Крадущийся кот

— Фу, как неаппетитно звучит.
— Темпл, я серьезно. Ты сможешь обнаружить, что ты не такая уж маленькая и слабенькая, как ты думаешь.
Темпл вздохнула.
— Ты и Молина — парочка деспотов, которые желают исключительно добра, — заключила она кисло. — И, что-
Крадухцийся кот бы от вас отвязаться, я обязательно поймаю убийцу стриптизерши и скручу его или ее своим новым великолепным приемом тхэ-квон-чи.
— Либо тай-чи, либо тхэквондо, — поправил Мэтт со смехом. — Почему ты думаешь, что поимка тобой еще одного убийцы меня обескуражит?
— Может, и нет, но зато это утрет Молине ее всюду сующийся нос!
Ночные разговоры с кем-нибудь всегда оказывают терапевтическое действие. Когда Темпл вернулась в спальню в одиночестве, в голове мисс Барр крутились образы ее самой, изображающей каратистку на лужайке. Фантазии перешли в сны, а затем незаметно наступило утро.
Она сунула ноги в шлепанцы на небольшом каблуке, обернула вокруг себя запахивающийся сарафанчик, который не нужно было застегивать, тревожа больную руку, и вышла в залитую солнцем гостиную. Все зря. Никакого Мэтта там не было и в помине. Диван снова был диваном, простыни аккуратно сложены на подлокотнике. Наверное, Мэтт научился дисциплине в каком-нибудь военизированном лагере, не иначе.
Она прошлепала на кухню, чтобы сделать себе что-нибудь горячее и бодрящее. Отсутствие Мэтта неожиданно вызвало немного виноватое облегчение. Она могла не строить из себя героиню, хромать по квартире, охать и стонать, не сдерживаясь. И еще можно было не волноваться о том, как выглядит ее лицо без косметики. Она могла даже позволить себе выругаться сквозь зубы.
Что она и делала — было больно открывать шкафчики, доставать чашку, откручивать водопроводный кран и крышку на банке с растворимым кофе. Слава богу, хоть включить микроволновку было не больно. Когда она полезла в буфет в поисках сахарозаменителя, чтобы подсластить черную горечь кофе без молока, ее внимание неожиданно привлек посторонний предмет, лежащий на барной стойке. Ее туфелька. Целая. С каблуком! И каблук, и подошва — все на месте.
Темпл, улыбаясь, подошла к бару и взяла туфлю. Мэтт, должно быть, встал пораньше и успел приклеить каблук на место «супер-клеем». Она стояла возле бара с чашкой кофе в одной руке и туфлей в другой, когда в дверь позвонили.
Она взглянула на розовые неоновые кухонные часы. Восемь утра. Кто бы это мог быть в такую рань? Разве что лейтенант Молина не могла дождаться девяти часов, чтобы уволочь ее в участок рассматривать фотографии преступников.
Темпл неохотно положила туфлю и потащилась к двери. За дверью маячило взволнованное лицо Электры.
— Вы хорошо провели ночь, дорогая?.. В смысле, хорошо ли вы спали?
— В основном, — ответила Темпл туманно. — Хотите чашечку слишком черного кофе?
— Да вы что! Это нельзя даже нюхать! Дайте-ка я отолью немного… так… теперь добавим воды… Вуаля!
— Спасибо, — сказала Темпл, принимая чашку разбавленного кофе, который теперь можно было пить. — Я еще не собралась, а мне надо быть в полицейском участке к девяти.
— Поэтому я и пришла. Завтрак, помощь в одевании, все, что угодно. А хотите, я вас отвезу? «Вэмпайр» наготове.
— Нет, спасибо. Это пока для меня слишком сложно. Да я постараюсь прийти в форму, пока собираюсь. Единственное, чего бы мне хотелось…
— Да, дорогая?
— Мне бы пригодилась вторая пара глаз и ушей в «Голиафе» на конкурсе стриптизеров. Я не попаду туда раньше десяти, а у меня предчувствие, что события там как раз начинают разворачиваться.
— Вы не откажетесь от этой работы из-за… обстоятельств?
— Если они потеряют двух пиарщиков подряд, это будет уже слишком. К тому же, уже поздно искать кого-то другого на замену.
— Может быть, мистер Бьюкенен уже чувствует себя лучше и сможет вернуться?
— Электра, со мной все будет нормально. Мне лучше чем-то заниматься, чтобы отвлечься. Работа успокаивает. К тому же, Кроуфорда Бьюкенена я и врагу не пожелаю.
Электра рылась в буфете, стараясь быть полезной. Она позвенела тарелками и протянула Темлл миску с хлопьями.
 
— Вот, с молочком.
— Спасибо. — Темпл поставила чашку с кофе, взяла протянутую Электрой ложку, зачерпнула от души и захрустела… — Агррр-хр-тьфу!..
Она побежала к раковине и выплюнула то, что было у нее во рту.
— Что?.. Что такое, дорогая? Желудок не принимает?..
— Желудок ни при чем. Вкусовые сосочки не принимают.
Темпл вернулась к буфету, взяла пакет с так называемыми хлопьями и поднесла его близко к глазам, чтобы прочитать, что написано на упаковке. Думая, что Мэтт все еще в квартире, она оставила свои очки на тумбочке у кровати.
— Электра, это не хлопья, это «Кошачье счастье». Фи, ужасный вкус. Неудивительно, что Луи отказывается это есть.
— Ой, простите!.. Оно выглядит, как эти новомодные хлопья — ну, знаете, для здорового образа жизни.
— Вот-вот, — сказала Темпл кисло. — Это и должно так выглядеть. Они специально его таким производят, чтобы впарить беспечным двуногим. Кошек, очевидно, труднее обмануть. Не могли бы вы пошарить в нижнем шкафчике? Мне необходим протеин. Я надеюсь, Луи не будет возражать против того, чтобы поделиться банкой роскошного человеческого тунца-альбакор со своей бедной хозяйкой.
  
Глава 19 Соблазнительный хвостик
 
Просмотр фотографий преступников в полицейском участке был похож на разглядывание выпускных альбомов, где все выпускники — страшно крутые перцы. Темпл насмотрелась на такое количество слегка перекошенных рож, татуировок, кощейских бородок, бакенбардов, усов, шрамов и угрожающих глаз, что могла бы насобирать ярких криминальных типажей для кастинга сразу нескольких «Вестсайдских историй».
— Трудно определиться, — сказала она женщине в полицейской форме, которая зашла взглянуть, как идут дела. — Все случилось так быстро, я не успела их рассмотреть… К тому же, они выглядели не так необычно.
Офицер Онтиверос, женщина с весьма развитой мускулатурой, понимающе кивнула, но сочла нужным подбодрить Темпл легкой улыбкой:
— Подсознание работает непрерывно. Просто дайте ему время судить.
Так что Темпл продолжила просматривать страницу за страницей, гадая, кого именно Молина надеется найти с ее помощью: мелких уличных грабителей или выдающихся бандитов? Может, тех двоих вообще нет ни в одном из этих альбомов?
Наконец, она, вроде бы, нашла троих, похожих на ее обидчиков.
— Ясно, что я ошиблась, по крайней мере, в одном случае, — сказала она.
— Ничего, это нормально, мисс. Впрочем, это только начало. Трудная часть начнется, когда мы возьмем кого-то из этих ребятишек и поставим их перед вами вживую среди ряда других, похожих.
Молина, должно быть, находилась где-то поблизости и наблюдала, хотя вряд ли. Во всяком случае, она вошла в кабинет, когда Темпл была уже почти отпущена на свободу, выполнив свой гражданский долг. Она уселась на край стола, даже не выразив сочувствия, и посмотрела на Темпл сверху с выражением задумчивости на лице.
— Офицер Онтиверос сообщила мне, что у вас есть кое-какие успехи.
Темпл осторожно кивнула. Она ничего не могла гарантировать, просто старалась, насколько это было возможно.
— Я бы хотела сказать то же самое о себе, — добавила Молина.
— Вот как? — Темпл догадывалась, что ее сейчас заманят на крючок, на леску, на удочку… и затем на сковородку, но не могла сдержать любопытства.
Молина постучала большим плотным конвертом, который держала в руке, по стеклу, покрывающему стол. Было совершенно непонятно, зачем покрывать стеклом такую старую, потертую, исчерканную ручкой, изрезанную ножом и покрытую кругами от чашек с кофе столешницу.
— Я не нашла ни одной фотографии Макса Кинселлы. Ни единой. Удивительно таинственная личность от начала и до конца.
Темпл постаралась не хмыкнуть над последней фразой.