Змеиный хвост (СИ)

— Мой аттер, у нас плохие новости, — Мейшу повернулся к этому мальчишке и кивнул ему.
Парень вышел вперед и поклонился.
— Меня зовут Эрик Фергюссон, я сын одной из главных семей Земли. Я проводил научные изыскания на исследовательской станции на дальних рубежах. Станция «Прометей» занимается изучением Дальнего Космоса, а также поиском возможных угроз нашим обитаемым мирам. И недавно мы получили сигнал. Не единичный, больше похожий...
— На улей, — договорил Эйгал и прикрыл глаза. 
Повисла гробовая тишина. Эрик втянул воздух, боясь даже задать повисший вопрос, но Эйгал договорил:
— Аписы наступают. Пора готовиться к войне.
— Да, мой аттер, — поклонился Мейшу. 
Эйгал посмотрел на Финарэль и усмехнулся — даже без ментальной силы княгиня эс Бунгар прекрасно читалась. На ее лице отражалось подозрение, желание мести, неимоверная ярость и... холодный расчет. Как жаль, что она не ламия — ей бы не было цены в мире Атлеи. Как и нет цены Тэрнии с ее уникальной ментальной защитой, которую она передала собственной дочери. Мысли о ребенке неприятно оцарапали сердце Эйгала. За сотни лет он смирился с одиночеством, именно оно стало его постоянным спутником, но теперь, познав сладость чужого нежного тепла, которое ему никогда и никто не дарил с таким самоотверженным желанием, одиночество сожрет его разум намного быстрее.
Эйгал понимал, что продлевает свою агонию, но отказаться от Тэрнии уже не мог.
Не хотел.
И он ее заберет. Выкупит у Финарэль за помощь. 
— Я выделю своих воинов, княгиня, раз вы так хотите свергнуть нынешнего короля, но моя помощь имеет цену.
Финарэль напряглась, глядя в холодные глаза Эйгала. Как бы она хотела сейчас прочитать этого высокомерного управителя, но куда уж ей до ментальных талантов ламий.
— Слушаю вас, Эйгал.
Змеиный хвост Эйгала зашуршал по полу, кольца задвигались, плавно перемещая аттера Атлеи ближе к стройной женщине.
— Я дам вам мощь и силу своей элитной армии, с которой вы отомстите за все содеянное с вашей семьей и близкими, но Тэрния останется здесь.
Финарэль побелела. 
— Это... — начала она, но ее перебил голос друга.
— Правильное решение, Финарр. — Позади Эйгала, укутувшись в дорогое расшитое золотом покрывало, стояла полуобнаженная Тэрния. Она закрылась почти до носа, но весь ее растрепанный вид, кричал о том, что они помешали любовным утехам, ворвавшись в кабинет аттера. 
— Только не Тэрния! — еле сдерживая слезы, прорычала Финарэль. — Только не она!
Уроборос укуси! Как могла судьба быть настолько жестокой! Почему Тэрния хлебает это дерьмо, становясь игрушкой, разменной монетой в руках этих властных самцов?! А Финарэль... она клялась самой себе, что не допустит повторения...
— Финарр, — мягко улыбнулась Терри и подошла к подруге. Положила свои пальцы ей на плечо. — Будь с моей Ави в это нелегкое время. А я буду ждать вас здесь с победой. Это мое решение — меня никто не принуждает.
— Я не верю, — прошептала Финарэль.
Но ее зло оборвал Эйгал:
— А стоит, княгиня. Это наша договоренность с Тэрнией, поэтому вы либо принимаете мое условие, либо теряете расположение.
— Все будет хорошо, Финарр. Не переживай.
Финарэль кинулась к Терри и крепко обняла ее, прошептав: «Я вытащу тебя, как мы со всем закончим». Но Терри отстранилась от подруги и качнула головой, запрещая ей. Она хотела сказать что-то еще, но умный и проницательный Мейшу перевел тему:
— Тогда, раз договоренность достигнута, нам стоит обсудить действия каждой из сторон. Времени слишком мало.
Эйгал удовлетворенно улыбнулся, закрывая собой Терри и победно посмотрел на Финарэль.
— Ты прав, Мейшу, нам уже давно пора обсудить стратегию военных действий, ведь прилет наших дорогих гостей был связан именно с этим
Ави стояла на капитанском мостике вся одетая в черные официальные ерские одежды, потому что Финарэль и Эрсах запретили ей использовать обычные летные комбинезоны.
«Ты теперь символ мощи Атлеи, моя хорошая», — вспомнила она слова Финарэль, которая также была облачена в летный костюм, отливающий змеиной чешуей. — «Мы летим на войну и должны победить!»
Слово «война», с которого и начался ее брак, теперь отливало столькими оттенками: свержение отца, нашествие аписов и внутренняя борьба с собой. Она должна быть сильной и несгибаемой. Она должна победить.
Эрсах, как один из генералов атлейской армии, формировал заградительные блоки, чтобы остановить надвигающийся улей. Он почти не говорил с Ави, но по его лицу она видела, как страдал атт. Как чернели его глаза от тоски по своей семье. По ним с Ави.
Ребенок же все чувствовал и обижался на Ави, причиняя ее терпимую, но боль. Она хотела почувствовать сильную и теплую руку Эрсаха на своем слегка округлившимся животе. Она хотела, чтобы высший атт бросил свои обязанности и читал своему будущему наследнику сказки, окутывая своим ароматом.
Что кривить душой — она сама хотела обнять Эрсаха, а не задерживать дыхание от каждого внепланового вызова на мостик из подразделения супргуа. А ведь ей надо быть собранной, чтобы победить собственного отца.
— Мы готовы к отбытию, сейше Сареффа — Вайс поклонился и не поднял головы, дожидаясь ответа от сейше своего атта. Ави хотелось малодушно сказать, что вот она-то как раз еще не готова, но собралась и ответила:
— Вылетаем.
***
Лей получила сигнал о старте атлейских кораблей, за которыми сразу же последовали корабли отца. Вархские оцелоты должны были замкнуть строй. У Адона не было никаких шансов на победу — мама выплеснет на него всю свою ярость, копившуюся десятилетиями. Не даст выжить ни одному бастарду, если те откажутся присягать Августе. По правде говоря, Лей ждала, что у мамы лопнет терпение намного раньше, но та давала шансы Адону, Древо знает, и постоянно.
Теперь пришло время собирать плоды.
— Малыш, — Лей вдруг услышала голос Рон-Тана и обернулась на свой визор в каюте. От ласковой улыбки супруга захотелось скинуть китель и кинуться тому на шею, вместо того, чтобы лететь сейчас через холодное космическое пространство.
— Мой царь, — с улыбкой ответила Лей. — Вы же должны готовиться к обороне?
— У меня есть немного времени, чтобы увидеть тебя, хотя бы так, малыш.
— Я не хочу лететь, — вырвалось у Лей вместо слов поддержки. И за эту слабость ей стало ужасно стыдно. — Прости, пожалуйста, я сейчас закручусь в змеиный узел. Это минутная слабость.
Рон-Тан дотронулся кончиками пальцев до экрана — на том уровне, где у Лей были губы, и замер взглядом на ее лице.
— Душа моя, я не буду тебе врать, что в самых страшных кошмарах я видел, как моя истинная собирается на войну. Да я даже представить никогда не мог, что моя супруга будет военным офицером. Но все сложилось так, и мы должны быть сильными, Лей. Ради нас самих. Меня разрывает на куски только одна мысль — что я должен отпустить тебя. Должен, ведь это твой долг. Как и мой — быть сейчас с братом и сделать все, чтобы зло не захватило наши дома. Поэтому наша задача очень проста — выжить любой ценой.  И мы обязательно вернемся друг к другу. Ты мне веришь, малыш?
Одинокая слеза покатилась по щеке Лей, и она стерла ее пальцем — не пристало офицеру нагской армии бояться войны. Да и что она раскисла! Она же Лей эс Бунгар — нагская княгиня с ядовитой кровью внутри, а не какая-нибудь девица, выращенная как цветок. Она со всем справится.
— Верю! С тобой же я справилась, мой царь.
— Вот именно, — усмехнулся Рон-Тан. — Ты взяла в вечный плен самого сильного противника. Остальное уже не страшно.