Что известно реке (ЛП)

Она понравилась мне с первого взгляда. Жаль, что я буду вынуждена ее обманывать.
— Миссис Актон? — произнес мой дядя, улыбаясь. — Я хотел бы представить вам вашу подопечную.
— Мою подопечную? Ах, да. Конечно, юная Ирен, не так ли?
Дядя подавил смех.
— Инез. У вас есть все необходимое? Деньги и билеты?
Она моргнула, ее тонкие губы сложились в идеальную букву О.
— Молодой человек, обсуждать такие вещи на людях совершенно вульгарно.
— Прошу меня простить, — сказал дядя Рикардо и на этот раз он не смог сдержать усмешки. — Но у вас есть билеты? Вы должны были их получить на стойке регистрации.
— Да-да. Такие маленькие листочки, что я едва могу разобрать шрифт, — она бродила руками по своему телу, пока я не указала ей на миниатюрную шелковую сумочку на ее запястье.
— Они там, — сказала я, когда меня посетило вдохновение. Ей было трудно читать мелкий шрифт. Я закусила губу, пытаясь сохранить нейтральное выражение лица. — Спасибо, что вызвались сопроводить меня.
— И вы готовы выезжать? — настойчиво спросил дядя.
Миссис Актон кивнула, рассеянно копаясь в своей сумке.
— Я уже все собрала.
— Отлично, — он повернулся ко мне. — Мне действительно пора. Счастливого пути, querida sobrina. Я буду писать, обещаю.
Затем он оставил меня один на один с незнакомкой и даже не оглянулся. Ни разу.
— Что ж, Ирина, думаю, нас ждет грандиозное приключение, — сказала миссис Актон. В ее голосе слышалось придыхание, словно она была на грани смеха. — Познакомить вас с моими друзьями? Они в алькове, работают там над одной головоломкой. Очень любят эти глупые штучки. Думаю, у нас есть пара минут до отбытия, и я бы не отказалась от чашечки чая.
Наступил час моего обмана.
Я нахмурила брови и изобразила замешательство.
— У вас есть все время мира, миссис Актон. Если желаете, то можете сесть и присоединиться к ним и даже поучаствовать в игре.
На ее лице появилось недоумение. Оно напоминало мне смятую шелковую подушку.
— Но мы должны отправиться на вокзал. Я думала, поезд отправляется через час.
— О! Миссис Актон, кажется, вы перепутали даты отбытия. Поезд только завтра, — я протянула руку. — Вот, я вам покажу. Могу я взять билеты, пожалуйста?
Она достала их и развернула.
— Но я собрала вещи. Ваш дядя просил о встрече здесь.
— Думаю, он просто хотел нас познакомить, — произнесла я беззаботно. Я взяла у нее билеты и сделала вид, что изучаю их. — Видите? Здесь так и написано. Мы уезжаем завтра. Как удачно, что вы уже собраны. Я до сих пор даже не начинала.
— Не начинала? — вытаращилась миссис Актон. — Ну, я предпочитаю готовиться к путешествиям заранее. Эта привычка сослужила мне хорошую службу. Я могу отправить к вам свою горничную. Она абсолютная драгоценность.
Я покачала головой.
— Мой дядя позаботился об этом, спасибо. Что ж, я так рада, что вы успеете насладиться чашечкой чая. Передайте от меня привет вашим друзьям.
Миссис Актон смотрела на меня, недоуменно вскинув брови. Я мягко подтолкнула ее в сторону алькова. Как только она отвлеклась, я шагнула из фойе отеля в ночной Каир.
Свобода, свобода, свобода.
Я старалась не быть слишком самодовольной.
УИТ
Рикардо взглянул на свои карманные часы и нахмурился. Человек, с которым у нас была назначена встреча, все еще не явился к ужину. Я молчал, но внимательно следил за присутствующими в помещении людьми, представляющими потенциальную угрозу для меня и моего работодателя. Их было слишком много, и мои пальцы чесались, так хотелось достать пистолет. Руководство отеля не приветствовало гостей, проносящих оружие в обеденный зал. Я взболтал виски в стакане и сделал большой глоток, так и слыша неодобрительный голос отца, пока напиток выжигал огненную дорожку в моей глотке. Он пил только чай и сладкий лимонад. Отец считал, что до спиртного нисходят только слабые мужчины.
— Он опаздывает, — проворчал Рикардо.
— Ты уверен, что без него не обойтись?
— Нет, но я думал, что у меня все под контролем, и, очевидно, ошибался. Я не могу позволить себе совершить еще одну ошибку. Он — подстраховка, — он взглянул на меня. — Сегодня были какие-нибудь проблемы с моей племянницей?
 
Подошел официант с подносом, переполненным бокалами с разнообразным вином. Я схватил один из бокалов и осушил его, даже не обратив внимание на сорт вина. Мои мысли вернулись к моменту, когда я сопровождал сеньору Оливеру по Каиру. Ее выходки висели на кончике моего языка. Но слова так и остались во рту, застряв между зубами. Вместо этого я вспомнил ее настороженное лицо, когда мы были на террасе, а вокруг нас бурлил Каир, с типичными для него городскими звуками и шумом толпы. Она не доставала мне даже до плеч, и, чтобы встретить мой взгляд, ей пришлось поднять подбородок и откинуть голову практически полностью назад.
Темные локоны обрамляли ее лицо, а россыпь веснушек пересекала переносицу, щеки и веки. Я смотрел в ее изменчивые глаза — сначала зеленые, потом карие, золотые, — глаза, вмещающие алхимическую магию, и в моей голове кристаллизовалась одна мысль.
Вот дерьмо.
Именно этот абсурдный порыв заставил меня наклониться и поцеловать ее. Меня раздражало, что я до сих пор ощущал мягкий изгиб ее щеки, помнил ее сладкий аромат, охвативший все мои обонятельные чувства.
Слава небесам, она уехала.
— Так что?
Я моргнул, прогоняя воспоминания. Сохраняя спокойное выражение лица, я солгал ему.
— С ней не было никаких проблем.
Рикардо хмыкнул, а затем его внимание привлекло что-то за моей спиной. Проследив за его взглядом, я увидел приближающегося к нам плотного мужчину со светлыми волосами и голубыми глазами, и за ним по пятам следовала миниатюрная молодая женщина. Она была одета по последней моде, ее узкая талия была перетянута, а шею обрамляли экстравагантные кружева, напоминающие оперение голубки. Ее холодно-веселые глаза нашли мои, и ее розовый рот искривилась в неестественной улыбке. Она смотрела на меня так, словно я был кем-то, кого необходимо переманить на свою сторону.
Прибыли мистер Финкасл с дочерью.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Пиастры в моем кошельке громко звякнули, когда я бросилась к выходу из Шепарда и сумка ударилась о мое бедро. Я осмотрела улицу в поисках служащего, которого получилось бы убедить не сообщать о моем местонахождении, если кто-то будет искать. Я была готова заплатить за молчание сколько угодно. Молодой мужчина на вид лет тридцати широко улыбнулся, заметив мое приближение, и потянулся к моим вещам.
— Куда мне отвести вас?
— В Булак, пожалуйста, — сказала я. — И я буду признательна, если вы оставите эту поездку при себе.
Он нахмурил брови.
— Но—
Я вложила в его ладонь еще две монеты, и он замолчал.
— Пожалуйста, не беспокойтесь.
Молодой мужчина с большой неохотой подозвал кучера, положив деньги в карман. А после того, как помог мне забраться в экипаж, дал указание относительно гавани. Днем Каир наполняли туристы, которые бродили по улицам, покупали безделицы и обедали в местных заведениях традиционной кухни. Ночью город пульсировал жизнью: звучала живая музыка, местные жители курили на ступеньках перед домами, принимали пищу у тележек с теплым хлебом, в форме плоского диска. Каждый остающийся позади квартал был подобен индивидуальной сцене, которая обладала своим собственным дыханием и сердцебиением. Я сжала пальцами оконную перекладину, едва дыша от удивления. Серебряная луна высоко поднялась над рекой, вода искрилась и медленно покачивалась.
Мне хотелось исследовать каждый уголок этой версии Каира.
Это была арабская ночь.
Мы подъехали к Нилу, темной и широкой реке в обоих направлениях. Как и весь город, этот район был полон своей собственной яркой энергии. Я вылезла из брогама59 и в изумлении уставилась на раскинувшееся передо мной зрелище. Сотни лодок и дахабие были пришвартованы, тихо покачиваясь на воде. Египтяне, одетые в длинные белые туники и удобные сандалии, что-то обсуждали на арабском. Другие, похоже, туристы, пытались получить лодку у местных капитанов. По улице бегали дети, одетые в такие же туники с длинными рукавами, как у взрослых, доходящими им до щиколоток. Они играли с бродячими собаками. Ремень холщовой сумки впился мне в плечо, и я поправила ее, пытаясь найти комфортное положение.