Вик Разрушитель 3 (СИ)

Ух, уже близко! Тогда что получается-то? У меня при рождении или еще до рождения произошли какие-то изменения, Искра могла «поменять полюса», и вот на свет появляется антимаг! Интересно, отец и мама знают об этом? Не из-за этого ли я попал в приют? Меня прятали или избавлялись от проблемы? Вообще-то, могли просто накрыть подушкой и подождать, пока дитя не задохнется. Такие проблемы в живых не оставляют.
«Негатор слаб и уязвим, он подобен обычному человеку, и смерть его может наступить от тяжелой болезни или лихорадки, обусловленной попаданием злотворных гнилостных элементов в кровь, а также от обычного оружия. Спасение, как и говорено, в силе воли, духа и постоянном физическом совершенствовании тела, дабы уберечь себя от превратностей судьбы. 
Мы не знаем механизм трансмутации магических Стихий в чуждую энергию. Но более чем уверены в его искусственном насаждении. Она не зарождается подобно Силам Четырех Стихий и Космоса, а приходит по злой воле человека, способного изменить токи энергий. Колдовство, идущее родом из далекой древности, насыщено аурой отрицания, умерщвления и изменения личности. Основа его и есть та самая трансмутация Стихий…. Пусть не смущается читатель вольному определению алхимических процессов, кои автор пытается привязать к магии. Многое идет рядом, переплетается в затейливые кружева таинственных узоров природы. 
… Умение владеть двумя сущностями — великий Дар, неподвластный человеческому разуму. Подозреваю я, что вряд ли кому удастся примирить антагониста и протагониста. Позволю себе предположить, что таковая возможность существует, и кто-то из будущих разумников найдет способ сдружить магию и антимагию…» 
Жаль, ответа так я и не нашел. С сожалением закрыл книжку и прочитал на обложке название: «Лекториум». Хм, надо запомнить. Еще страниц пятьдесят осталось, дочитаю обязательно.
— Что вертишься, юноша? — из-за небольшой библиотечной конторки раздался голос Радомира Звановича. — Неужто все прочитал?
— Мне нужно идти, — я демонстративно посмотрел на свои наручные часы. Чтобы не опоздать, нужно побыстрее шевелить ногами. Еще уличный телефон-автомат найти нужно. — Дело появилось.
— Дело? — усмехнулся архивариус, оторвавшись от чтения вполне современного журнала, чье название я не смог увидеть. — А я подумал, больно шустрый паренек оказался. Такие трактаты за три часа одолел. Куда мне с такой скоростью чтения.
— Нет, я не все прочитал, — смутился я, вставая. — Мне «Лекториум» больше всего понравился. В следующий раз вы его сразу мне дайте. Может, еще что найдете.
Старикан насмешливо посмотрел на меня.
— В какие дни тебе дозволено заходить сюда?
— Вторник, пятница.
— Хорошо, к следующему разу я надеюсь еще что-то раскопать в запасниках. Заодно и ревизию проведу. Эх, с помощником бы я быстро справился.
— Могу помочь, — осторожно предлагаю свои услуги. — Книжки перетащить с места на место, пыль сдуть…
Радомир Званович затрясся в мелком смехе и пошел открывать дверь. На прощание похлопал по плечу и мягко вытолкнул в коридор, не давая и слова сказать. За спиной чавкнул запорный механизм, отсекая сокровищницу магической мысли от суетного человеческого мира, а я поспешил наверх.
2 
На моих часах было около двух часов дня. Быстро проскочив КПП, и не забыв расписаться в тетради посещений, попрощался с тем же дежурным, оказался на разморенной августовской жарой улице. Огляделся по сторонам и рванул по дороге мимо Старого Английского двора, огороженного от тротуара ухоженным кустарником. Добежав до парковой зоны Зарядья, я перешел на шаг, восстанавливая дыхание и не забывая крутить головой в поисках телефонной будки. Нашел ее неподалеку от искусственного пруда со скамеечками и беседками.
На карточке еще оставалось несколько единиц-минут, но следовало торопиться. Хитрая система «жрала» их с невероятной скоростью. Утопил карту в приемнике, набрал номер и в нетерпении стал притоптывать ногой. Долгие гудки сменились щелчком — будоражащий хрипловато-бархатистый девичий голос с легкой сонливостью откликнулся:
 
— Слушаю, говорите…
— Привет, Анжелика! — заторопился я. — Это я, Вик. Узнала?
— Вик? — на мгновение возникла пауза. — А! Танцор! Привет-привет! Что, набрался храбрости и хочешь пригласить девушку на прогулку?
— Любишь кофе? — я покосился на симпатичный стеклянный павильон, стоявший на другой стороне пруда. — Подлетай в парк Зарядье. Я тебя возле пруда буду ждать. Есть разговор. Только ты можешь помочь.
— Хм, что-то серьезное?
— Скорее, нужное.
— Списываешь один долг, влезаешь в другой? — рассмеялась Анжелика. — Во сколько свидание?
— Желательно сейчас.
— Молодой человек, ну не так же быстро! — по голосу девушки ощущалось, что она в растерянности. — Мне прическу надо сделать, красивое платье надеть.
— Ты в любом виде красивая, — не подумав, ляпнул я и густо покраснел, осознав прокол. Быстро добавил: — Очень срочно нужно увидеться. У меня времени в обрез.
Но Анжелика, по-видимому, находилась в хорошем расположении духа, расхохоталась и пообещала примчаться как можно быстрее.
Я положил трубку и вытер пот со лба. Ругаясь на самого себя, поплелся к пустующей лавочке, уселся в тенечке под липами. Отсюда хорошо просматривалась автомобильная парковка, куда должна приехать Анжелика. Встречу ее здесь, чтобы не бегала в поисках меня. Машинально взглянул на часы.
Шоколадно-молочная «Спектра» появилась через час, когда я уже изнывал от нетерпения. Последние августовские дни выпали жаркие, и даже сидение у пруда не приносило облегчения. Увидев выходящую из машины девушку, я вскочил и торопливо пошел навстречу.
На Анжелике была белая блузка и короткие джинсовые шорты, открывающие весьма симпатичные ноги с изящными щиколотками. На левом плече болтался модный сиреневый клатч, глаза прикрыты черными очками. Под стук каблучков туфель девушка шла по дорожке, волнительно покачивая бедрами, и посматривала по сторонам. Я вывалился из кустов, срезав значительную часть пути, и удачно перехватил певичку с бархатным голосом в нужном месте.
Увидев меня в растрепанном виде, Анжелика остановилась, приподняла очки на лоб. В глазах мелькнула усмешка.
— А где цветы? — спросила она с любопытством.
— Извини, не успел нарвать, — брякнул я, испытывая непонятную робость. Все-таки барышня выглядела взрослее, и даже мой рост не мог компенсировать подобный разрыв. Эмоционально я был в худшем положении.
— Клумбы рядом не оказалось? — понимающе кивнула Анжелика, подходя ко мне.
— Ага, — я пристроился рядом. — Хорошо выглядишь.
— Спасибо, — последовал короткий смешок. — Ты же сказал, что я в любом виде выигрываю. Вот и решила проверить, в самом ли деле так. Что под руку первое попало в гардеробе, то и надела. Говоришь, неплохо?
Она остановилась, уперла руки в бедра и вызывающе повертелась на месте. Уверен, под солнцезащитными очками сейчас глаза хорошенькой брюнетки смеются, хотя внешне только легкая улыбка тронула накрашенные ярко-карминовые губы.
— Верь, так и есть, — убежденно произнес я.
Мы дошли до павильона, незатейливо называвшийся «Кофейня», заняли место подальше от окон, чтобы не жариться на солнце, хотя внутри вовсю трудились кондиционеры, нагоняя приятную прохладу. Кроме нас в кафе сидело еще несколько парочек, негромко переговаривающихся между собой. Анжелика поежилась.
— Не замерзнешь? — с тревогой спросил я, почему-то глядя на загорелую шею, где висела золотая цепочка.
— Пустяки, это я машинально, — махнула рукой девушка, закидывая ногу на ногу. Взяв в руки меню, лежавшее на столе, стала читать.
Я покосился на ее ноги и сразу отвел глаза. Подошедший официант — молодой парень в стандартной строгой униформе — улыбнулся, глядя на Анжелику.
— Господа, что будете заказывать?
— Кофе по-венски, пожалуйста, — моя спутница подняла голову и улыбнулась в ответ. Поглядела на меня. — И бисквит. Милый, а ты что будешь? Предлагаю попробовать айриш. Только без топинга. Поверь, ты будешь в восторге.