Порожденная грехом 1 (ЛП)

 — Ты зашел слишком далеко, Эрл. Я предупреждал тебя.
 Эрл наклонился, плюнул и зарычал.
 — Это наша месть.
 — Мы должны покинуть клуб, — предложил Коди, нервно оглядываясь по сторонам, будто ожидал, что Витиелло в любой момент выскочит из-за забора.
 По иронии судьбы, появление Витиелло было моей единственной надеждой на данный момент. Кто бы мог подумать, что этот день настанет?
 — Мы не будем убегать. У нас его дочь. Он не может слишком сильно рисковать. Убедись, что периметр в безопасности, и впусти Грея внутрь.
 С мерзкой улыбкой в мою сторону Коди неторопливо удалился.
 Взгляд Эрла остановился на мне. Долгое время он занимал место моего отца, и он все еще являлся моей единственной семьей после Грея и мамы. Я мог бы лишиться их своими действиями. Возможно, я смогу вернуть их доверие, помогая им в борьбе с Витиелло. Я все еще хотел смерти этого человека, но не ценой риска жизнью Марселлы. Как бы сильно я ни ненавидел ее отца, мои чувства к ней были еще сильнее. Я обреченный ублюдок.
 Эрл покачал головой с резким смехом.
 — Глупый мальчишка.
 Он направил дуло своего дробовика мне в голову, и все почернело.
 Глава 16 
 Я выглянула в окно, и тяжелое чувство глубоко в животе нарастало с каждым мгновением. Мэддокс не лег спать прошлой ночью, впервые с тех пор, как привел меня в свою комнату. Я пыталась подслушать у двери обрывки разговоров, которые могли бы подсказать, почему, но никто и близко не подходил к комнате.
 Несколько байкеров приехали на своих байках, и на подъездной дорожке началась суматоха. Я села, охваченная любопытством. Лица у всех были напряжены от беспокойства. Надежда поселилась в моей груди. Может, папа нанес удар. Моя рука потянулась к уху, едва касаясь повязки. Затем я быстро отдернула ее. Я еще даже не видела раны. Я не была уверена, что у меня хватит смелости сделать это в ближайшее время.
 Что, если что-то случилось с Мэддоксом, и именно поэтому он не появился? Что, если отец был причиной исчезновения Мэддокса?
 Замок повернулся, и я встала, улыбаясь. Улыбка исчезла, когда в дверях появился Гуннар.
 — Нет причин улыбаться, куколка, — сказал он своим грубым голосом.
 — Где Мэддокс? — резко спросила я, отступая.
 Гуннар покачал головой.
 — Глупый мальчишка. — он подошел ко мне и схватил за руку. — Мэддокс не может помочь тебе сейчас. Тебе лучше молиться, чтобы твой отец увидел причину.
 Он вытащил меня наружу, несмотря на мои сопротивления. Мои босые ноги царапали по грубым половицам.
 — Что ты имеешь в виду? Что произошло? — я спрашивала снова и снова, но он игнорировал меня.
 Когда мы пересекли общую зону, в ней никого не было. Где все? И что происходило?
 Гуннар отвел меня в конуру и запихнул в ту же клетку, в которой я находилась раньше. Я обернулась как раз в тот момент, когда он закрывал дверь.
 — Что происходит? Пожалуйста, скажи мне, где Мэддокс?
 — Он скоро присоединится к тебе, — загадочно сказал он, прежде чем уйти.
 Собаки расхаживали по своим клеткам, зараженные нервной атмосферой. Однако Сатаны в клетке не было, и я тоже не могла не беспокоиться о ней. Знакомая вонь собачьей мочи и кала почти мгновенно забила мне нос. Я села на будку, наблюдая, как байкеры собирают оружие и заносят доски в здание клуба, словно для забаррикадировки окон. Некоторые из них проходили мимо клеток только для того, чтобы оскорбить меня и поглазеть на мое тело. Только в боксерах Мэддокса и футболке я чувствовала себя еще более незащищенной.
 — Поставьте больше людей к забору! — прорычал кто-то, в их голосе слышалось беспокойство.
 Надежда вспыхнула в моих венах. Это мог быть только папа. Но где Мэддокс? Что все-таки происходит? Что, если отец заполучил Мэддокса в свои руки? Мой разум не переставал кружиться. Страх боролся с надеждой. Я хотела освободиться, но не хотела терять Мэддокса.
 
 Это роковая мысль и роковое влечение.
 Прижав колени к груди, я наблюдала за окружающим, пытаясь понять, происходящее. После первых оскорблений никто не обращал на меня никакого внимания, но страх, который я видела на многих лицах, мог быть только из-за папы.
 Движение вернуло мой взгляд к клубу.
 Эрл Уайт вышел за дверь, волоча за собой за руку неподвижного Мэддокса. Я спрыгнула с будки и пересекла грязную конуру на босых ногах, мое сердце билось где-то в горле. Собаки в соседних клетках начали лаять и прыгать. Я больше почти не вздрагивала. Я уже привыкла к их буйному характеру. Они не самые опасные звери в округе.
 Мэддокс выглядел безжизненным, конечности волочились по грязи, голова почти комично болталась взад и вперед. Эрл мрачно улыбнулся мне, когда наши глаза встретились, и у меня сразу же побежали мурашки по коже. Я пыталась скрыть беспокойство, но сомневалась, что смогу его обмануть. К этому времени, казалось, все знали о Мэддоксе и обо мне.
 — Может, это поможет тебе прояснить голову и заставить осознать ошибку. Если ты извинишься, я дарую тебе быструю смерть, — сказал Эрл, затаскивая Мэддокса в клетку рядом со мной.
 Смерть? О чем он говорил? Левая сторона лица Мэддокса была залита кровью из раны у линии роста волос. Я, наконец, заметила, как грудь Мэддокса поднимается и опускается. По крайней мере, он не мертв — пока. Что-то происходило ужасно неправильное. Эрл повернулся и закрыл клетку, затем злобно улыбнулся мне.
 — А для тебя у меня скоро будет особый сюрприз.
 Я даже не хотела думать о том, что это может означать.
 Я обеспокоенно посмотрела на пса, который расхаживал вокруг Мэддокса, будто только и ждал подходящего момента, чтобы вцепиться в него. Когда Эрл и Коди ушли, я опустилась на колени у решетки.
 — Мэддокс, — прошептала я, затем громче. — Мэддокс, очнись!
 Его веки затрепетали, но не открылись. Собака обнюхала его рану. Что, если животное начнет грызть его? Их кормили сегодня? Я не обращала внимания на клетки, когда смотрела из окна комнаты.
 — Кыш, — прошипела я, пытаясь отпугнуть пса, но он только бросил на меня быстрый взгляд, прежде чем продолжить обнюхивать Мэддокса. — Уходи! — прорычала я, ударяясь о решетку.
 Когда это не возымело желаемого эффекта, я повернулась и схватила свою тарелку с водой. Плеснув водой в пса, он отскочил назад. Затем бросился на меня и прыгнул на решетку. Я отшатнулась.
 Мэддокс застонал. Часть воды попала ему в лицо. Его глаза распахнулись, и он перевернулся, затем приподнялся на локтях. Он покачал головой, очень по-собачьи, прежде чем огляделся. Его пристальный взгляд остановился на псе, пытающимся разорвать решетку между ним и мной.
 — Вессон, место! — приказал он голосом, резким, как удар хлыста. — Место!
 Зверь действительно послушался и опустился на живот, лениво высунув розовый язык. За исключением Сатаны, я по-настоящему не общалась ни с одной из других собак.
 — С тобой все в порядке? — я спросила.
 Мэддокс потер голову, поморщился и поднялся на ноги. Он слегка покачнулся, когда подошел ко мне.
 — Только чертова головная боль.
 — Твой дядя очень зол на тебя.
 — Да. Он думает, что я предпочел тебя клубу.
 Я ничего не ответила.
 — Он сказал что-то об особом сюрпризе для меня сегодня.
 Мэддокс вздохнул.
 — Это одна из причин, по которой я хотел вытащить тебя отсюда.
 — Что это?
 — Мой дядя хочет сделать татуировку у тебя на спине.
 Кровь застыла в жилах.