Путь служанки

– Инло, давай ты, – вручила ей иголку Эрцин, – у тебя ловкие руки, ты наверняка победишь.
У Инло не было ни малейшего интереса к этой забаве, но под натиском девушек она вынуждена была сдаться. Едва кончик иглы коснулся воды, как ее гладь неожиданно зарябила и в ней показалось лицо вдовствующей супруги.
А знаешь, почему я ее убила? Она соблазнила моего Хунчжоу! Дешевая шлюха!
Рука Инло дрогнула, и иголка пошла ко дну.
Воцарилось молчание, и первой, кто его нарушил, стала сама Вэй Инло:
– Я еще раз попробую.
Но вдовствующая супруга привиделась ей и на этот раз.
Твой отец наслаждается жизнью в должности главы Дворцового управления. Одно мое слово – и он отправится вслед за твоей сестрицей.
Вторую иголку постигла та же участь.
Эрцин всегда отличалась проницательностью. Заметив состояние девушки, она слегка нахмурилась:
– Инло, ты в порядке? У тебя рука дрожит.
Только тогда она обратила внимание на свою правую руку, которая без остановки тряслась. Девушка крепко обхватила ее левой и с каменным лицом произнесла:
– В порядке. Еще раз попробую.
Игла вновь потонула.
– Еще раз!
Она пробовала раз за разом, но итог оставался неизменным.
– Еще раз!
Лунный свет освещал все вокруг. Все служанки давно разошлись, во дворе осталась одна лишь Вэй Инло, которая все никак не могла успокоиться и упорно продолжала свое состязание с иглой.
– Я попробую еще раз, – бормотала она.
Но рядом не было никого, чтобы ответить ей, а на водной глади все время проступало лицо той мерзкой женщины.
Отныне ты будешь тише воды, ниже травы. Еще раз против меня пойдешь, не только твоя голова полетит – весь род Вэй будет похоронен вместе с тобой.
  
Глава 70
 
Успокоить сердце
 
Кто-то сказал, что она умом тронулась.
Потому что не стал бы нормальный человек всю ночь напролет играть с иглой во дворе. Сама Инло считала, что она обязательно сойдет с ума – от гнева и ярости. В груди ее бушевало пожирающее пламя, и она не знала, как его погасить. Будь она одна, то ничего страшного – один удар ножа, и все для нее закончено. Но ведь…
– Отец… – тихонько вздохнула она.
Могла ли она просто так оставить отца?
– Ой, стражник Фуча пожаловали.
Инло подняла голову и увидела Фуча Фухэна. Какое-то время они смотрели друг на друга, а потом он отвернулся:
– Эрцин, моей сестрице получше? Как она?
Неизвестно, сезонная хандра ли стала тому причиной, но в последние дни ее величество была вялой и уставшей. Она безвольно лежала на кровати, точно лишившись костей, а служанки размышляли, не позвать ли к ней лекаря.
– Ничего серьезного, – улыбнулась Эрцин, – просто сонливость.
Фухэн кивнул:
– Доложи, что я пришел.
Эрцин отправилась исполнять его приказ, а Инло подкралась сзади и легонько потянула его за рукав. Он и бровью не повел.
– Молодой господин… – позвала она так тихо, что сама удивилась. Когда это ее голос стал таким робким и слабым?
Быть может, тот случай с вдовствующей супругой Юй вселил в нее такой страх.
Фухэн не ответил ей, даже головы не повернул.
– Стражник Фуча, – вышла Эрцин. – Ее величество ожидает вас в главном зале.
Фуча Фухэн кивнул, спокойно вытащил рукав из пальцев Вэй Инло и отправился вслед за Эрцин.
– Что же это? – упавшим голосом бормотала Инло, провожая его взглядом. – Ей улыбался во все зубы. А мне взгляда пожалел…
На душе у нее стало паршиво, она и сама не до конца понимала, почему боль и обида внезапно наполнили ее сердце…
– Что ты сказал?
 
Императрица во все глаза смотрела на родного брата, удивление пронизывало все ее существо.
– Ваше величество. – Фухэн был абсолютно спокоен, он повторил свои слова: – Я собираюсь жениться на Вэй Инло.
Императрица откинулась на стуле и помассировала виски, пытаясь облегчить головную боль.
– Фухэн, – начала убеждать она, – Инло – человек с несгибаемым и твердым характером, разве согласится она по доброй воле пойти в наложницы? Боюсь, и полугода не пройдет, а поместье Фуча встанет с ног на голову.
– Вижу, ваше величество еще лучше меня осведомлены о нраве Инло, – рассмеялся Фухэн. – Так почему же сочли, что я ее наложницей возьму?
Императрица долго смотрела на брата, наконец, тот вздохнул и решительно встретил ее испытующий взгляд:
– В поместье она прибудет в паланкине, как и полагается моей будущей жене. Я не собираюсь делать ее наложницей.
Ее величество с такой силой ударила кулаком по столу, что стоявшая на нем чашка затряслась и опрокинулась, чай залил половину стола. Она уставилась на брата:
– Фуча Фухэн, ты осознаешь, что несешь?
– Осознаю. – Тот был совершенно спокоен. – Пусть семья Вэй всего лишь придворные, слуги, но я буду просить отца и матушку позволить мне жениться на ней.
Императрица лишь покачала головой. Она не была такой простодушной, как ее брат.
– Фухэн! – Тон ее был серьезен, как никогда. – Наш отец – поборник традиционных взглядов. По-твоему, он согласится принять в дом невестку низкого происхождения?
Фухэн подмигнул ей:
– А разве ты, сестрица, не поможешь мне?
Та обомлела на мгновение, а затем в притворном гневе бросила веер:
– Вот как! А ты не промах! Решил и меня в это втянуть?
Веер несколько раз перевернулся в воздухе и, прежде чем упасть, был ловко пойман Фухэном. Уголки его губ тронула улыбка, он помахал пойманным трофеем:
– Я никогда не забуду их заботу обо мне и не намерен ругаться с ними из-за свадьбы, это было бы непростительно. Но, если они хотят, чтобы я обзавелся женой и детьми, им придется согласиться на ту, кого я люблю всем сердцем. Иначе я до конца дней своих останусь один.
Хоть он и улыбался, в словах молодого человека не было и доли шутки.
Ее величество слишком хорошо знала своего брата, знала, что раз он принял решение, то не отступит уже до конца, независимо от того, поможет она ему или нет.
– Ладно, – покачала головой императрица. – Допустим, я их уговорю. Но Инло все еще служанка Запретного города. Как с этим быть?
Между бровями Фухэна пролегла складка. Императрица не стала ждать, пока он придумает, что ответить, и продолжила:
– Фухэн, ты знаешь, чтобы одержать победу в молении о мастерстве, она восемь часов кряду пыталась опустить иголку на воду, пока не потеряла сознание. Как, по-твоему, будет относиться к другим людям тот, кто так жесток к себе? Что будет, если ты случайно обидишь ее?
Императрице нравилась Вэй Инло, но это отнюдь не означало, что ее полностью все в ней устраивало. Особенно не по душе мягкой и дипломатичной императрице было упрямство девушки.
– Я все это понимаю, – ответил Фухэн. Он немного поколебался, видя беспокойство сестры, но все же решил быть откровенным с ней. – Сестрица, она очень мила моему сердцу. Я все приму: и хорошие ее стороны, и плохие, и то, как сильно она способна любить и столь же сильно ненавидеть, и ее манеру отвечать добром на добро, а злом на зло. Я, Фуча Фухэн, никогда в своей жизни не разбрасывался клятвами. Но если я женюсь на Инло, то буду любить и почитать ее до конца дней своих и никогда не откажусь от своих слов!
Ее величество долго молчала, глядя на брата.
Хоть императрица и была выше всех женщин гарема и в руках ее были сосредоточены несметные сокровища, но в эту минуту она искренне завидовала Вэй Инло.
Не так сложно разыскать бесценное сокровище, как найти любящего мужчину.
Наконец она вздохнула. Лицо ее хоть и было по-прежнему суровым, но голос стал мягче: