Скиталец (ЛП)

Группа поспешила прочь, скрывшись за внешним углом.
— Остальные, держитесь ближе. Прислушивайтесь, нет ли сигнала к наступлению.
Ронин последовал за Маулом, их шаги затихли на мягкой траве.
Лара и ее команда уже на месте? Она в безопасности? В течение нескольких секунд желание изменить курс угрожало перекрыть его текущие процессы.
Каким-то образом он устоял, пересекая лужайку к кирпичному фасаду клиники. Он приготовил винтовку, пропустив знакомые бороздки на рукоятке своего нового огнестрельного оружия. Его предыдущее оружие надежно служило ему пятьдесят семь лет. Привязанность к нему была иррациональной, но он не мог этого отрицать.
Маул остановился на углу, прижался спиной к стене и выглянул из-за нее. Ронин хорошо знал планировку. Эта часть здания тянулась с севера на юг. За углом другая часть проходила перпендикулярно этой. Парадные двери находились в том месте, где они встречались.
Ронин осмотрел местность оптикой. Земля с коротко подстриженной травой, окаймленный с одной стороны аккуратным рядом ухоженных деревьев, не принадлежала этому миру — по крайней мере, не под властью такого лидера, как Военачальник.
Ронин понимал сигналы Маула, хотя не помнил, чтобы видел такие раньше.
Два врага. Вооружены.
— Восемьдесят пять метров между нами и той дверью. И они наведут на нас оптику, как только мы выйдем из укрытия.
Процессоры Ронина разогнались, просчитывая тысячи возможных сценариев. Покинуть укрытие было необходимо, но только открытие огня по ботам-охранникам сразу после этого имело высокую вероятность успеха.
Однако последствия этого действия…
Он отошел от стены и снял с плеча винтовку. Взяв ее за ствол, он протянул Маулу.
— Какого черта ты делаешь? — спросил сержант.
— Выбираю самый прямой подход, — Ронин указал на Бульдозера. — Дай оружие Доджу.
— Ты, должно быть, столкнулся с критической ошибкой, — ответила она с каменным лицом.
— Стрельба привлечет внимание. Мы этого не хотим, пока не будем готовы.
— Значит, ответ в том, чтобы подойти к ним и спросить, можем ли мы войти? — спросил Маул.
— Нет. Она собирается подойти к ним, таща меня за собой, — сказал Ронин.
— И что это даст, помимо того, что они получат несколько легких целей? — Бульдозер держала винтовку поперек груди, небрежно положив левую руку на ствол. Это была невероятно человеческая поза.
— Это клиника. Место, куда все боты в Шайенне приходят на ремонт. Они увидят, как ты тащишь другого бота с ограниченной подвижностью к парадным дверям, и их реакцией будет не стрельба.
— Я провела разведку этого места, — сказала она, — и я видела, что некоторых из них упаковывают. Мы напрашиваемся на то, чтобы нас уничтожили, заявившись туда без оружия.
— Судя по тому, что сказал сержант, не будет иметь значения, что у них с собой, если мы сможем достать их на расстоянии вытянутой руки.
Она подняла бровь, и уголок ее рта сморщился. Настроена скептически, но заинтригована? Как много эти боты переняли от людей, живя на базе так долго?
Маул наклонился вперед, еще раз заглядывая за угол. Он поднял кулак, прежде чем снова повернуться к Ронину.
— Другая команда на позиции. Если что-то пойдет не так, вы двое ложитесь на землю, а мы будем стрелять с двух сторон. Будет шумно, но мы никого не потеряем только ради того, чтобы убрать этих двух ублюдков.
Бульдозер была тихой и неподвижной. На внутренних часах Ронина тикали секунды, на востоке предрассветный свет касался вечно затянутого дымкой неба. Команда «Браво», должно быть, сейчас двигалась по хижинам людей, охраняя Лару, пока она будила своих людей. Силы Военачальника нужно было занять до того, как люди соберутся на Рынке. В противном случае люди были бы вырезаны.
Наконец, женщина-бот пошевелилась. Не говоря ни слова, она сняла ремень винтовки через голову и передала оружие Доджу. Шагнув вперед, она выжидающе посмотрела на Ронина, разведя раскрытые руки в стороны.
Ронин встал рядом с ней, повернувшись лицом в том же направлении, и обнял ее за плечи. Когда она обняла его за талию, лицо Лары всплыло в его памяти. Он не хотел быть так близко ни к кому, кроме нее. Несмотря на серьезность ситуации, ему было интересно, как бы она отнеслась к контакту между ним и Бульдозером, обиделась бы она или ревновала? Почему его процессоры, вопреки всякой логике, сказали ему, что это неправильно?
  
Он перенес свой вес на Бульдозер. Она слегка опустилась, всего на мгновение, прежде чем ее приводы отрегулировались, чтобы компенсировать это.
— Ты тяжелый сукин сын. Твой корпус модернизировали СОБом4? — спросила она.
— Несомненно.
— Хорошо. Если что-то пойдет не так, я использую тебя как щит от пуль.
Он нарушил нормальное функционирование своих приводов, заблокировав левое колено и полностью ослабив суставы в правом. Когда он наклонился вперед, опустив голову, чтобы спрятать лицо, Бульдозер схватила его за запястье и подстроила свою позу так, чтобы распределить его вес.
— Готов? — спросила она.
— Да.
Она пошла вперед. Ноги Ронина волочились по бетону. Они завернули за угол, ступив на дорожку. Он опустил голову, не сводя глаз с ее ботинок.
— Что это? — требовательно спросил железноголовый с помехами в голосе. Осталось восемьдесят один метр.
— Ему нужен ремонт, — ответила Бульдозер. Семьдесят три.
— Не видел тебя здесь раньше.
— В файле нет никаких записей о твоем лице, — сказал Редж.
— Мы скитальцы по Пыли, — сказал Ронин, не поднимая головы, изменив модуляцию голоса. — Только что пришли в город. Я упал в канаву за стеной.
— Канаву или каньон? — спросил Редж. Пятьдесят семь метров.
— Его оптика отказывала годами, и в последнем месте, где его ремонтировали, сделали это не очень хорошо, — сказала Бульдозер. Тридцать восемь метров.
— Мы принесли немного металлолома, и нам сказали, что в этом месте делают лучший ремонт по эту сторону Пыли, — объяснил Ронин. Переменные мелькали в его процессорах, превращаясь в бесчисленные сценарии с сильно изменяющейся вероятностью. Им нужно было подобраться поближе, нужно было захватить Клинику, нужно было добраться до Лары и обеспечить ее безопасность.
Бульдозер остановилась, слегка покачиваясь под весом Ронина. Ветер пронесся по зданию, теребя одежду Ронина. Тридцать метров. Приводы Бульдозера громко двигались внутри корпуса.
Электрический разряд пробежал по щеке Ронина. Он зафиксировал свою руку, чтобы не почесаться.
— Они не могли бы быть здесь, если бы их не впустили, — рассуждал Редж.
— Да. Ты прав, — ответил статический бот.
Бульдозер продолжила свой путь. Ее ботинки тяжело ступали по бетону, который был покрыт наспех заделанными трещинами.
Двадцать пять метров. Пятнадцать. Семь.
— Откуда ты его тащила? — спросил статический бот.
— Это чертовски далеко, — три метра. — Ты не мог бы помочь мне, пока у меня не заглох мотор?
Железноголовые были видны от живота и ниже: их штаны были залатанными, но чистыми, ботинки поношенными, но крепкими. Их оружие — две древние на вид штурмовые винтовки с потрескавшимися деревянными прикладами — промелькнуло в поле зрения Ронина, когда они шагнули вперед. Отбросив винтовки в сторону, они схватили Ронина за руки и сняли его с Бульдозера. Статический бот закинул руку Ронина себе на плечи.
Находясь на границе оптического поля зрения Ронина, Бульдозер рванулась вперед, схватив Реджа за горло. Приведя колени в нормальное состояние, Ронин полностью обвил рукой шею статичного бота, обхватил его запястье другой рукой и сжал.
Когда голосовой модулятор бота был раздавлен, раздался треск помех. Его голова откинулась в сторону, внутренняя опорная структура шеи разрушилась. Ронин переместил хватку, разорвав рубашку бота сзади и синтетическую кожу под ней. Он просунул пальцы под выступ открытой панели и оторвал крышку.
Статичный бот боролся, полностью осознавая, что происходит — искалеченный, но работоспособный. Он ударил своими размахивающими руками обратно в Ронина, который поднял свою руку, чтобы защитить голову, когда схватил энергетический элемент и вырвал его из отсека.