Вик Разрушитель 3 (СИ)

— Благодарю за откровенность, — усмехнулся Сидор. — Что же вам мешает сейчас избавиться от меня?
— А я передумал. За ночь у меня появилась идея, как использовать вас обоих. Дело в том, что нашей дружной компании нужно очень срочно попасть в Усть-Лугу, а мы не можем выехать за пределы Москвы из-за серьезных логистических ограничений.
— Так это вас ищут? — Сидор со спокойной физиономией взял лепешку, скрутил ее и макнул в сметану. — Столица почти три недели на ушах стоит, пан Богумил. Покушение на императора — не шутка, правда?
— Не пытайтесь дергать льва за хвост, пока он отдыхает, — добродушно произнес сидящий напротив нас седовласый мужчина. — Ваша позиция слишком слаба, чтобы бравировать смелостью и догадливостью. Да вы кушайте, кушайте. До вечера вряд ли удастся поесть.
— Снова запрете нас в погребе? — поинтересовался я, уминая лепешки то с вареньем, то со сметаной. Последние слова пана Богумила насторожили и еще больше активизировали набивание живота.
— Придется посидеть, — кивнул поляк, — день-два. А потом вы поможете нам выехать за пределы Москвы.
— Вы только поэтому выкрали меня? — продолжаю прощупывать террористов. Теперь мне удалось сложить некоторые элементы недавних событий, лихорадивших город. Если пан Богумил участвовал в подготовке теракта против Милославских, он мог узнать, из-за кого сорвалась операция. Ведь в газетах, на визорах, в Сетях — всюду мелькала моя физиономия. А еще надо учесть десятки хвалебных и восторженных статей, сотни публичных обсуждений, пока вся эта шумиха не сошла на нет по чьему-то окрику. Пан Богумил получил достаточно информации, чтобы заинтересоваться моими способностями. Может ли он путем аналитических размышлений выяснить, что я Разрушитель? Такой вариант нельзя отрицать. Дело худо. Меня банально выкрали и теперь хотят тайно переправить через границу.
Существует вероятность, что эти пятеро — остатки той самой диверсионной группы, которую ищут силовые структуры. Зачем же в таком случае похищать меня, еще больше зля полицию? За моей спиной Булгаковы, Мстиславские, а если еще и отец узнает, то и Мамоновы подключатся к поискам. Ляхам не поздоровится. Пан Богумил мог пойти на риск только в одном случае: зная мои неординарные способности.
— Твоего «брата», — усмехнулся пан Богумил, давая понять, что нисколько не поверил моим словам про родство, — мы отпустим, если ты, Викентий, будешь благоразумен и не станешь на первом же дорожном посту орать, что плохие дяденьки тебя похитили.
Ну, точно! Они за мной охотились, а я не заметил их «хвост»! Ну и балда же ты, княжич! Позорище семьи!
— Не верь им, Вик, — сказал Сидор, — обманут.
Мужик, стоявший возле печки, шагнул вперед и мощно зарядил кулаком в челюсть Сидора, отчего тот едва не свалился с лавки. Голова его мотнулась в сторону, чашка улетела на пол и разлетелась на несколько мелких осколков.
— Я не разрешал тебе языком молотить, — глаза пана Богумила полыхнули яростью. — Хочу, чтобы вы знали: ваша жизнь зависит от вас самих. Хоть один сделает глупость, погибнете оба, пусть я очень не хочу твоей смерти, мальчик! Отведите этого… в погреб!
Он кивнул на Сидора. Двое помощников встали по обеим сторонам от инструктора и погнали его в соседнюю комнату. Послышался глухой удар, грохот падающего тела, а потом — надсадный кашель.
— Топай вниз, пся крев! — раздался злой голос.
И через мгновение — сильный стук закрывшегося люка.
Пан Богумил с отстраненной улыбкой вслушивался в эти звуки, а потом спросил, цепко взглянув на меня:
— Скажи, Викентий, а каким Даром ты владеешь? Меня заинтересовало, как элегантно тебе удалось отбить блокировочный конструкт. А еще раньше защитить от боевой магической атаки гостей в императорской ложе… Подобная техника нарабатывается годами, а ты, извини, еще ребенок. В магическом аспекте, конечно.
— Я не знаю, как это у меня получается, — я твердо решил изворачиваться до самого последнего, уже сообразив о недооценке своих способностей паном Богумилом. Он не знает, что я Разрушитель! Воспрянув духом, добавил: — Знаете, уникальность Дара зависит не от его пестования, а от того, как ты им умеешь пользоваться интуитивно.
 
— Интересная интерпретация, — почесал переносицу поляк. — Лорд Гамильтон будет в восторге…
— Лорд Гамильтон? — насторожился я. — Вы о чем? И кто это такой?
— Пэр Палаты Лордов, очень влиятельный человек в Британии, аристократ в десятом поколении, — пан Богумил перевернул чашку донышком вверх и откинулся на спинку стула. — Ты кушай, Викентий. Моя помощница, оказывается, неплохая стряпуха. Не знал об иных ее талантах.
— Спасибо, патрон, — в голосе девушки, присевшей в торце стола, послышалась ирония. — Я не только лепешки стряпать умею, но и журек могу быстро сготовить, голабки, качку с яблоками[1]….
— Ой, моя милая! — шутливо схватился за сердце пан Богумил. — Остановись, иначе я слюной захлебнусь, м-мм! — и тут же снова перешел на деловой тон, обращаясь ко мне: — Поможешь мне уехать из Москвы, я помогу тебе. С твоими способностями ты быстро станешь серьезной фигурой, у тебя будет собственный дом, прислуга, красивые девушки… с возрастом, конечно. То, чего здесь нет, в любом княжестве Европы, в любой стране появится с избытком.
— Заманчиво, — я обмакнул лепешку в остатки сметаны. Есть уже не хотелось, но я упрямо набивал живот, заодно обдумывая слова поляка. Мое преимущество только в одном: пан Богумил интуитивно вцепился в меня, прикидывая шансы, как сможет воспользоваться моей магической направленностью. Поэтому ни в коем случае нельзя раскрываться и при первой же возможности «подставить» своих сопровождающих! Да, это опасно, смертельно для меня и Сидора. Но конечный итог будет в пользу имперских «безопасников». Они смогут ликвидировать диверсионную группу.
— И это все, что ты хотел сказать? — удивился пан Богумил. — Хотя бы поинтересовался, какие условия, вознаграждение…
— А зачем? — я пожал плечами и покосился на девушку. Та поджала тонкие губы и в упор глядела на меня. Без улыбки и с большой осторожностью. — Разговаривать надо с тем, кто выше вас, дяденька. Вот когда встречусь с этим… пэром Гамильтоном, то и буду обсуждать условия.
— Каков нахал, — буркнула дорожная соблазнительница. — Ты сначала докажи свою полезность. Даже странно, что до сих пор не применил свою магию. Сижу и думаю, когда в твоих руках появится огненный шар или молнии.
— Я не работаю со Стихиями, — на моем лице появилась улыбка. — И вообще не люблю всякие шары, камни с небес или электрические разряды. Убить я вас могу в любой момент, не применяя стихийные конструкты. Сами же убедились в невозможности блокировки моих способностей.
Говорю, а внутри всего колотит. Блефовать тоже уметь надо, чтобы ни один мускул на лице не дрогнул, а по глазам не прочитали, как я отчаянно трушу. Но голос мой, на удивление, спокоен. Пан Богумил напрягся, а за моей спиной встал мужик, готовый в любой момент свернуть мне шею. Да и девица вытащила пистолет, демонстрируя готовность применить его.
— Нахальный паренек, — выдавила она, скрывая волнение. — А почему же блокировка действует вокруг дома?
— А зачем мне тратить свои силы, чтобы разрушить ее? — я облизал пальцы. Ага, все-таки магическая защита на улице есть. — Достаточно того, что внутри кольца могу строить защиту или бить на поражение. Надо будет, и внешнюю блокаду прорву.
— Судя по твоему бравурному заявлению, ты готов помочь нам?
— Отпустите моего старшего брата живым и невредимым — то готов.
— Обещаю, что как только отъедем от Москвы на день пути, отпущу, — пан Богумил фиглярски приложил ладонь к сердцу.
Ага, так я тебе и поверил. Сидор еще вчера предупредил: его оставили в живых только лишь с одной целью — давить на меня, использовать в качестве шантажа. Я ведь еще не циничный взрослый, ищущий выгоду в любой ситуации, а нормальный пацан, которому не чужды взаимовыручка, товарищество, желание спасти от смерти друга… Нет, дядя Сидор, приютские своих не бросают. Я сделаю все возможное, чтобы ты выжил.