Авантюрист. Калифорния (СИ)

— Как вам это место, сеньор де Карраско?
— Удобное для поселения, сеньор де Каса Альмендарес. Что вы хотите тут построить?
— Если ничего не помешает, то сначала форт, а потом и город. Река удобна для сообщения с заливом и дорогу на северо-восток удобно строить, — черт, зачем я это сказал?
— А зачем вам туда дорога?
— А вы посмотрите на реку, — сейчас будет минутка концентрированного бреда, но надо, же как-то выкручиваться.
— И что я должен увидеть? Река как река.
— Да нет, дорогой сеньор. Наверняка она берет начало в горных отрогах.
— Вы думаете?
— Уверен.
— И зачем вам дорога к горам?
— Вы же знаете, что сейчас мы пытаемся что-то придумать с найденной болотной рудой. Получается, прямо скажем не очень, но у нас нет других источников железа. Пока нет.
— И я всё еще ничего не понимаю.
— Вспомните Толедо, древнюю столицу Испании, где она находится?
— Рядом с горами.
— Вот! И толедские оружейники не зря считались лучшими на всём иберийском полуострове. Там ведь очень хорошее железо.
— Кажется, я понял. Вы все-таки хотите найти тут нормальное железо?
— Именно так. А где его искать как не в горах?
— Ну допустим. Но вы строите ваши предположения исходя из того что вам кажется что эта вода спускается с гор, которые возможно дальше к северу.
— Именно так.
— Теперь мне очень любопытно будет посмотреть, чем закончатся ваши изыскания.
— Хотите пари?
— Ну уж нет, я уже наслышан как с вами поспорил этот русский, Резанов. И в результате привез вам целый корабль дармового угля.
* * *
Домой мы вернулись пятнадцатого января. Перед отплытием я разговаривал с Барри и Розой, юные дарования корпели над гальваническим элементом и практическими способами его применения. У них уже кое-что получалось, и я надеялся, что мне продемонстрируют практические результаты.
Ничего революционного или опережающего свое время я не ждал. Нет, пока мне требовалось, чтобы Барри и Роза просто повторили работы других. Гальванический элемент описан очень подробно, электрическая дуга тоже уже известна. Этого мне пока было достаточно. Главное подтолкнуть ребят к изучению электричества, а там уж посмотрим. И хорошо бы обойтись вообще без всяких подсказок, сами, все сами.
— Барри младший уже несколько раз спрашивал, когда вы вернетесь, сэр. У мальчишки что-то там получилось, и он аж подпрыгивал от нетерпения, — ага, очень хорошо. Но сначала надо дать необходимые распоряжения по поводу нового форта.
— Ясно, спасибо старина, после разговора с тобой я сразу отправлюсь к нему. Бери бумагу и записывай
— Конечно, сэр, — ответил мне мой камердинер.
— Отбери мне два десятка греческих семей, Дукас тебе поможет, и поговори с Шиаем. От него мне нужны человек двадцать.
— Зачем, сэр?
— Будем строить форт на реке, которую ты обнаружил. Она судоходна и как мне кажется там хорошее место для большого поселения, форт будет его началом.
— Ясно, сэр.
— И знаешь что, не дело что мы гоняем целый фрегат туда-сюда, как, будто это разъездной катер. Обсуди с Дукасом и сыновьями, нам нужны каботажники, два, а лучше три небольших судна типа куттера. Роберт как освободится, сразу начнёт строить пароход для залива, но пока так.
— Сэр, вы действительно собираетесь захватить всю Калифорнию?
— Барри, тут пока захватывать особо нечего, и да. Я собираюсь это сделать. Ты не видел, что было на том приеме у губернатора, но они все буквально жаждут чтобы кто-нибудь взял эту землю себе. И я для них очень хороший вариант.
— Понятно, сэр.
— Так, мы закончили. Пойду узнаю, чего там твой сын придумал…
* * *
— Давайте гении, показывайте, что у вас тут.
— Вот мистер Гамильтон, смотрите! — и что я вижу перед собой?
А вижу я большой гальванический элемент деревянном корпусе, чуть ли не четыре сотни металлических пластин, между которыми проложены бумажные, сверху сделана стеклянная крышка и я хорошо вижу его устройство.
— Крышку стеклянной сделали, чтобы было видно, что внутри?
 
— Да, мистер Гамильтон, для наглядности — ответила мне Роза. А у них явно не только гальванический элемент получился вон, как молодые люди друг на друга смотрят, ну и славно.
— Рассказывайте, что у вас тут.
— Цинковые и медные пластины, а между ними бумага, пропитанная нашатырным спиртом. Для изоляции мы использовали резину, провода медные.
— Кто покажет как это работает?
— Давайте я, — сказал Барри младший.
Он одел резиновые перчатки, взял двое щипцов с и поднес один провод к другому, когда они оказались достаточно близко друг к другу, загорелась достаточно яркая электрическая дуга.
— Прекрасно! Вы большие молодцы! Что скажете, это может иметь практическое применение?
— Конечно! Для освещения, — ответил Барри.
— Я тоже так думаю. Вот и займитесь этим вопросом. Нам нужен компактный и надежный источник света, при этом безопасный. И подумайте, что еще нам может дать электричество.
— Займемся, это так интересно!
— Вот и молодцы. Подготовьте все для публичной демонстрации, у вас все таки тут довольно грязно, — сказав это я окинул взглядом мастерскую. Грязно в помещении конечно же не было. Скорее этакий творческий беспорядок. Но и его надо устранить, перед тем как показывать батарею ученикам школы и высоким гостям.
Первый шаг сделан. Электрическое освещение это, на самом деле, самое малое что я жду от моих учеников, но пусть сами думают.
Так, со срочными делами разобрались, к Фултону на стройку поеду завтра, там наверняка часом-другим не отделаешься, поэтому лучше поговорить с ним с утра. А сейчас самое время продолжить разбираться с книгами. Вон их у меня теперь сколько, четыре больших сундука и я далеко не все еще даже просто открыл, не говоря о том, что бы прочитать.
За эти книги я очень благодарен Резанову, но при этом испытываю жуткие угрызения совести. Все дело в том что когда Николай Петрович привез первых русских поселенцев и отца Нектария, вместе с ними прибыли и четыре сундука с книгами.
Один с книгами исключительно религиозного содержания и для меня они интереса не представляли. Хотя один экземпляр «Апостола» я себе всё-таки оставил. Шутка ли книга самого первопечатника Ивана Федорова, настоящее сокровище. А вот остальные три были для меня поистине бесценными. Дело в том, что Резанов, ничтоже сумняшеся, буквально ограбил библиотеку Новоархангельска и лично Баранова.
Теперь я обладатель обширной библиотеки, куда входят большое количество научных трудов по самым различным областям человеческого знания. Но проблема то в том что большая часть этих книг была на русском!
И теперь мне нужно продраться через нагромождение абсолютно незнакомого мне современного русского языка с его бесконечными ятями, фитами и прочим. И кроме того чтобы всё это сокровище не стояло мертвым грузом на полках, нужно срочно организовывать курсы русского языка, чтобы этими книгами пользовались те кому это положено. Мои настоящие и будущие инженера и ученые.
Это дело я хочу поручить Резанову, когда он вернется, вернее не ему самому, нет. Раз уж он проявил инициативу, так пусть доводит её до конца и находит учителей. Хотя одного и искать не надо. Сам пришёл.
— Сэр, к вам этот русский священник.
— Пригласи его Барри, — через несколько секунд отец Нектарий был у меня в кабинете.
— Здравствуйте, святой отец.
— И вам здравствуйте, мистер Гамильтон, — у нас с Нектарием какоё-то настороженный нейтралитет и это удивительно: видеть его у меня в кабинете.
Он не мог отказать в просьбе прибыть в Миссию Долорес и активно дискутировал с местными католиками, но вот меня он почему-то игнорировалю Я думал, что это у него такое отношение ко всем представителям местной власти, а я фактически и есть здесь верховная власть.
 
Но нет, с комендантом форта он регулярно общается, с его очаровательной дочерью тоже.