Книжные дети (СИ)
Наверное, именно так чувствуют себя старые друзья после долгой разлуки - вроде и человек тот же, и многое в нем осталось неизменным, но, тем не менее, уже абсолютно чужой.
Я испытал легкое чувство облегчения. Если бы она сказала "нет", я бы, скорее всего, просто встал и ушел, признавая ее право меня ненавидеть. Сначала умирает ее муж, а затем второй близкий человек оставляет ее один на один со своим горем. Ну что мне стоило справляться о ее делах у нее самой, а не через общих знакомых? Выкроить раз в неделю несколько часов, чтобы проведать свою подругу? Но нет, я слишком боялся осуждения в ее глазах. Слишком боялся увидеть там фразу "Это ты потащил его на передний край!"
Но она сказала "может быть".
В этот момент мне было плевать, какие там планы строит мой босс на "Горн и Молот" - важно было только то, что я мог вернуть себе старого друга.
- Знаешь... - первой нарушила молчание Милана. - Сегодня утром я была на могиле Стэна и обнаружила, что там уже кто-то побывал до меня...
Я только кивнул, отвечая на ее невысказанный вопрос.
- Если ты объяснишь мне, почему не вспоминал о нас больше полугода, я подумаю над тем, стоит ли давать тебе второй шанс.
- Я боялся, - крепко сжав под столом ладошку Каны, сознался я. - Прости меня, пожалуйста.
Больше я ничего не сказал - не видел смысла. Думаю, Милана и сама понимала причину моих не совсем благовидных действий и просто хотела, чтобы я признал свои ошибки вслух. Так же я был уверен, что она уже все для себя решила.
- Ладно, - она молчала всего секунд пять, но по моим личным часам прошло не менее года. - Я дам тебе второй шанс.
И улыбнулась той самой открытой улыбкой, которую я помнил. А я улыбнулся в ответ.
И чего я, спрашивается, так боялся?
А дальше пошел обычный треп на темы, неизбежные для встречи старых, но давно не видевшихся друзей. Я поделился историей, как дошел до жизни такой, что теперь являюсь одним из самых могущественных людей Айнкрада (самому не верится), она поделилась своей историей.
А оказалось все довольно просто. Когда я принял решение вернуться на передний край, Милана, чтобы заработать себе на хлеб с маслицем, начала подрабатывать наемничеством. Ее основными клиентами стали ремесленники, ищущие себе надежных напарников на время рейдов за материалами для крафта. И, надо сказать, она не бедствовала - строчка в резюме "полгода на переднем крае" гарантировала вал клиентов.
Ну а потом, когда "горнякам" надоело пользоваться услугами наемников и они решили озаботиться формированием собственной команды, по многочисленным рекомендациям возглавила тогда еще сырую команду малознакомых друг с другом людей. Я мог гордиться своей подругой - на нижних уровнях всерьез обсуждался вопрос: "кто сильнее, Горняки или Проходчики?".
Кана только хмыкнула на это заявление. Прекрасно ее понимаю - как бы ни была сильна команда "Горна и Молота", но передний край - это передний край. Милана, судя по всему, и сама это прекрасно понимала, потому что только поморщилась на столь явное проявление скептицизма, но вслух ничего не сказала.
- А у тебя молчаливая подруга... - вместо этого заметила она. У меня по коже даже мурашки пробежали, когда я заметил озорной блеск в ее глазах. - Учти, на этот раз священником буду я!
Мне удалось удержать морду кирпичом только потому, что в последние пару месяцев пошутить на эту тему считало своим священным долгом все сообщество Проходчиков в полном составе. Хотя у остальных хватало инстинкта самосохранения не отпускать подобные шуточки в присутствии моей напарницы... что вынуждало меня проводить с ней еще больше времени. Все-таки даже в плохой репутации можно найти свои плюсы...
- Итак... - протянула Милана, явно разочарованная отсутствием бурной реакции на свое заявление. - Предлагаю все таки вернуться к официальной части нашей встречи? Вы не против, милорд?
- Только за, леди Милана, - кивнул я.
Вообще, если бы кто-то года полтора назад сказал мне, что меня будут на полном серьезе называть "милордом", я бы только покрутил пальцем у виска и отмахнулся от подобного бреда. Но прошло чуть больше года с тех пор как мы оказались в этом мире и вот - обращение "милорд" или "миледи" уже не воспринимаются глупой шуткой. Бытие определяет сознание, да... Все официальные встречи теперь велись именно в такой смеси современного языка и древних обращений.
- Говорят, Армия уже не та... - индифферентно начал я.
Хитклиф мне всю плешь проел на тему правил ведения переговоров. То не говори, это скажи так, а не эдак... Ничего не говори напрямую... А вы же уже в курсе, что я предпочитаю действовать в лоб, не так ли?
- Ничто не вечно под луной, - в том же стиле ответила Милана, хитро поблескивая карими глазами. Знает, зараза, как я не люблю эти выкрутасы...
И, кстати, как мне вообще понимать сказанное ею? Что союз между армейцами и горняками приказал долго жить? Или она вообще ничего не значит, а эта заноза просто надо мной издевается?
Я тяжело вздохнул. В общем-то, лично мне сразу было ясно, что великого дипломата из меня не выйдет.
- Значит так, господа товарищи, - я состроил суровое выражение лица (ну, попытался) и внушительно (опять же - я старался!) рубанул ладонью воздух. - Я простой солдат, акадимиёв не кончавший, - на лице Миланы появилась довольная улыбка. - Прямой как моя шпага и такой же, мать ее, надежный. Простой пролетарий, можно даже сказать, - улыбка стала шире, а в уголках глаз появилась тоненькая сеточка морщинок. Это когда она успела их заработать? - Поэтому поставлю вопрос ребром, - театральная пауза. - Ну что, капиталисты забугорные, будете с нами дружить, или как?
Сначала она рассмеялась. Хорошо так рассмеялась, секунд на тридцать, да так заразительно, что я, изначально намеревавшийся прикинуться живым воплощением фразы: "одна извилина - и та от каски осталась", не выдержал и присоединился к ней.