Путь служанки

– Нет в этом мире ничего бесполезного – ни людей, ни вещей, – улыбнулась на это Вэй Инло. Она нежно погладила мех пальцем. – Вопрос лишь в том, как они могут пригодиться!
= Месяц спустя =
– Ювелирная мастерская преподносит четыре яшмовых сосуда в двух коробках, два жезла жуи [68] из талька.
– Мастерская керамики преподносит две вазы с зелеными фениксами, две хрустальные вазы в виде рыб.
– Стеклодувная мастерская преподносит резной туалетный ларец из слоновой кости и зеркало с эмалевой ручкой.
– От мастерской вееров и ширм преподносят пару круглых вееров из павлиньих перьев с каркасом из сандалового дерева, резной трон из сандалового дерева, два филигранных подсвечника из эмали в виде журавлей.
За воротами дворца Чанчунь в длинный ряд выстроились евнухи и служанки с дарами. Среди них была и Вэй Инло с подносом в руках. Поднос был накрыт желтым покрывалом.
Из покоев вышли два молодых евнуха, они негромко, но слышно переговаривались.
– Ты видел ее величество императрицу? На ней совсем лица нет. Ни разу даже не улыбнулась!
– Благородная супруга тоже хороша, – заметил другой.
– Можно было и что другое подарить, так надо же было преподнести статуэтку Гуаньинь, дарующую сыновей.
Каждой собаке во дворце было известно, что старший сын императрицы умер совсем ребенком. Своим подарком благородная супруга Хуэй вскрыла рану на сердце ее величества, да еще и соли сверху посыпала.
Вэй Инло стояла в середине ряда, но после слов евнуха отошла на несколько шагов назад.
Верно говорят, что человек предполагает, а небеса располагают, но, чтобы добиться успеха, лучше и самому не плошать.
После такого подарка в душе у ее величества наверняка бушевала ярость. И теперь любой даритель, какой бы подарок он ни преподнес, рисковал навлечь на себя ее немилость.
А уж тем более, если с подарком будет что-то не так.
«Если только не подарить свой подарок после него…»
Вэй Инло начала крутить головой, высматривая кого-то возле дворца, и пропускала вперед всех, пока не оказалась самой последней в очереди.
Но как она ни оттягивала этот миг, настал и ее черед.
– Вышивальная мастерская преподносит… – донесся голос евнуха из зала.
Кроме нее, никого больше не было, но Вэй Инло продолжала оглядываться.
– Вышивальная мастерская преподносит… – снова огласил евнух.
Если ее позовут в третий раз, это будет считаться неуважением.
Вэй Инло глубоко вздохнула и с подносом в руках вошла в зал дворца Чанчунь. Шаги ее были медленными и тяжелыми.
Обычно скромный, в этот день дворец был роскошно украшен и увешан фонарями, весь сиял и сверкал. Рядом с императрицей расположились наложницы – некоторых из них Вэй Инло знала, других видела впервые. Зал был полон самыми диковинными сокровищами: здесь стояло и коралловое дерево выше человеческого роста, и зеркало западных мастеров – его поверхность была такой гладкой и блестящей, что могла превзойти даже гладь спокойного озера, – и много чего еще. Все это в подарок императрице.
Евнух тем временем объявил:
– Вышивальная мастерская преподносит платье, расшитое фениксами и пионами, и пару туфель на толстой подошве из темно-лазурного атласа с вышитыми фениксами!
Вэй Инло опустилась на колени и высоко подняла поднос:
– Желаем ее величеству вечной молодости, счастья и долголетия!
Поднос она подняла, но никак не решалась снять с него покрывало.
«Быть может, она первый раз видит благородных особ, вот и разволновалась так, что все забыла?» – подумала императрица Фуча и мягко обратилась к девушке:
– Раз уж пришла, то почему не показываешь дар, что принесла с собой?
Вэй Инло стиснула зубы. Она сделала все, что могла: отступала в самый конец очереди, старалась идти как можно медленнее, долго не снимала покрывало с подноса. Отступать было некуда. Вэй Инло уже вознамерилась снять покрывало, но в этот момент за ее спиной раздался громкий голос:
– Подарки от его величества императора!
 
Девушке пришлось приложить все усилия, чтобы не выдать охватившего ее восторга.
Подарки от него наконец прибыли.
  
Глава 27
 
Подарки ее величеству
 
Главный евнух Ли Юй с белоснежной метелкой наперевес торопливо вошел в зал, а вслед за ним потянулась вереница евнухов с ящиком из сандалового дерева.
– Желаю долгих лет жизни ее величеству! – Ли Юй улыбался, как статуя будды милосердия. – Его величество поручил мне в этот благословенный день лично доставить вам подарки.
Императрица поприветствовала его в ответ:
– Его величество так добр, благодарю его величество за внимание и милость.
– Ваше величество, кроме драгоценностей и тканей, император приготовил для вас еще один подарок. – Ли Юй хлопнул в ладоши. Двое утонченных, красивых евнухов внесли искусно сделанный туалетный ларец.
Время было подходящее, час Крысы [69], именно в эти минуты и родилась императрица Фуча.
Маленький черный ящичек сверху ларца внезапно открылся, и оттуда выскочила изумрудно-зеленая кукушка, на первый взгляд она была словно живая, но стоило приглядеться, как становилось ясным, что птица вырезана из изумруда, с инкрустированными глазками-агатами черного цвета. Это была невероятно тонкая и изящная работа. К тому же птица умела издавать звук «ку-ку, ку-ку».
Императрице явно понравился подарок:
– Это часы?
– Его величество хотел вас удивить и заранее велел часовой мастерской изготовить часы, они долго работали и сделали прекрасное изделие, но император сказал, что не положено дарить такую ерунду на праздник и нарочно распорядился, чтобы они все начали заново. Вот, взгляните сами. – Ли Юй открыл ящик на ларце. В нем оказалось огромное количество разных драгоценностей, по большей части украшения из изумрудов и агатов, которые вместе с птичкой-кукушкой прекрасно дополняли друг друга. Ли Юй, улыбнувшись, продолжил: – Это туалетный ларец, но коробочка наверху подскажет вам время!
Важными были не драгоценности, а внимание императора, который потратил много времени, стремясь угодить своей супруге.
На лицах всех наложниц отразилась зависть, особенно резко отреагировала благородная супруга Хуэй. Накладными ногтями она вцепилась в руку стоящей рядом с ней служанки. Та не издала ни звука и, стиснув зубы, терпела невыносимую боль.
– Я очень благодарна, что его величество так много думает обо мне, – ответила императрица Фуча. И впервые за все время сегодняшнего празднества ее губы тронула легкая улыбка.
Все вокруг принялись высказывать поздравления и комплименты, императрица махнула рукой, прерывая поток льстивых речей, и обратилась к Ли Юю:
– Евнух Ли, прошу вас, передайте его величеству, что позже я лично приду выразить ему свою благодарность.
– Слушаюсь, ваше величество, – почтительно ответил Ли Юй.
Он развернулся и уже направился к выходу, но вдруг внезапно остановился.
Сбоку от него на коленях стояла Вэй Инло с высоко поднятым подносом в руках. По счастливой случайности или по умыслу, но поднос надежно скрывал лицо девушки.
Хоть служанка и показалась Ли Юю смутно знакомой, но попросить ее показать лицо он не рискнул: можно было привлечь к себе слишком много внимания, что было совершенно недопустимо в день рождения императрицы. Поэтому, отведя взгляд, он покинул зал.
Внимание всех присутствующих сосредоточилось исключительно на маленькой изумрудной кукушке. Прошло довольно много времени, прежде чем императрица Фуча вспомнила, что осталась еще одна служанка с подарками. Все так же мягко она спросила:
– Что же прислала вышивальная мастерская?