Бетонные стены воздушного города

Фотограф перешла на портретную съемку в полный рост: на ней Кори, стоя, облокачивался о стену, на голове капюшон, руки в карманах, одна нога чуть в изгибе, а взгляд точно в камеру. И на этот раз от снимков бросает в дрожь – Форетто точно поймала настроение своего клиента, его нутро, и просто грамотно выдала на фото – чистая работа.
Не придерешься.
Таким публика встретит Кори Уаилда.
  
Таким публика запомнит его лицо.
Таким в моей памяти останется Кори надолго…
***
- Не заскучал тут? – едва прозвучал последний щелчок, оглашающий окончание съемочного дня, Кори уже сидел рядом со мной на диване, развалившись на нем так по-хозяйски, словно находился один. Каждой конечности нашлось свое место: одна нога на полу, другая - на подлокотнике, одна рука на спинке, другая – на моем плече вместе с головой. Спасибо, что спиной уперся в диван, а не придавил всем весом. – Я посижу так немного, все тело ноет, съемки - изнурительная штука!
- А я могу отказать тебе? Знаешь ли, сидеть в таком положении несколько часов – не лучшее занятие, я тут тоже времени зря не терял.
- Ты мог встать, размяться, походить или вообще прилечь, а вот у меня безвыходное положение, так что терпи.
- То есть перелечь на другой диван тебе лучше не предлагать? – попытался отшутиться я.
- И как же мне с тобой разговаривать? Я тебя не услышу. К тому же, если я сяду на диван, то гарантированно вырублюсь, до дома ты меня потом потащишь?
- Вызову буксир.
- И деньги тратить не жалко?
- Расплачусь твоими.
- Да ты редкостный зануда.
- Нет, я просто редкостный любитель личного пространства!
Кори все же выпрямился и занял более вертикальное положение на диване, переставая напоминать желеобразную субстанцию.
- Чем ты занимался все это время, как ни посмотрю на тебя – сидишь в своем ноутбуке, и чего сюда приходил?
О, это и для меня не осталось незаметным.
Кажется, все в студии видели, как часто ты поглядывал на меня, и, поверь, никто не сочтет это за простое любопытство. Может, меня вообще уже в твои любовники записали?
И как теперь мне с этим жить?
- Я следил за фотосессией, не переживай, видел каждый твой неудачный снимок – пару раз ты так круто закатил глаза, что на секунду показалось, что у тебя приступ или вот-вот инсульт хватит.
- Случись такое, вряд ли бы статью пустили в свет, не боишься остаться без хлеба?
- А тебя пугает больше мое финансовое положение, чем собственная жизнь?
- Конечно. Сердце всегда болело за голодающих.
- А чего просто не покормишь меня?
- А ты голодный? Что же ты молчал? – наигранно удивился Кори. – У самого во рту давно ничего не было! Давай так, ты предлагаешь место – я плачу?
- Стоять, - Саманта, не поднимаясь со своего места, закончив разговор по телефону, обратилась к нам. – Ты мне еще нужен, пообедаете в следующий раз.
- Время видела? Твои дела не могут подождать? – возмутился Кори, выглядывая из-за меня и бросая недовольный взгляд на сестру.
Мне не очень-то понравилось находиться меж двух огней, поэтому, вспомнив, что хотел перекинуть файл со статьей на телефон, я как раз этим и занялся, краем уха продолжая слушать этот бесполезный спор.
- Это не терпит отлагательств.
- Саманта, ты дождешься, и я откину копыта раньше времени. О своих подопечных нужно заботиться, и прием пищи входит в это понятие.
- Поешь по дороге.
- Но я хотел поесть с Ларсом!
- Прости, но меня ждут в офисе, - вмешался я, не отрывая взгляда от экрана и продолжая печатать.
- Один мой звонок Пак, и тебя уже никто не ждет.
- Звучит слишком обреченно, ты бы еще слово «нигде» добавил и вообще вешаться можно. Хуле я такой никому не нужный?
Краем глаза я заметил, как Саманта поморщилась.
Простите, но язык за зубами я держать не умею. Не мое это.
- И вообще, облегчу жизнь тебе и твоему менеджеру, сам отправлюсь первым по своим делам, - закончив с перекидыванием файла, я выключил ноутбук и сложил его в сумку. – Только что отправил тебе на номер статью, я восстановил наш последний разговор и сделал первый черновой набросок, прочитайте в течение дня и напишите мне, что, на ваш взгляд, лишнее? Пак хочет стрясти с меня готовый вариант к завтрашнему вечеру.
Кори сразу поспешил проверить сообщение, открывая при мне файл и прокручивая вниз.
- Это ты называешь «черновым наброском»? Тут готовая статья.
- А я разве по-другому выразился?
- Но когда ты успел?
- Ночь была веселенькой, да и спасибо, что вытащил сюда – пара мыслей и завершение статьи пришли в голову как раз под впечатлением съемок.
- А я раньше себя считал «печатной машинкой», ты меня переплюнул. И что… - Кори полез в карман мантии и достал свернутый исписанный от руки листок, пару раз помахав им перед моим носом, спросил: - Это уже не нужно? Я ответил на все твои вопросы, даже написал парочку своих. Зря старался что ли?
- Если ты так настаиваешь, - я перехватил из его рук листок. – Посмотрю и, возможно, в конечный вариант добавлю что-то из твоих трудов, но не обещаю переделывать все.
- Сдурел? Я и не просил. Вообще, я это скорее для тебя писал, хотел помочь: твое лицо, когда потух телефон, - не самое лучшее, что я видел в своей жизни. Я рад, что ты сам справился с этой проблемой.
- Это все-таки моя работа, и я ее делаю!
Попрощавшись со всеми участниками съемочного процесса, запрыгнув в свою машину, я поспешил в здание «Massword» - следовало показаться в офисе до конца рабочего дня.
***
Тесный поток машин еле полз по дороге от здания городской администрации до Первого городского университета. Навигатор оценивал пробку в пять баллов, прогнозируя, если затор на дороге не расчистят, то вся эта увеселительная поездка продлится часа два – не меньше.
Столб пыли не собирался оседать на землю. Изнывая от духоты (кондиционер едва спасал) и невозможности покинуть данное место, Саманта, в десятый раз проклиная всех и вся, переключилась со слежки за движением на умиротворенное, полное сосредоточенности лицо брата.
- Ты подозрительно спокоен, - взъерошивая светлые волосы, собирая их в импровизированный пучок на затылке и фиксируя рукой вместо резинки, она откинулась на кожаный подголовник, приковывая взгляд к Кори. Девушке хотелось поприставать к нему, и она знала лучший способ – тема, которую она собиралась затронуть в разговоре, пришла ей в голову неожиданно, но не пройтись по ней вдоль и поперек она не могла.
Необходимо было только начать.
- Что это было сегодня на площадке? – выждав какое-то время, спросила она.
- Ты о чем?
- Ты нашел себе очередную жертву?
- Ах… ты об этом?
Кори ничуть не удивился – его сестра любила совать нос не в свое дело. За глаза она называла парня «дефектным», считая, что какая-то черта в его характере мешала завести ему долгие и прочные отношения, довольствуясь теми, что обычно называют «на одну ночь» или хотя бы «до третьего звонка». Сколько она знала Кори, тот никогда и ни с кем не встречался. Поначалу девушка списывала это на детскую психологическую травму, но видя, с каким заядлым постоянством юный Кори таскается на свиданки, поняла, что никакой травмой тут и не пахло…
- Что, опять волна гормонов в голову ударила? Давненько я не видела тебя с кем-то.
- Начнем с того, что ты никогда ни с кем меня не видела: случайные встречи в клубе или «ой, я не вовремя зашла к тебе в гости, а ключом пользоваться без твоего ведома не перестану» - не в счет.
- А журналист симпатяга, - пропуская мимо ушей недовольство Кори, Саманта продолжила в своем духе. – И тело у него ничего… И личико… И в штанах, наверное, все как под заказ…
- Чего ты от меня хочешь? – не выдержал Кори, цепляясь за руль сильнее. Беседа его настораживала – у подобных ей всегда два исхода, в одном из которых Саманта вносила свою лепту в процесс и непременно портила его.
- Признайся, что запал на журналиста. Хочешь его? – свободной рукой, она дотронулась до Кори, скидывая с его головы капюшон, принялась почесывать за ушком и поглаживать шею, пропуская длинные волосы между пальцами.