Бетонные стены воздушного города

- Она напоминает мне нашу начальницу, та тоже время от времени умеет быть мягкой и не прочь поразвлечься.
- «Время от времени» - это, когда не держит нас за гениталии, - переговаривались рядом Кэсси и Трой, пока Саманта рассыпалась в благодарности.
- А ты когда-нибудь видел ее в нетрезвом виде? Впервые так сидим, может, попробуем споить ее? Мне кажется, пора переходить на новый уровень наших отношений – гляди, отгулов на работе больше давать начнут, - тихо смеялся в кулак Холлинг. Ему повезло, что Элис была занята блондинкой в красном и, как ни странно, одновременно бордовым в своем бокале.
  
- А если что-то пойдет не так…
- Я на ней женюсь!
- Или придется сверхурочно попахать пару недель.
- Знаешь, чем тебе женитьба не «сверхурочные», только там парой недель не отделаешься: медовый месяц и бракоразводный процесс – это тебе не шуточки.
Невольно слушая этих двоих, я улыбнулся, переведя довольный взгляд на Кори – тот неотрывно смотрел на меня, делая последний глоток рома, зачем-то следом опрокидывая в рот кубик льда.
- Тебе еще перед прессой выступать, не боишься голоса лишиться? – вопрос сопроводил негромкий хруст – лед не выдержал натиска зубов.
- Легкая хрипотца мне не повредит, буду выглядеть еще более брутальным!
У меня не нашлось другой реакции, кроме как закатить глаза.
- Между прочим, низкий голос всемирно признан самым возбуждающим, как у мужчин, так и у женщин, - Кори сидел в соседнем кресле с умным видом статиста.
- Только в твоем случае, чтобы обзавестись «низким» еще и с «хрипотцой» нужно пару лет курить и пить не просыхая.
Официант вновь наполнил мой бокал, сегодня выбор совпал с выбором Кори – Captain Morgan уже смешивался с кровью.
Саманта, давно закончив свою речь, о чем-то переговаривалась с Элис и Томасом. Кэсси и Трой были заняты составлением своих коварных планов на будущее, а редакторы Эмма и Шэлли повторно штудировали меню (наверное, выискивая в нем грамматические ошибки).
- Знаешь, хотел тебе сказать, - Кори и так сидел рядом, но ему это расстояние показалось огромным, и он наклонился ближе, продолжая почти на самое ухо. – За эти дни, пока ты зарывался на работе, у меня особо не было времени, чтобы сказать тебе – статья превзошла все мои ожидания. Честно, я сомневался, что из вопросов в списке получилось бы нечто стоящее, но ты выкинул лишнее, добавил свое виденье и расставил акценты в тех местах, которые раньше в глаза не бросались.
Кори говорил так искренне, что его слова можно было бы с легкостью спутать с признанием в любви. И я с трудом сдерживал себя, чтобы не сказать ему об этом, логично понимая, что мой сарказм сейчас не к месту.
- Просто ты не видишь себя со стороны, некоторые люди, пока им не скажут об этом, даже не знают, что в речи употребляют одно слово чаще других или делают своеобразные жесты или движения, характерные их манере передачи эмоций. Поэтому в том, что я подметил в тебе – нет ничего гениального, просто ты был открытым со мной, и работать оказалось легче. Не скажу, что ты - лучший из всех моих респондентов, но определенно один из «самых».
- Звучит так, словно ты мне в любви признаешься.
- Твою налево!
А вот Кори от своего сарказма не отказался, заставляя жалеть меня о том, что удержался ранее, – прямо как в школе, когда знаешь ответ, но боишься показаться дураком, если он окажется неправильным.
- Не спеши, с завтрашнего дня ты в ней купаться начнешь вдвое больше прежнего, - заверил я.
- А чего не втрое?
- Может сразу в десять раз, чего мелочиться? Или боишься не вынести натиска.
- Буду, как Геркулес в свое время…
- Хочешь, чтобы твоя физиономия украсила туалетную бумагу и горшки? Уверен, что справишься с титулом? – вмешался в беседу Холлинг, в то время как Кэсси сидел с подозрительно довольным лицом (официант уносил уже вторую пустую бутылку с их края стола). Бездонные бочки! И куда только в этого доходягу столько влезает? Другое дело его друг-качок.
- Да, ты прав, такое мне не потянуть, моего принта на подушке и одеяле в полный рост будет достаточно.
- А ты редкостный нарцисс, - не смог удержаться я от комментария, при этом поднимая бокал с ромом и призывая всех сделать тоже самое, добавил: - Желаю тебе не превратиться в говнюка со звёздной болезнью и никогда не стать предметом нашего любопытства в ситуации с очень пикантными и противозаконными, разрушающими репутацию подробностями.
Все поддержали.
Сегодняшняя идея «отметить грядущий выпуск и тяжелую проделанную работу» принадлежала Саманте, девушка неоднократно предупреждала, что данная встреча – всего лишь репетиция перед основным банкетом, но ввиду того, что никто не знает, как быстро все закрутится с новой недели, и какие казусы могут возникнуть на пути, считала своим долгом поблагодарить нас прежде. И признаться, я думал, что дольше пары часов в полном составе наша компания не пробудет, но ошибся – нам нашлось о чем поговорить, а тема беседы даже и близко не затрагивала выпуск статьи. На личности, конечно, никто не переходил, но Томас и Саманта не удержались от парочки историй из своей жизни.
Оживленная беседа сподвигла чаще разливать алкоголь по бокалам. Украдкой поглядывая на своих коллег, я не упустил из виду опьяненно блестящий взгляд Холлинга, он неотрывно смотрел на Форда, они о чем-то перешептывались, не переставая при этом глупо хихикать и густо краснеть. Первым из-за стола вышел Кэсси, направившись в сторону уборной, следом за ним поднялся Трой со словами:
- Скоро вернусь, - и едва заметно пошатываясь проследовал за другом.
- Между ними явно что-то есть, - Кори, прикладывая палец к губам, покусывал кожу, провожая взглядом Холлинга.
- Мы знаем. Они это и не скрывают.
- Они вместе?
- Не совсем. Но я в это не лезу – даже профессиональный навык не сработал в их случае. Мне не интересна их личная жизнь.
- А как тогда узнал об этом?
- Я же не слепой – не замечать очевидные вещи еще не научился, - пожал я плечами, собираясь поудобней устроиться в кресле, но не успел, моего запястья коснулась рука Кори, а в следующую секунду меня выдернули из своего места со словами:
- Знаешь, они подали нам блестящую идею – мы уходим отсюда, - и прежде, чем я успел хоть что-то сказать или попытаться возразить, забрав со стола наполовину пустую бутылку рома, Кори, удерживая меня, со скоростью пули направился к выходу. Вот это целеустремленность. С чего бы только?
- Не переживай, что ни с кем не попрощались, Саманта извинится за нас обоих - ей не привыкать.
- Ты любитель линять в середине вечера по-английски?
- Семейный ужин – не редкость в моей жизни. Утомительная и скучная «не редкость».
- И куда ты собрался?
- Мы, - тут же поправил Кори. – И никаких возражений – хочу тебе кое-что показать.
Мы стояли на улице, свежий воздух обдавал лицо, успевшее покраснеть от выпитого алкоголя (мне для счастья много не нужно, в соревновании с неразлучной парочкой коллег я бы вылетел первым). Мое запястье все еще сковывала рука Кори. Парень в свою очередь внимательным взглядом пробегался по рядам парковки.
- Куда же я поставил машину?
До меня не сразу дошло, зачем именно она понадобилась Уаилду, наивно предполагая, что он мог в ней что-то забыть. То, что в данную минуту ему было жизненно необходимо, окончательно я осознал, когда уже сидел в его белом мерседесе – жизненно необходимой вещью для Кори оказался руль, и в данную минуту жизненно необходимо он захотел его покрутить, заставляя машину сдвинуться с места.
- Не, я понимаю, что ты у нас суицидник, но ты хотя бы спрашивал у других, готовы ли они с жизнью расстаться? Ты меня слушаешь вообще? Не переключай скорость! Блять. Да не гони ты так. Если я заблюю тебе весь салон – будешь сам виноват, и не проси потом денег на химчистку.
Пристегнув ремень на ходу, вжимаясь в сидение машины, в данную минуту я больше всего хотел стать с ним одним целым, чтобы меня не мотало, как дешевый ароматизатор, прилепленный к лобовому стеклу (правда, не к этому). С трудом сдерживая тошноту, я следил за дорогой, стараясь понять, куда же мы направляемся.