Простые желания (СИ)
Вот он, второй страшный момент.
Ну и дура она, в самом деле! Он тут издевается над ней, высмеивает её чувства и её отчаяние, а у неё при себе всех ценностей — пшик один, один смех!
— Я…Я не смогла выяснить, сколько стоят твои услуги…
— Ты бы и не выяснила. У каждого желания своя цена. Иногда это год-другой жизни, иногда просто деньги. Иногда — ответная услуга. Ты…
— У меня почти нет денег, — еле слышно призналась Элге, пряча глаза. — Но я обязательно!.. Что успею — заработаю, а потом — я отдам всё, до последней монеты, сколько попросишь! Клянусь! А сейчас — вот!
Всё это время, пока она сбивчиво оправдывалась, краснея и умирая от страха услышать в презрительном лающем голосе отказ, Элге рылась в сумочке в поисках спрятанного в потайном кармашке мешочка и, наконец, выудила его на свет. В маленьком кожаном прямоугольничке, стянутом шнурком, лежали все её незначительные сбережения и мамино золото — простенькое, украшенное маленькими камнями, которые, девушка знала, особой ценности не представляли, но это было всё, чем она владела.
— Да зачем мне твои деньги, — скривился маг, даже не взглянув на протянутую ладонь. — Мне на них здесь и купить-то нечего. Убери. Значит…значит, милая барышня, любишь ты своего ненаглядного больше жизни? И на что угодно согласна ради будущего счастья?
— Да!
В его вкрадчивом голосе явно слышался какой-то подвох, но сердце колотилось в горле как безумное, страх то накатывал волнами, то утихал, оставляя злой пьянящий кураж. Какая плата может быть слишком высокой за счастье каждый день видеть Мадвика? А маг между тем сделал пару шагов ближе к ней, обратил на неё своё изуродованное лицо, оглядел неспеша…всю, от макушки до пяток и с расстановкой произнес:
— Я помогу тебе. В течение десяти дней помолвка твоего Мада будет расторгнута, после чего он в самые кратчайшие сроки сделает тебе предложение. Не только сделает — станет твоим мужем, не встретив несогласия семьи. Взамен — ты проведёшь со мной ночь.
— Чч… Что???
Последняя фраза ударила сильнее арбалетного выстрела. Ей за шиворот как кипятком плеснуло и щёки загорелись. Острый стыд пополам с яростью, но этот…он не заметил ни того, ни другого и неспеша продолжил:
— Я не буду давить на тебя, у тебя есть время подумать, два дня. Хочешь, прямо сегодня, хочешь, в последующие — но в течение двух дней ты придёшь ко мне с последними лучами солнца и, если захочешь, уйдёшь потом на рассвете.
— Что значит — провести с тобой ночь? — не поверила Элге.
— То и значит, ты же не настолько маленькая и глупенькая.
Маг говорил снисходительно, даже оглядел пространство вокруг себя:
— Как видишь, живу я один, женщины тут не наблюдается, а тепла и ласки хочется… Что такое? Цена не та?
— Но я же…
— Уже не невинное дитя, опять же, я так понимаю, благодаря твоему прыткому любящему недожениху. Так что в первую брачную ночь никакого неприятного сюрприза ему не будет, если ты о визите ко мне не скажешь. А ты не скажешь. Так что, сейчас останешься или подумаешь денёк-другой? Учти, желание начнёт работать после исполнения тобой своей части договора.
Да он не столько страшный внешне, сколько отталкивающий своим отношением к людям! Беспредельный цинизм! Грубость несусветная! Как он только…Грядки была готова полоть, денег занять, насобирать, воду в сите носить, в конце концов! Но — постель..?! А после этого, как ни в чём не бывало — брачные клятвы у Алтаря?!
А этот несносный колдун как будто жалел её за отвращение, которое сам же в ней и вызывает.
Ему было…неприятно. И завидно. Завидно, потому, что кто-то способен испытывать сильное чувство к другому человеку и так самоотверженно, пусть и глупо, бросаться на поиски решения проблемы. Неприятно, что эта молоденькая безмозглая девица не видит очевидного, ослеплённая своей великой любовью. Досадно, что выполнение её просьбы ничего не будет ему стоить, но и за доброе дело не засчитается. И где-то на самом дне очерствевшей души — сожаление, что…Просто сожаление.
— Я…Я такое не могу, — с ужасом посмотрела на него Элге, забывшись — прямо в глаза.
Они оказались тёмные, наверное, карие — за ресницами да в таком освещении не разглядеть, но не омуты опредёленно. Расстроенным маг не показался, снова дёрнул плечом.
— Не можешь так не можешь. Не скажу, что был безмерно рад знакомству…хотя, пожалуй, скажу, что рад — на случай, если ты таки надумаешь и вернёшься. Думай, решай. Если на закате второго дня тебя не будет — драгоценный Мадвик поведёт к Алтарю другую невесту. Навязанную чужим выбором, как у вас принято. Мне лично — все равно. Выход там.
— Как ты можешь быть таким…? — возмутилась-таки Элге, нервной рукой нарисовав в воздухе сложную фигуру.
— Каким? — прищурившись, отчего лицо его сделалось совсем несимметричным, хотя куда уж более, колдун так и царапал её своим неприятным голосом. — Разве это я ищу встречи с себе подобным и бьюсь головой об пол, мечтая о чуде? Или что, я у тебя чужую жизнь прошу? Девственность? Нужно очень, тоже мне, ценность великая…и для моей магии бестолковая совершенно. Да и как просить то, чего уже нет? Я мог бы забрать у тебя лет пять твоей или недожениха твоего жизни, но с такими вещами не шутят, не та плата. Ничего такого особенного, по-моему, я у тебя не попросил, в конце концов, ты привлекательная девушка.
Элге затолкала косу под платок, который, впрочем, тут же съехал еще больше и растёкся по плечам. Коса, растрёпанная, пушистая, снова вырвалась на свободу и снова привлекла внимание безымянного мага. Кажется, ему нравится этот цвет.
— Я услышала тебя. И благодарю за желание помочь.
— Да нет у меня никакого желания, — отмахнулся маг. — Возможность — да, имеется.
— Мне надо подумать, — с усилием протолкала слова наружу девушка, не понимая, как ещё остается на месте, не проваливается от жгучего стыда сквозь грубые доски пола.
— Думай. Руку дай.
— Зачем??
— Предварительный договор, — устало вздохнул нахал. — Если таки надумаешь и вернешься — лес пропустит тебя охотнее и сделает путь короче. После заключения сделки печать проявится, но видна будет только тебе, а после исполнения твоего желания исчезнет. Пока ты будешь её видеть — договор работает и я, значит, свою часть сделки выполняю. Если же ты передумаешь и не явишься — через два дня договор автоматически аннулируется, без каких либо последствий.
Несколько мгновений Элге, вся в сомнениях, всматривалась в лицо мага: тот являл собой образец невозмутимости. В конце концов она со злой решимостью протянула ему руку. Безымянный колдун взял её запястье шершавой ладонью и перевернул вверх. Рука у него была сухая и тёплая, с заметным загаром. Большим пальцем надавил на серединку запястья, рассеянно глядя куда-то сквозь её ладонь. Кожу слегка закололо. Когда он убрал руку, на запястье проступил коричневый узор в виде вписанных в круг букв, но что это за буквы, разобрать не удалось.
— Не задерживаю, — напомнил маг.
В полной прострации Элге, как стояла спиной к двери, так, пятясь, и вышла. Невидящими глазами обвела неприветливую полянку и механически двинулась в ту сторону, откуда пришла.
Глава 3
Лес скрыл её фигурку и заглушил шаги.
Не смешная — слепая и наивная. Даже не дурочка, идиотка. Нашла кому верить! Даже в нём, лесном звере, страшном и ужасном болотном колдуне, честности больше. И почему вот таким, как её «жених», достаются женщины подобные этой…а-а-а, проклятье, имя запамятовал! И не станет гадать, решится ли она исполнить свою мечту или нет. Не будет ждать, не будет колдовать, испрашивая ответ. Как получится, так и получится.
Девушка из тех, кто обращает на себя внимание, даже в такой обыкновенной одежде. Для прогулки по лесу она оделась удобно, что само по себе даже хорошо — возможно, всё-таки не во всём идиотка. Простое платье с высокими разрезами по бокам открывало штаны, заправленные в сапожки, волосы прикрывал платок, он же при случае мог служить дополнительным слоем одежды для тепла. Забавная сумочка-мешочек на плечах. Удобно прыгать по корягам и кочкам. При этом одежда не скрывала того, что фигурка у девушки приятная глазу, стройная и не лишённая изящества. И рост хороший — не крошечная, но и не высокая. Самое то — макушкой ему чуть выше плеча. Хотя какая разница. Личико хорошенькое. Он забыл, какие ему когда-то нравились, но черты лица сегодняшней гостьи определенно оставили приятное впечатление. В эти глаза хотелось бы смотреть в моменты…может, он ещё и посмотрит, а может, и нет: всё же отторжение он у нее вызвал нешуточное. А когда с её головы съехал плохо повязанный платок, её волосы полыхнули чистым пламенем. Рыжая. Потрясающий, чистый и живой оттенок. Аж пальцы заныли от желания прикоснуться к этим прядям, почувствовать, какие они: шёлковые? Колкие? Мягкие?