Бетонные стены воздушного города

- Нет.
- Еще не закончил?
Не меняясь в лице, уточняет она. А я готовлюсь провалиться сквозь землю.
- Еще не начал.
Звук вращающихся лопастей вентилятора неожиданно стал давить на барабанные перепонки.
- Прости…
- Я не знаю, о чем спрашивать автора и что читатель хочет увидеть в статье. Никаких идей на этот счет, - сокрушительно признался я.
Всю ночь я провел в бессознательном забвении, кажется, ни на минуту не сомкнув глаз, лишая свой организм возможности восстановить силы после эмоционально-напряженного дня. Казалось бы, у любого другого человека на моем месте в голове носился целый рой различных мыслей, без сомнения, любой другой неоднократно бы прошелся по вопросам личного характера, до дыр затирая старые воспоминания, стараясь отыскать ответы в них. Любой другой, но только не я.
  
На эти сутки я вовсе лишился такой функции как «самоанализ», казалось, в голове сломались шестеренки, и моя «думалка» перестала работать. Черепная коробка до такой степени опустела, что даже не в силах была тягаться с планетой Марс в конкурсе «Найди разумную жизнь», последняя бесспорно победила бы.
- Потрудись объясниться, Ларс. За тобой такого раньше…
- … не наблюдалось. Но когда-то все бывает впервые, и со мной это «впервые» настало именно вчера. И продолжилось вплоть до «сейчас».
- И в чем, по-твоему, проблема? – вмешался в разговор Томас. Все-таки начальство сверху редко посещало наш отдел, да и вообще любой другой. Джонсону не были присущи принципы корпоративной этики, единственное, чем он ограничивал себя – еженедельные собрания руководителей отделов.
Так что по сути, это был первый визит за долгое время из Поднебесной на землю простых смертных.
- Боюсь быть непонятым.
Нет, ну а что мне было ему ответить?
Что я должен был сказать им всем?
Для меня самого оставался загадкой свой профессиональный застой, в моменты, когда необходимо было оградить себя от каких-то мыслей или суждений, я делал это, с головой уходя в работу, но сегодня мне не от чего было себя ограждать! Я не мог объяснить свое состояние. Да и, признаться, особо не пытался.
Украдкой бросаю взгляд на исчирканные листы, на которых сейчас точно не разобрать и слова – каждое скрывается за черным слоем ручки. Сам. Штрих за штрихом избавил белый свет от этой несуразицы. Чтобы никто не смел меня упрекнуть в том, что я не пытался. Даже я сам. Но не более…
- И все же, мне кажется, моей компетенции хватит, чтобы разобраться в этом вопросе, возможно, я даже смогу помочь Вам, Эванс.
Обращение резануло по ушам бритвой.
- А мне кажется… - я остановился, не найдя слов для ответа, просто застыл безмолвной куклой за своим рабочим местом.
Моим спасением стал Кэсси Форд. Его проницательного взгляда в мою сторону стало достаточно для того, чтобы смело выдвинуть свою теорию:
- Ларс просто огорошен. Мы ведь были на той конференции. Да и что уж там сказать, некоторые из нас приложили гораздо больше усилий, чтобы остаться в памяти автора уникальными гостями. Ларс и сам это прекрасно понимает. Мы свидетели его успеха. Но и так же свидетели того, что несмотря на полное отсутствие в тот день желания влиться в обстановку и заразиться своим собственным интересом, посостязаться с соперниками, он и палец о палец не ударил. Поэтому заполучив столь ценный, далеко не желанный приз, парень, мягко говоря, всполошен и озадачен.
Блондин оставался невозмутим. Начальство тоже.
- Если мы так и будем продолжать стоять в дверях и вести непонятную беседу, то и придет она к чему-то непонятному, - Пак первая проследовала в сторону своего кабинета. – Зайдите все, поговорим у меня. Раз уж мы – коллектив, вопрос этот тоже будем решать методом мозгового штурма, гляди, родим стоящую идею. И… - она бросила на нас взгляд полный усталости с нотками отчаяния. – У нас всего один час, встречу перенесли на утро, позже у Кори и Саманты неотложные дела.
***
Я впервые чувствовал себя настолько безучастным. Ожидая, что во время мозгового штурма с меня спадет пелена забвения, рухнет в пропасть. Однако, как выразился Томас «через тернии моих страданий лежал путь к успеху остальных». Мои банальные предположения, разносили в пух и прах, а им в противовес вся троица выдавала встречные, безусловно, точно попавшие в цель.
- Готово, это точно произведет фурор на читателя, - собирая в кучу маленькие листочки, Пак сложила их в файлик и протянула мне. – Возьми, прочитай, перепиши, осмысли, - настоятельно порекомендовала она и попросила всех оставить их с Джонсоном наедине.
Мы так и сделали.
***
Каждая уважающая себя звезда в любой из известных мне творческих областей, просто обязана включить в свой небольшой список дозволений опоздания, добавляя своему имиджу необъемлемое чувство востребованности к своей персоне.
Ну что же, я могу сказать, Кори с этим справлялся просто виртуозно.
«Встреча перенесена на утро», - наверное, в голове каждого слова Пак вертелись без остановки. И когда стрелка на циферблате едва переползла за девять вечера, одновременно с лопающимся терпением нашего коллектива (включая Томаса, что все еще находился здесь) звук, открывающихся створок лифта на этаже, оповестил о том, что долгожданные гости все же удостоят нас своим визитом в текущих сутках.
С коронной фразой «прошу прощения за опоздание» в кабинете начальницы появилась Саманта. Брошенные на пьедестал нашей гордости извинения, мгновенно впитались, к всеобщему удивлению смягчая обстановку…
Еще с первой нашей встречи безупречный вид девушки произвел на меня неизгладимое впечатление. Безусловно, перед нами была грациозная и породистая лань, женщина, от которой за километр веяло уверенностью в себе и деньгами. Сомнений не было - такие как она обеспечивают себя сами, не нуждаясь в бумажнике своего мужа. Взгляд скользнул на руки Саманты – бархатная и ухоженная кожа не требовала телесного контакта для подтверждения, а красовавшееся на безымянном пальце обручальное кольцо говорило - причины для стараний имелись и труды девушки было кому оценить.
- Ничего страшного, у нас как раз были свои дела, - Томас со скоростью присущей птице, слетел со своего места, стремительно приближаясь к девушке и забирая из ее рук сумку, под локоть усадил на свое место.
Дела?
- Скажите пожалуйста, Саманта, где Кори и почему я не вижу с вами мистера Грамма?
- Рей при исполнении, сегодня в суде рассматривается дело, которое он ведет, все затянулось надолго. Но он про нас не забыл. В моей сумке, - Саманта устремила взгляд на руки Томаса, держащие лакированный чемоданчик, - готовый договор, я думаю, все присутствующие должны ознакомиться с ним, а затем подписать.
- А подписывать будут все? – вмешался в разговор Кэсси, явно не желающий оставаться здесь ни минуты.
- Да, особое внимание уделите шестому пункту договора, относящемуся к категории «запреты», нарушив его ваша организация заплатит большую неустойку, а также будет засужена и в последствие разорена, - властно подытожила девушка.
- Смею напомнить, - вмешалась Пак, не выдержав такого яростного напора со стороны того, кто нуждался в наших услугах, - предложение о сотрудничестве поступило с Вашей стороны, так что прошу не перетягивать одеяло на себя и не делать из нас людей, желающих нажиться на известности автора.
Жест – сложенные на груди руки, был знаком всем сотрудникам отдела. Элис еле сдерживала себя.
Только взгляд Томаса горел паническим огнем и, если бы не близость к Саманте, он бы одернул Пак за эти слова, сделав замечание. Но такой возможности ему не предоставилось, и начальнику приходилось молча пережевывать происходящее.
- Прямо в лоб, - продолжила Саманта. – За это я и люблю сотрудничать с женщинами, они не будут увиливать от темы, когда задета их гордость, да и лицемерие - не их конек. Что же, думаю, мы сработаемся, - блондинка вытащила из сумки нетолстую папку и раздала каждому по экземпляру договора.
Никто не остался в стороне, внимательно изучая строчку за строчкой.