времени, чтобы педантично разрезать его на равные части понадобилось достаточно, так что Кори смог налюбоваться видом тренированных мышц на руках и спине, силуэт которых проступал сквозь обтянутое темно-синее поло. Отросшие пряди с выгоревшими на солнце концами вновь были забраны в короткий хвостик на затылке, открывая вид на длинную линию шеи. Будь Кори чуть смелее, а планы насчет Ларса не такими глобальными, на тронутой загаром коже уже давно бы сомкнулись его зубы.
Уаилд перевел взгляд на вид из окна: солнце медленно опускалось за горизонт, оставляя на небе алое марево, где-то вдали из-за зажженного в окнах света здания превратились в фонари. Контролировать свои мысли и желания, находясь с Ларсом на таком близком расстоянии, становилось почти невыносимо. А повышенный интерес в последние дни со стороны журналиста к его персоне заставлял зайтись новыми фантазиями, в красках разрисовывая все возможные причины.
«Этому не бывать, размечтался! Угомонись», - мысленно приказал себе Кори, разливая в высокие бокалы шампанское, Ларс как раз вернулся на диван и принес с собой торт. Гора из белых сливок, фруктов и шоколадных коржей, пропитанными творожной начинкой, – мечта любой сладкоежки.
- Знаешь, нас все равно никто не видит, поэтому я решил обойтись без тарелок. Его нужно съесть быстро. Держи, - Ларс передал Кори вилку, опуская торт на стеклянный журнальный столик.
- Предупреждаю сразу, я еще тот криворукий тип.
- Как-нибудь переживу.
Шампанское играло на дне бокалов, бутылки хватило, чтобы трижды наполнить их. А торт, как и обещали Ларсу в кондитерской, действительно оказался вкусным. Журналист, находясь с Кори, уже привык чувствовать себя комфортно, и участившиеся встречи со времени знакомства привели к тому, что расслабляться в его компании он научился мгновенно. Несмотря на то, что рабочие вопросы еще сковывали обоих, Ларс сумел разделить официальное общение в стенах «Massword» от общения вне его стен. Он начинал чувствовать, что за очень долгое время наконец обзавелся другом, которого так долго ему не хватало. Им не обязательно было вести разговоры о продвигающихся делах у Кори, обо всем том, что касалось его творчества и жизни публичной личности (хотя, с последним и сам парень еще окончательно не свыкся). Они могли свободно обсуждать и другие темы, находя точки соприкосновения и общие интересы.