НД 2 (СИ)

— Только под ногами не мешайся, — строго предупредил меня офицер. — Стой вон там, на юте, и не приведи тебя боги испачкать что-нибудь. Будешь потом языком вылизывать!
Многие курсанты с непривычки страдали от морской болезни, включая меня самого, так что я отнесся к предупреждению со всей серьёзностью. Встал возле фальшборта и заодно порадовался, что ничего толком не ел. Качало сегодня куда меньше обычного — студёное море было на удивление спокойным. На южное побережье в отпуск с семьёй лучше не ехать, если только за менингитом.
Зато звёзды здесь очень яркие и сияют на ночном небосклоне, подобно драгоценным камням. Жаль только, тепла от них ноль. Китель с надетым под него свитером едва справлялись с пронизывающим ветром, а руки вскоре пришлось сунуть в карманы, чтобы пальцы перестало пощипывать. Чтобы согреться, я осторожно расхаживал вдоль фальшборта и даже помог парочке матросов перетащить бухту пенькового троса. За что мне в благодарность вручили отрез шерстяной ткани, применявшейся в качестве одеяла. Завернувшись в него, словно в кокон, я благополучно задремал на каком-то ящике, приколоченном прямо к палубе. Катану, которая отныне стала неотъемлемой частью моего гардероба, пристроил рядышком. На всякий случай.
Растолкали меня уже в порту, озарённом лучами восходящего светила. Я вскочил, как ужаленный — весь сон как рукой сняло. Следом очнулся и Авери.
«Готов?» 
«Нет и никогда не буду. Пошли». 
Как ни странно, несколько грузчиков на пристани меня узнали и поприветствовали одобрительными возгласами, изрядно озадачив экипаж. Я сошёл на пирс, поздоровался со здешними работягами и направился дальше, через весь портовый район. Глава «Фениксов», судя по адресу, остановился буквально в нескольких шагах от ратуши, так что прогулка окончательно выбила сонную дурь из головы.
Заведение, к которому я вскоре подошёл, внушало уважение едва ли не с порога. В отличие от большинства других зданий, здесь даже фасад оказался богато украшен лепниной и декоративными вставками из дерева, а на входе дежурила охрана прямо в боевом облачении. Меня бы сюда в жизни не пустили, но снова помогла грамота. Правда, со мной отправился один из охранников, проведя нас мимо ресторана на первом этаже сразу в гостевые апартаменты, размером с полноценную квартиру. У входа в отцовские покои дежурила еще одна пара хмурых верзил, но на этот раз — в нашей канареечной форме. Меня передали, словно эстафетную палочку, а мои соклановцы в свою очередь сопроводили наследника внутрь апартаментов, где ожидал командующий.
Гастор Дутвайн-старший нынче выглядел далеко не так респектабельно, как во время нашей первой встречи. Мужчина заметно осунулся и побледнел, а его в медовых волосах заметно прибавилось седины. Зато при нём снова имелась нижняя половина тела, включая обе ноги. Слушались они его плоховато, так что он передвигался с помощью сразу двух тростей, используя их на манер костылей.
Аристократ принял меня в роскошной гостиной, где за одним столом уместилась бы вся наша тринадцатая группа. Хотя накрыто там было всего на две персоны.
— Ну здравствуй, моя главная ошибка, — холодно поприветствовал меня командор, после того, как телохранители удалились. — Присаживайся.
Сам он тоже поспешил усесться в кресло, оставив трости у подлокотника. Я изобразил уставной поклон и последовал его примеру. Пусть моё сердце и колотилось, как сумасшедшее, живот тоже давал о себе знать. У меня ведь со вчерашнего утра ни крошки во рту не было. И если аристократ сначала хочет позавтракать — я только «за».
Заодно тем самым он даёт понять, что настроен на разговор, а не на немедленную кару. Это радует.
В меню оказалась яичница с беконом, хлебные лепёшки и тонизирующий глинтвейн с пряностями. Я бы и от кофе не отказался, но его здесь не пьют. Так что пришлось довольствоваться чем есть.
— У тебя хороший аппетит, — заметил Гастор, когда моя посуда стремительно опустела.
— Что поделать, молодой растущий организм, — пожал я плечами. — Вы в его возрасте наверняка тоже уплетали всё за обе щёки.
 
Как раз после моего упоминания эта часть лица у мужчины отчётливо дёрнулась. Он гневно сверкнул глазами, однако смог удержать себя в руках.
— Не нужно меня провоцировать. Это не в твоих интересах.
— Откуда вам знать, чего я хочу? — криво ухмыльнулся я.
— Хороший вопрос… Ты действительно отличаешься от прочих отродий, — признал аристократ. — Что же тебе нужно на самом деле?
— Справедливость.
Глава семейства нахмурился.
— Он по-прежнему в тебе?
— Да, и слышит каждое ваше слово. Хотите ему что-то сказать?
— Мне жаль, что так вышло, но я это сделал во имя нашей семьи.
«Катись в Пекло вместе со своими сожалениями!» — выкрикнул в сердцах Авери.
Я с удовольствием передал сообщение его отцу, присовокупив от себя ещё парочку эпитетов покрепче. Однако тот нисколько не расстроился. Скорее, восхитился.
— Поразительно, к чему иногда приводят ошибки…
— Вы обрекли на смерть собственного сына, — напомнил я ему. — И дело даже не в том, что он на самом деле не был проклят богами. В любом случае это не ошибка, а преступление.
— Я знал, что он Мерцающий, — спокойно ответил Гастор без тени сожаления. — Но его душа была слаба. Авери не справился бы с поставленной задачей, а для нас это жизненно необходимо.
— Найти настоящее Основание? — предположил я. — А у вас под родовым замком, получается, подделка?
— Воистину, ты не перестаёшь удивлять! — признался глава «Фениксов», подавшись вперёд. — Никто из нас проболтаться не мог, но ты и это как-то вынюхал. Хорошо, что я не стал медлить… И да, можешь сразу забыть о том, чтобы мне навредить. Ты этого не переживёшь.
Я убрал руку, которую инстинктивно положил на рукоять катаны. Возможно, на всей скорости у меня получится добраться до него, но это действительно станет для нас концом. А он, как специально, усадил меня на противоположный край стола.
— А разве заклятье не развеется с вашей смертью?
— Нет, оно наследуемое, вместе с титулом командующего, — охотно просветил меня мужчина. — Ты поклялся в верности нашей семьи, так что выхода у тебя нет, кроме как подчиняться. Встань!
Я сам не понял, как оказался на ногах. С одной стороны, нам вдалбливали послушание на уровне инстинктов, но выполнять команду зарвавшегося аристократа у меня и в мыслях не было.
— Неплохо, а теперь сядь.
Тут уж я сопротивлялся изо всех сил, но тело в какой-то момент вышло из-под контроля, приземлившись обратно в кресло. Неприятное ощущение, когда ты не принадлежишь самому себе. Как это Авери терпит — непонятно. Его отца демонстрация полностью удовлетворила, и он с торжествующей улыбкой пригубил бокал с вином. Этот тест был не только для меня, но и для него самого. Он боится возмездия, что бы там из себя не строил.
— А теперь будь добр, ответь мне честно — ты кому-нибудь рассказывал о наших поисках?
— Нет.
Я сказал чистую правду, потому что Фест и без меня был прекрасно в курсе того, зачем юные фениксы шляются по подземельям. Плохо, что он просил меня никому не рассказывать про Основание, но выхода у меня нет.
— Очень хорошо, — выдохнул командующий. — Жаль терять такого толкового исполнителя, но тебя уже подозревают, а мы не можем рисковать. Только не сейчас…
— Вам никогда не найти его, — бросил я ему в лицо, подобравшись. — Вы можете пожертвовать всеми детьми до единого, но к святилищу они не пробьются. А если уж вам так охота отмокнуть в целебном источнике, нужно отправляться туда самим. Или слабо?
— Откуда ты про него знаешь?! — с удивлением вытаращился на меня аристократ.
А мне только это и было нужно. Секундное замешательство, чтобы допрыгнуть до этого морального урода. Раз он хочет от нас избавиться, другого выхода нет. Так хоть с собой его заберём.
«Прости, Авери…» 
«Плевать, давай!» 
Однако не успел я ринуться вперёд с саблей наголо, как дверь в гостиную распахнулась, впуская нового гостя в серой броне. Меня тут же приморозило к креслу, будто парализованного, а применивший заклятие маг с осуждением покачал головой: